Путь огня
Шрифт:
– Я помню все, – выдохнул, жадно всматриваясь в лицо девушки.
Софрана то, Софрана се. Это имя все чаще мелькало в докладах, каждый раз выбивая почву из-под ног.
Внезапно оказалось, что его бывший секретарь и обычная, каких многих, девчонка из свиты королевы, стала значимой персоной в королевстве. Отец вон собирался отметить ее наградой на Зимних праздниках. После такого на семью Софраны посыплются предложения о замужестве. И как быстро она окажется чужой женой?
Стиснул кулаки, сдерживаясь.
– Тогда почему, – запнулась Софрана,
Лицо Харта словно огнем обдало от таких обвинений.
– Я? Вас? Это вы от меня, как вода от пламени, бегаете.
Щеки девушки вспыхнули румянцем.
– Когда это я бегала? Я все время здесь. А от вас за этот год ни весточки, ни письма, я молчу о чем-то более значимом.
Харт с умилением разглядывал нахмуренные брови – так бы и перецеловал, поджатые губки – и их тоже. И почему он раньше не замечал, какая она красавица?! Независимая, гордая, умная… Все же прав кузен, когда говорил, что женская независимость привлекает больше, чем услужливая податливость. Завоевывать приятнее, чем получать даром.
– Вы меня слушаете? – раздраженно переспросила Софрана, нервно постукивая носком ботинка по дорожке.
– Да, конечно, – кивнул Харт, стирая улыбку, – вы говорили про письма. Но я не счел уместным отвлекать вас от учебы. Тем более столь талантливую студентку. Ваша работа о малозатратных заклинаниях…
– Вы читали? – неверяще воскликнула Софрана.
– Не только читал, но и готов обсудить некоторые моменты. Вы утверждаете, что логичнее использовать малозатратные заклинания. Отличная идея. Особенно с комбинацией, но во время боевых действий важнее ударить один раз и насмерть, чем поджаривать противника на медленном огне.
– А если противников несколько? – не согласилась Софрана.
Следующий час прошел в оживленной и жаркой дискуссии. Харт с удивлением обнаружил, что ни разу не заскучал.
– На самом деле я приготовил вам подарок, – проговорил он, когда они дошли до центрального корпуса, и девушка несколько раз бросила нетерпеливый взгляд в сторону здания женского факультета. Достал из кармана браслет. Протянул со словами:
– Я не буду принуждать вас к покровительству. Это уже в прошлом, но хочу, чтобы вы стали моей невестой. А после окончания учебы – женой.
Софрана покраснела. Покачала, сомневаясь, головой, и Харт сердцем ощутил – откажет.
– Нет, прошу, – ухватил за руку, прижал ладонь к груди, – я не вынесу больше без вас. Не знаю, каким пламенем вы меня отравили, но этот год я не жил – мучился. Прошу сжальтесь. Умоляю.
И начал опускаться на колени.
– Что вы делаете? – испугалась Софрана.
– Одна очень мудрая женщина рассказала мне, что есть безотказный способ покорить упрямое сердце. Вот, – он развел руками, – я перед вами на коленях. Не как принц, а как мужчина, который любит вас и просит разделить с ним пламя.
И Софрана нерешительно кивнула.
– Тише ты, – шикнул на Аля Шиль, когда тот поскользнулся на камнях,
Аль поднял голову к небу. Выдохнул облачко пара, и оно засеребрилось в лунном свете. Было холодно, и вовсю чувствовалось приближение зимы. Внутри мелькнуло сожаление о лете, о коротких, но таких насыщенных каникулах. Беспокойство об ассаре кольнуло сердце.
Ему ничего не говорили, но он не слепой, сам видел, с каким озабоченным лицом ходил последние дни королевский целитель, как мрачен был Четвертый, а потом Юлю со всеми предосторожностями забрали во дворец. И вот уже неделю никаких вестей, кроме одного и того же: «Жди». Он потому и согласился составить компанию бедолаге Шилю, что больше не мог выносить мучительного, полного тревоги ожидания.
Франа не взяли – тот лишь проводил их тоскливым взглядом, но напрашиваться не стал, а Лунь остался их прикрывать, если наставник заглянет в комнату.
Вот так и получилось, что этой ночью они вдвоем пробирались по территории академии.
– Ты сам не думай соваться внутрь, – в который раз озабоченно повторил Шиль, – я же не дурак, понимаю, что ты не можешь рисковать из-за ассары. Будь у меня такая, – вздохнул, – давно бы уже покорил пламя. Как ты.
Аль не ответил. Ему всю жизнь завидовали. Сначала из-за королевского происхождения, теперь вот из-за ассарства. Но Шиль прав – рисковать нельзя. Аль постоит снаружи и, если что-то пойдет не так, отправится за помощью.
– Ну я пошел, – повторил Шиль, вытягивая шею и всматриваясь в негостеприимную темноту пещеры.
– Дальше середины не ходи, – напомнил Аль, – источник тебя просто сожжет.
– Что я маленький? – вспылил тут же Шиль и попытался успокоить Аля и себя: – Я не дурак. И сжигать себя не собираюсь.
Выдохнул:
– Помоги мне пламя, – и шагнул в темноту.
Тут же начали загораться световики, и по стенам пещеры поползла длинная тень от маленькой фигурки, удаляющейся по проходу. Пара ударов сердца, и Шиль скрылся за поворотом.
Аль постоял, вслушиваясь в темноту, но было тихо. Лишь где-то далеко, в парке, протяжно, на одной ноте, тянула песню ночная птица, да шумел ветер в кронах деревьев. Стало неуютно. Аль так давно не был по-настоящему один, что и забыл – каково это. И снова мысли вернулись к ассаре. Как она там? Справится ли? Не умрет как мама?
Глаза защипало, и он поспешно вытер их рукавом. Нет, Юля обещала, что все будет хорошо, и он должен ей верить. Его ассара – боец, все так говорят. Сам ректор ее боится. И отец уважает, а Седьмая просто обожает. Всем говорит, что, если бы не хитрый способ от ассары, ничего с ребенком не получилось бы.