Путь наемника
Шрифт:
— Проблема состоит еще и в том, — добавил Регнал, — что по линии наследников не осталось никого, в ком было бы достаточно эльфийской крови, и многим это не нравится, потому что они не знают, чего ждать от… — Он бросил взгляд на Верракая, который мгновенно покраснел.
— Юный Регнал Костван, не смотрите на меня так. Я никогда не был эльфоненавистником в отличие от своего дяди. Мне доводилось встречаться с рейнджерами, верой и правдой служившими нашему двору, и я отлично понимаю, что они имеют в виду, когда говорят об особом эльфийском чутье. Я полагаю, что для нас, людей, вполне достаточно благоволения и покровительства Геда, но я не могу не признать и того, что Лиония — это совсем другая страна. Люди делят это королевство
Слушая весь этот рассказ, Пакс вдруг почувствовала, что должна запомнить все дословно, что вся эта информация самым непосредственным образом касается того, с чем ей предстоит иметь дело в ближайшем будущем. Почему и как именно — этого она сказать не могла. Оставалось только поверить своим предчувствиям. Неожиданно Верракай благодушно улыбнулся ей и проговорил:
— А что, может быть, им действительно понадобится паладин в качестве правителя? По крайней мере, на моей памяти такого еще никто не пробовал. Видит Гед, если вам дано отличать добро от зла напрямую по милости богов, то, я полагаю, вы вполне смогли бы справиться с этим делом не хуже любого эльфа.
Побывавшая в Лионии Пакс прекрасно понимала, что эти два дара — вовсе не одно и то же. Впрочем, сейчас ей вовсе не хотелось вдаваться в подробности и объяснения. Она просто от души посмеялась над таким предложением вместе со своими собеседниками, а затем сказала:
— Почтеннейший господин, паладинов обычно призывают, чтобы занять место куда менее уютное, чем трон. Даже учитывая, что усидеть на лионийском троне будет нелегко, равно как и править страной в такое время, я могу со всей уверенностью заявить, что никто из паладинов не учился тому, как управлять страной, как заниматься ее хозяйством и как вершить правосудие. Наше предназначение состоит в том, чтобы вмешаться в конфликт в самый критический момент на стороне сил добра. А затем мы уходим, предоставляя другим оспаривать право наследования власти и престола. Я не стану отрицать, что в некоторых ситуациях было бы куда лучше, если бы паладин остался при власти, но не мне менять освященные веками традиции или пытаться идти наперекор воле богов. Я могу лишь надеяться на то, что в Лионии все наладится в самое ближайшее время. На нас самих в последнее время серьезно навалились орки, а за их спинами замаячили тени еще более страшных противников. Если нам предстоят серьезные испытания, хотелось бы надеяться, что наши ближайшие и верные союзники окажутся в состоянии прийти нам на помощь.
На следующее утро Пакс и ее гнедой конь были переправлены через Хоннергейт. Могучая река лениво катила свои воды, казавшиеся абсолютно черными по контрасту с ледяной кромкой вдоль обоих берегов. Поднявшись на противоположный берег, Пакс села верхом на гнедого и неторопливо поехала вперед. Она обратила внимание на то, что ее кольчуга сверкала ярче, чем накануне. Ни она, ни кто-либо другой не чистил и не полировал кольчугу, равно как и кольца и пряжки на ее оружейной перевязи. Они тоже засверкали ярче прежнего. Пакс вспомнила, как не раз видела паладинов в сверкающих, словно отполированных доспехах, и задумалась над тем, обретают ли этот волшебный блеск ее собственная кольчуга и снаряжение.
Земли к югу от Хоннергейта были плодороднее, и люди здесь жили богаче. Пакс
— Да пребудет с тобой Гед, странник, — приветствовал Пакс маршал, оглядывая ее с ног до головы. — Меня зовут маршал Пилиан, а тебя?
— Паксенаррион, — ответила Пакс. — Я паладин Геда, покровителя всех этих земель.
Глаза маршала широко раскрылись, но он не стал демонстрировать свое изумление, а, наклонив голову в знак приветствия, сказал:
— Добро пожаловать в наш город. Не желаете ли отобедать вместе со мной?
— Почту за честь, — кивнула Пакс. Она уже имела возможность убедиться в том, что чувство голода у паладина ничем не отличается от того, что испытывает обычный солдат. Спешившись, Пакс перекинула поводья через руку и спросила:
— Есть у вас место в конюшне?
— Да, пожалуйста. Можете поставить своего коня вот сюда.
Маршал провел Пакс во двор и показал стойло по соседству с тем, где мирно дремал его собственный конь. Дождавшись, пока Пакс расседлает гнедого, подкинет ему сена в кормушку и нальет воды, маршал проводил ее к выходу из конюшни и заметил:
— Тяжелая, должно быть, была дорога. Пакс пожала плечами.
— Да нет, не хуже, чем обычно.
— Ну что ж. Многие считают любую поездку в это время года тяжким испытанием. Но, судя по всему, вы не из их числа.
Вдвоем они быстро дошли до ближайшего постоялого двора, куда маршал и предложил зайти Пакс, учтиво пропустив ее вперед. Почти все сидевшие в общем зале посетители сочли своим долгом привстать и поприветствовать маршала. Навстречу гостям вышел хозяин и с любопытством уставился на Пакс. Властным жестом маршал заставил его оставить при себе любые вопросы и попросил посадить их где-нибудь в тихом уголке. Когда подходящий столик был найден, маршал откинулся на спинку стула и сказал:
— Это очень неожиданно. Да, я просил о помощи, но никак не думал, что для решения моих проблем потребуется присутствие паладина. Неужели ситуация действительно настолько серьезная?
Пакс немало удивилась этим словам. У нее не было предчувствия, что целью ее путешествия был этот городок, или ощущения того, что здесь ей предстоит что-то сделать.
— Уважаемый маршал, я приехала в этот город вовсе не по вашему призыву, по крайней мере, насколько мне это известно. Да, я действительно путешествую, исполняя долг паладина, но осмелюсь предположить, что на этот раз боги вызвали меня в другое место.
— Понятно, — с явным облегчением кивнул ей маршал. — А вы случайно не знаете, в Фин-Пенире получили мое послание?
— К сожалению, нет, — пожав плечами, ответила Пакс. — В Фин-Пенире я не была уже больше года.
— Ну вот, — разочарованно протянул маршал. — Знать бы наверняка, что… — Маршал замолчал, потому что в это время к их столику подошел хозяин. Маршал наскоро заказал тушеное мясо с овощами и горячий свежий хлеб. Когда хозяин отошел, он посмотрел на Пакс и вдруг хлопнул себя ладонью по лбу. — Ну да, то еще гостеприимство с моей стороны! Даже не спросил у гостьи, чего бы ей хотелось съесть на обед. Вы уж меня извините, это все от бесконечных переживаний. Кстати, когда мы с вами столкнулись у входа на нашу ферму, я как раз раздумывал над тем, не отправиться ли мне завтра самому в Вереллу.
В этот момент к столику вновь подошел хозяин с подносом, на котором стояли две огромные глиняные миски с тушеным мясом и блюдо с ломтями горячего, только что испеченного хлеба. Пакс с удовольствием взялась за еду и довольно быстро с ней расправилась. Остатки соуса со дна миски она по привычке подобрала последним куском хлеба.
Маршал настоял на том, что за обед рассчитается именно он, и ни словом не обмолвился о своих проблемах до тех пор, пока они не вернулись к ферме. Лишь у ворот, на безлюдной улице он сказал: