Путь за горизонт

Ветров Егор

Теос никогда еще не видел отца таким разбитым. Слова будто вырывались из глубины его сердца, увлекая к поверхности скопившиеся на дне сожаления и страхи. Он ощущал, что между ними образовалась еще одна нерушимая, но невидимая связь. Во время короткого молчания Теос собрался с мыслями и обдумал нелицеприятную правду о деде. Ему стало не по себе за то, что он боготворил человека, который принес столько горя отцу.

— Хорошо, что ты мне все рассказал. Спасибо вам за все. Я постараюсь оправдать вашу веру в меня, — Теос откашлялся, его горло стянуло, а сердце забарабанило в груди. — Простите, что внезапно меняю тему, но скоро мне

нужно возвращаться, и я тоже хотел бы вам кое-что рассказать. Это касается девушки…

Он взволнованно взглянул на родителей, чье настроение вмиг переменилось. Отец и мать резко прильнули к столу, затаив дыхание.

***

Белла зашла в модульную казарму, напоминавшую большой грузовой контейнер, в каких временно разместили членов экспедиционного корпуса, присела на койку, чтобы скоротать время и собраться с мыслями, прежде чем направиться к железнодорожной станции. Она достала из-под подушки альбом и начала перелистывать страницы. Первыми из памятной галереи на нее смотрели лица родителей, которые она неоднократно перерисовывала. Не тронутые временем, неискаженные, в отличие от расплывчатых и текучих, словно речные воды, воспоминаний. На следующей странице перед ней предстал лик сестры. Бесконечно прекрасный, ласкающий душу, точно детский сон в беззаботную летнюю ночь. Ее мысли расправили крылья, уносимые вдаль потоком поэзии.

Прости, Мария, я осквернила память о тебе, твой дух во мне ослаб, а света твоего я больше не достойна.

Она провела пальцами по волосам, вспоминая отнятые ею жизни. Мужчина, разорванный на части пулеметной очередью возле амбара. Три танка, охваченные пламенем на полях сражений. Во снах и наяву до нее доносились вопли агонии и проклятья убитых.

Выбора была я лишена. Но не для всех ли это оправданье? Тех, кого я погубила, и те, кто жизни наши отнимал, ведь тоже все, что было дорого их сердцу, защищал. Друзей хотела я спасти… но получилось ли? Не зря ли все?

Белла листала страницу за страницей, видя лица тех, кому не смогла помочь, будучи не властна над судьбою.

Вы сил мне придавали. Лишь вам благодаря дышать не забывала я и двигалась вперед, и радовалась каждому шагу на пути, что проходил в кромешной темноте. Свет ваш не угас, он вечно будет озарять дорогу мне. Без вас не справилась бы я никогда. Спасибо. Ступать самой пора мне научиться и отыскать свой дом, где, надеюсь, я буду не одна.

Она перелистнула очередную страницу. Слеза упала на чистый белый лист.

Это мы, чья судьба еще не предначертана. Это будущее наше, и оно еще не предрешено. Это путь наш, что пролегает через неизвестность.

Белла закрыла альбом, положила его обратно под подушку и вытерла слезы рукавом.

Выйдя из модульной казармы, она проверила время на трекере и устремилась через выжженные руины военной базы к железнодорожной станции. В груди кипели невысказанные чувства к тому, с кем ее ожидает встреча. Ум переполняла решимость следовать обещанию и самой ступать тропою, что вела за горизонт. Однако сердце горело желаньем и мечтою, что на своем пути она не будет одинока.

***

Теос подъезжал к железнодорожной станции неподалеку от базы Лазарус. Воинский поезд, на который он пересел с электрички, был под завязку забит солдатами и офицерами, что сбивались в группы

по цвету формы. Шумная компания бывших Вольных притягивала к себе раздраженные взгляды остальных пассажиров. Повидавшись с родителями, он ощущал себя так, будто совершил путешествие в прошлое и восстановил часть прежнего себя, вот только другая его половина изменилась навсегда. Впрочем, сейчас все прочие мысли меркли, уступая волнительному предвкушению встречи. В голове он пытался подобрать нужные слова, что произнесет, когда ее увидит.

Наконец поезд остановился. Теос выскочил из вагона на перрон. Не замечая окружающих, он промчался через трехэтажное здание железнодорожной станции, выложенное темным кирпичом, и вышел по другую его сторону, к широкой асфальтированной дороге, испещренной выбоинами и ветвящимися, точно корни древа, трещинами. Он договорился встретиться с Беллой на плато наблюдательного пункта в два часа дня. Чтобы добраться туда, сначала нужно было преодолеть один километр по прямой пешком до военной базы, либо дождаться, пока к вокзалу вернется беспилотный автобус, однако Теос, имевший в запасе полчаса, решил прогуляться. Несмотря на то, что дорогу еще не восстановили после обстрела, по обеим ее полосам рассекали автоматические погрузчики с манипуляторами, тракторы и грузовые машины, возившие в кузове обломки зданий и стройматериалы. Через новые ворота, воздвигнутые второпях, заезжал неуклюжий желтый асфальтоукладчик.

Вдохнув воздуха, в котором все еще ощущалась легкая примесь гари и бетонной пыли, Теос собирался влиться в разноцветный ручеек человеческих фигур, утекавший к военной базе. Вдруг в унисон с мягким дуновением ветра до него донесся голос, заставивший подпрыгнуть сердце в груди:

— Тео!

Он резко повернулся в сторону привокзального сквера. Из-под ветвей лиловой сирени вынырнула Белла. Даже безликая форма коричневого цвета была не способна затенить ее сияния. Слабые потоки небесного света утопали в налитых солнцем прядях, становясь лишь их тусклыми тенями.

Она улыбнулась и помахала рукой. Теоса обдало жаром, ноги сами понесли его к ней. Он улыбнулся в ответ:

— Белла, не думал, что ты будешь ждать здесь.

— Я решила пройтись до вокзала, пока свободна. Встретился с родителями? У них все хорошо?

— Да, и я вернулся с хорошими новостями.

— Меньшего я и не ждала, за все время нашего знакомства я еще не слышала от тебя ничего плохого. Чем же я заслужила такое везение? — не сводя с него глаз, она склонила голову набок.

— Хорошим людям хочется приносить только хорошие вести, тем более, если дурных им и так хватило на несколько жизней вперед, — Теос пытался унять дрожь в голосе. — Сегодня ты распрощаешься со службой?

Девушка кивнула. Теос слышал нарастающий стук своего сердца, мысли кружились в голове, точно снежники в разгар метели.

— Знаешь... у нас большой загородный дом, оттуда совсем недалеко до столицы, и комнат там много. Мои родители будут рады тебя у нас видеть, как и я... Я хочу, чтобы ты знала, что ты дорога мне, как никто другой. Когда я блуждал во тьме, ты стала для меня спасительным маяком. Без твоего света я бы пропал. Надеюсь, что смогу отплатить тебе тем же, если ты мне позволишь. Теперь у тебя есть место, где тебе всегда будут рады, дом, где мы можем быть счастливы сами и сделать счастливыми других людей, — он глубоко вздохнул и протянул ей руку. — Поедем домой, сегодня вечером, ты и я.