Путь наемника
Шрифт:
В ответ Пакс произнесла:
— Пусть пребудет с тобой милость Великого Господина и покровительство его верного слуги, святого Геда. Пусть Госпожа Мира ниспошлет на твой сад хороший урожай.
Коула и Пакс пожали друг другу на прощанье руки, и гнедой конь тронулся вперед, вдаль по уходившей к горизонту дороге, Пакс так ни разу и не оглянулась, пока не скрылась за поворотом.
Пакс всегда мечтала стать паладином, но, как оказалось, она ни разу серьезно не задумывалась над тем, что представляют собой странствия в этом качестве. У нее были какие-то смутные представления по поводу того, что паладины изначально знают, куда им следует идти или ехать и что делать там, куда приведет их внутренний
Перейдя восточную границу владений герцога, они свернули с караванной дороги, уводившей к Верелле, и отправились напрямую через поля и рощи. Пакс уже смогла убедиться в том, что ее конь скачет быстрее и нуждается в отдыхе меньше, чем обычные лошади. Она предоставила ему самому выбирать время, подходящее для отдыха, и следовало признать, что отдыхать им пришлось совсем немного. Через три дня довольно напряженной скачки они добрались до реки Хоннергейт, намного ниже Вереллы по течению. Конь остановился, чтобы перевести дыхание, а Пакс, замерзшая и продрогшая, опасливо поглядывала на пересекавшую им путь реку.
— Ну, и что дальше? — спросила она своего скакуна. — Надеюсь, ты не собираешься переплыть ее прямо здесь? Кстати, позволь заметить, что все мосты находятся намного выше по течению. По крайней мере, мне не известно, чтобы здесь была какая-то постоянная переправа.
Уши коня вздрагивали в такт ее словам, словно животное внимательно слушало всадницу, пытаясь разобрать человеческую речь. Пакс потянулась и оглядела пространство вокруг себя. Прямо перед нею раскинулся неширокий заливной луг, сухую траву которого в это время года покрывал лишь слой инея. Вдоль самой реки то тут, то там росли деревья и кусты. Ниже по течению поднимались в небо отдельные столбы дыма и виднелись коньки крыш нескольких домов. Пакс вспомнила деревушку в Ааренисе, где ее и двух ее сослуживцев встретили воры и бандиты, и поморщилась. На невысоком холме еще дальше вниз по течению виднелось довольно большое здание: по всей видимости, храм какого-нибудь культа или просто убежище для окрестных пастухов и путников. Выше по течению располагалась еще одна деревушка, окруженная плотным и высоким частоколом. Заметив, как вздрогнули уши коня, Пакс тоже прислушалась, и до нее донесся звон колокольчиков пасшегося где-то неподалеку стада.
Звук хорошо разносился над зимней рекой, и Пакс услышала топот копыт одновременно со своим конем. От большого здания на противоположном берегу отделилась группа всадников, явно направлявшихся в ее сторону. Итак, она была замечена.
— Ну что ж, надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — сказала она, обращаясь к своему гнедому. — Мне остается только положиться на тебя и поверить в то, что, блуждая по рощам, мы не пересекли где-нибудь паргунскую границу.
Впрочем, по мере приближения всадников Пакс успокоилась. На них была форма с розовыми и серебряными полосами — цвета флага королевского дома Тсайи.
— Эй, странник, остановись и назови свое имя, — разнеслось над рекой.
Всадники стремительно приближались к Пакс. Та сидела спокойно и позволила
— Да благословит вас Гед, почтенный рыцарь. Удивление промелькнуло в его глазах, и после короткого I замешательства он ответил:
— Да благословит Гед и тебя… э-э…
— Мое имя Паксенаррион, дочь Дортана, — церемонно представилась Пакс.
— Вы едете из…
— Я только что прибыла сюда из крепости герцога Пелана, — пояснила Пакс. — Я несколько лет прослужила в его роте, но больше не принадлежу, как вы можете видеть, к этому подразделению.
Наряд Пакс — однотонный коричневый плащ, купленный ею в Бреверсбридже на остатки денег, полученных в Лионии, и накинутый теперь поверх кольчуги, — не давал ее собеседникам ни малейшей зацепки, чтобы догадаться, кто она и что здесь делает.
— Ну-ну. — Рыцарь почесал подбородок в явном замешательстве. — Вы здесь по делам герцога?
— Нет. Я здесь по делам своего небесного покровителя Геда.
Такие слова не могли не удивить и не привлечь повышенного внимания как рыцаря, так и всех и его спутников. Пакс надеялась, что это заявление прозвучало не слишком дерзко. Впрочем, она чувствовала, что сказала так, как должна была сказать.
— Позвольте узнать, вы… вы маршал ордена Геда? При этих словах гнедой конь фыркнул и потряс головой. Эта реакция коня заставила Пакс улыбнуться.
— Нет, почтенный господин рыцарь, — сказала она, сдерживая смех. — Я ни в коем случае не маршал Геда. Могу ли я узнать ваше имя?
— Ах да, конечно, — сбитый с толку неожиданный ходом разговора, ее собеседник явно забыл, что ему тоже следует представиться. — Мое имя — Регнал Костван. Я третий сын рода Костванов. Королевская стража разместила гарнизоны вдоль всей границы. Отдельные заставы расположились даже в охотничьих домиках и придорожных убежищах для путников. Вот почему мы здесь.
— А что, на паргунской границе опять неспокойно? Собеседник Пакс нахмурился:
— Не то чтобы неспокойно… В общем, не более, чем обычно. Но, учитывая состояние дел в Лионии… — Он внимательно посмотрел Пакс в лицо, явно желая узнать, понимает ли она, о чем он говорит. Пакс кивнула, и рыцарь продолжил:
— Помимо других распоряжений, мы получили приказ проверять всех путешествующих в этом направлении. Собирались ли вы пересечь реку? Должен вас предупредить, что вам придется получить у меня разрешение для того, чтобы нанять кого-либо из местных жителей в качестве перевозчика.
— Да, у меня есть намерение перебраться на ту сторону. И причины для этого у меня достаточно веские, — сказала Пакс и замолчала. Она поняла, что ей будет весьма и весьма трудно объяснить бдительным пограничным стражникам, куда и зачем она едет, учитывая, что и сама она не слишком отчетливо представляла себе это.
— Я бы порекомендовал вам проследовать со мной на заставу, — сказал командир небольшого отряда. Пакс не столько увидела, сколько почувствовала возросшую нервозность ее собеседников. Судя по всему, у них в последнее время было немало поводов для беспокойства, если они вели себя так подчеркнуто холодно и напряженно. — Мой командир наверняка захочет поговорить с вами.