Путь
Шрифт:
Интересно, сколько ей лет? Не больше восемнадцати на вид. И кто её поставил на утреннее шоу, интересно?
— Хм, Леди Провокация! — слышится от Женьки. — Уже в эфире…
На экране появляется толстый тип со слащавой улыбкой, садится, развалясь, в кресло и начинает нести абсолютную банальщину, и всё это — с самым серьёзным видом. Буэ-э! Где они откопали этого неприятного типа?!
Снова от Женьки слышится: — И «бла-бла-бла»! Ни ума, ни фантазии — один апломб и ни капли знания предмета. Откуда они этих уродов берут, клонируют что ли? Триста лет прошло, нихрена не поменялось! Нахватался по
— Да ладно тебе, Лисёнок! — отвечает Там. — Забей ты на него! Дался он тебе, трындит что-то там — ну и пусть трындит! Играй давай.
Вэсил вставляет свои пять центов: — Вот археологов интересно будет послушать, а на этих болтунов реально забей, Жень! О, у тебя две шестёрки, ходи!
С кухни слышу голос отца: — Играю шесть пик!
— Шесть треф!
— Не, я пас!
— Семь пик!
— Я тоже пас!
— Играй, Дакар!
— Деда, деда! Я писать хочу! — канючит Сэй, дергая того за свитер.
— Женька, мы в твою комнату сходим, хорошо? — спрашивает дед. Женька, не отвлекаясь от игры, делает неопределённый жест рукой. Это, наверное, обозначает согласие. Дед так и понял, и ушёл наверх.
Голос Михаила:
— Ну может по полсотни капель?
— Я за!
— И я тоже! — отвечают отец и Таэль.
— Разливай, Мишка, и отцу не забудь!
— Дакар, рюмки доставай!
Слышно, как брякнула дверь холодильника. И довольный голос Таэля: — О, коньячок! Опять контрабанда?
— Какая контрабанда! Инсинуации! Всё честно, мне один из наших с рудовоза привозит! Они на Землю иридиевый концентрат таскают, вот он там и тарится в обмен на шкурки.
— Эх! Жаль, в Иерархию никто не летает! — говорит отец. — А то заказал бы «Кризе». Шкурок у меня много.
— Забористая штука, только сладкая очень! Мне понравилась, когда ты меня угощал в тот раз, на Цитадели. Хотя, может договориться с нашими, кто на Бекенштейн летает. Вот уж в этой клоаке любую выпивку достать можно! Тамошние уголовные боссы не любят себя ограничивать! А «Кризе» — это напиток статусный. Покалякаю-ка я со знакомыми в Гагарине, глядишь, и договорюсь с кем. Ещё по одной? — спросил Михаил.
— Давай!
— Согласен.
— Где дед?!
— Ну, видать, «пописать» оказалось «не только пописать»! Так что ждём.
В головизоре всё тот же напыщенный жлоб, о чём он так долго может говорить? Ладно, беру датапад и снова пытаюсь запомнить историю. Пошёл рекламный блок — как всегда, громче, чем сама передача, опять средства для похудения, шампуни от всего на свете, тряпки, духи и прочая ну очень нужная дребедень! Они нас за дебилов, наверное, держат…
— И снова доброе утро! С вами в студии Диана Аллерс и видный политолог и медиаэксперт Джереми Эпштейн, мы продолжаем утреннее шоу «С добрым утром, Цитадель!». Как я и обещала, у нас в гостях только что вернувшиеся из международной археологической экспедиции. Видные ксеноархеологи: это профессор кафедры ксеноархеологии Московского Государственного Университета — Марек Янкуловски, и доктор ксеноархеологии с Тессии — Лиара Т’Сони. Поприветствуем! — на экране появляются высокий моложавый и светловолосый человек, одетый в светло-зелёный
Женька встрепенулась и внимательно вгляделась в азари, на грани слышимости я уловил шёпот сестры: — Так вот ты какая, Лиара Т’Сони, азари из моих снов!
Сестра окуталась биотикой, и лежавший на спинке дивана пульт от головизора влетел ей в руку. Пополз вверх регулятор громкости, и все, оставив свои дела, стали смотреть шоу. Даже Нова оторвалась от книжки.
Ведущая: — Уважаемые учёные, рады видеть вас у нас в студии, и ещё раз здравствуйте!
Профессор: — Здравствуйте!
Доктор: — Здравствуйте.
В: — Как прошла экспедиция?
П: — В целом — очень удачно, мы нашли очень ценные образцы и довольно большой объём информации, хорошо слетали! Правда, доктор Т’Сони?
Д: — Да-да, профессор. Совместная работа принесла много данных, которые, правда, надо ещё обработать… но кое-какие выводы уже можно обнародовать.
Эксперт: — Господа учёные, вы можете, наконец, дать ответ? Куда и почему исчезли протеане?!
В: — Да-да! Всех это необычайно интересует! У вас есть ответ?
П: — Однозначного пока нет! Но чем дальше мы исследуем проблему, тем всё отчетливее становится одна версия.
Э: — Какая версия, профессор?
П: — Протеане не исчезли, а были уничтожены!
В: — Уничтожены?!
Э: — Пфф! Профессор! Что значит уничтожены? Кем? Кто мог уничтожить самую могущественную цивилизацию прошлого?! Это невозможно!
П: — Ну почему же? Вполне возможно!
Д: — В некоторых восстановленных архивах мы находим упоминания о тех, кто их уничтожил — протеане называли их «Пожинающие» или «Пожинатели»!
Гвалт и смешки в студии.
Э: — Профессор, протеане построили ретрансляторы и Цитадель! А они есть до сих пор и прекрасно работают, поскольку мы с вами — как раз на Цитадели. А вы говорите, что их уничтожили? Почему же не уничтожили эти объекты?
П: — Видите ли, э-э?..
Э: — Джереми Эпштейн, профессор!
П: — Так вот, Джереми, по последним данным исследований — Цитадель и ретрансляторы гораздо древнее, чем остальные из найденных протеанских артефактов!
Э: — И насколько древнее?!
П: — Тут, скорее, уместен термин «во сколько раз» древнее! И можно говорить о нескольких десятках раз! Мы с уверенностью можем говорить, что Цитадель и ретрансляторы существуют миллионы лет!
Э: — Но, профессор! Ваши заявления полностью противоречат официальным выводам! Ведущие учёные Республики и Союза установили, что Цитадель и ретрансляторы построили протеане.
Д: — Ну, во-первых, не установили, а предположили! Это несколько разные вещи! И история знает немало примеров, как со временем теории менялись на свою полную противоположность. И, во-вторых, мы оперируем данными последних экспериментов по сканированию — как Цитадели, так и ретрансляторов. А эти данные говорят, что этим объектам несколько миллионов лет!
В: — Доктор Т’Сони, а сколько вам лет?
Д: — Мне 84 года, но какое это имеет…
Э: — Но постойте! Вы же, по меркам азари, ещё даже несовершеннолетняя! И вы пытаетесь нам сказать, что все учёные ошибаются, а вы сами, по сути, ещё ребёнок, говорите истину?