Путь
Шрифт:
— Мне страшно, мне так страшно, командир! — Прошептала Тали. — Ведь получается, что нельзя верить даже собственным мыслям, в любой момент в них может сработать программа, и ты превратишься в болванчика на ниточке у древней машины.
— Нет Талюшь, это не так. Эта программа не может лишить тебя воли, она лишь как «чёрт за плечом» будет шептать тебе всякую дрянь. И всё зависит от тебя, и только от тебя подруженька. Послушаешь ты его или будешь стойкой. — Говорю я ей. — Успокойся моя хорошая, лучше про Ивана подумай. Что ты испугалась, ведь ничего по большому счёту не изменилось, за Назарой гонялись, не боялись пропасть, и на Мнемозине, всё прошло вполне нормально. А там-то мы вообще были внутри врага, и он не влез к нам в голову и не утащил
— А ведь и верно. — Сказал Акст. — Что мы перепугались, всё как было, так и осталось и знаете что. Ведь у нас есть запись с Иден Прайм, запись того звука, который свалил Зануду и Эш с Лероем. А раз так, мы можем, используя корабельный мнемограф распотрошить собственные мозги, найдя, где сидит эта дрянь и вычистить её, так ведь?
— Макс, а ты точно десантник? — Спросила Лиара. И народ грохнул, и со смехом отчаянье сменилось решимостью и злостью.
Самое главное, через неделю проф локализовал в сознании разумных саму программу вызывающую страх, и нашёл способ её подавления и уничтожения. Но странность была в другом, у меня, у Лиары Сильви и Найлуса, этот участок мозга был чист и программы в нём не обнаружилось. Хотя сам брат говорил, что на Иден Прайм испытал настоящий ужас. Но, в этот раз, записанный рёв жнеца не произвёл на турианца никакого эффекта в отличие от всех остальных из участников тех событий слушавших его. И Эш и Зануда и Лерой, готовы были бежать и прятаться, бросив всё и вся. Я же, от рёва меня просто разрывало от ярости и проф сказал, что будет изучать этот феномен. И возможно найдёт ему применение. Только вот в отличие от программы подавления, нашли ещё одну и её вычистить, не получится. Поскольку все наши знания и память, оказались переплетены с ней и, убрав её, можно было до кучи убрать и знания и воспоминания, превратив разумного в идиота. Но, выяснилось это уже сильно потом. Пока же нас ждал Копис и протеанские руины.
Женька (Нормандия SSI-1, Копис, система Оплос — Скопление Аида. 25 июля 2385 г. 02:30 корабельного)
«Норма» висит на высоте сотни метров над поверхностью, под нами раскоп, и носящийся вокруг входа в него «Молотоглав». Раскоп оказался прикрыт модульными турелями, и система непосредственной обороны продолжала работать, не подпуская никого к себе. Коды доступа, полученные от Цербера, не помогли, система не подчинялась. И пришлось, Аксту со Змеем, «тряхнуть стариной» и, забравшись в М-47 устроить пострелушки с башенками. Мы же ждали на высоте наблюдая издали за действиями наших друзей. Народ спорил и болел, глядя на происходящее внизу, а парни, действуя, будто на учениях, используя складки местности и кучи мусора, сносили башни одну за другой. Благо ракеты «Молотоглава» позволяли стрелять буквально «за угол», лишь бы цель была видна в оптику систем наведения. Да и Гаррус, стрелок от бога и за все время ни разу не промахнулся.
— Смотри и учись. — Слышу я рядом рык Крулла, обращённый к Гранту, — И ты тоже. — Это он уже Нору, стоящему рядом с приятелем. — Вот как нужно работать с техникой, чётко ясно, лаконично. Ни суеты ни промахов. Так что после окончания высадки, по возвращению на борт, вы у меня засядете в технику и будете в режиме симуляции отрабатывать взаимодействие. Всё поняли, салаги?
— Да мастер, поняли. — Ответил Нор, Грант лишь буркнул что-то не разборчивое, продолжая увлечённо следить за действием внизу.
— Осталось две турели, и можете садиться. — Говорит Макс по связи.
— И как тебе машинка, Акст? — Спрашивает Карл.
— Песня,
— Что хотя? — Спрашивает его Сильвианн.
— Может сюда протонник воткнуть? Или ионник, хотя демаскируют они здорово, и из-за угла не постреляешь… — Отвечает Макс.
— Нормальная машинка Акст, приноровишься так даже лучше рельсы, пусть и мощность поменьше и БК невелик. Но для разведчика больше и не надо, зато проходимость такая, что «Скорпиону» с «Мако» и не снилось. Вот модуль маскировки бы на него и было бы вообще супер. — Отвечает другу Гаррус.
— Тебе виднее, ты же башнер. — Говорит Акст, виртуозно загоняя машину между массивных обломков, Гаррус при этом успевает воткнуть ракету прямо в блок наведения турели и та, заискрив, застывает, задрав стволы в небо.
Несколько минут, и последняя турель задымила и застыла в неподвижности.
— Коробочка — базе, садитесь, посадочная площадка зачищена. — Говорит Макс. И «Нормандия» медленно и аккуратно опускается на поверхность. Я разворачиваюсь и иду в лифт, пора прогуляться по протеанским руинам. Что-то же здесь нашли настолько серьёзное, что не поскупились на установку башен. Только вот, учёным видимо не повезло и геты-еретики один хрен захватили здесь всё. Макс докладывал, что видел разбитые платформы, «живых» же еретиков видно не было. Вообще руины выглядели пустынными и покинутыми. Когда спустилась в ангар, увидела, что аппарель уже лежит на грунте и по площадке перед раскопом разбегаются мои люди. Подъехал М-47 и, из люка высунулась довольная физия Гарруса.
— Змей ты что?! Чем ты там дышишь? — Говорю я.
— Атмосфера вполне пригодна для дыхания, а биосферы тут считай, ещё и нет. В океанах полно всякой мелочи, а на суше пусто, да и откуда этому всему взяться, когда этот мир на солнце, воздух нагревается почти до шестидесяти градусов вашего Цельсия. Тут и сейчас около сорока, и это несмотря на то, что мы в тени Махайры. Так что, можете открыть шлемы или вообще их снять, Сьюзи уже обследовала тут всё с помощью «саранчи» и никого и ничего опасного не обнаружила. И да, следите за своими усилиями, гравитация тут низкая. — Докладывает Змей.
Снимаю шлем и вешаю его на пояс, чуть подпрыгивая, спускаюсь с пандуса, чувствую неприятные позывы из-за упавшей гравитации. Воздух вокруг горячий, пахнущий горячим камнем, пылью и больше ничем. Будто он прошёл сквозь фильтр. Лишь от корабля и «Молотоглава» тянет озоном. Топаю в направлении спуска в раскоп, шаги поднимают облачка мелкодисперсной пыли, которая медленно кружась и блестя в свете прожекторов корабля, опускается обратно.
— Ну и духовка. — Говорит Лиара, идущая рядом со мной.
— Скорее баня. — Поддерживает её Снегурочка, идущая сзади.
Входим на спуск и идём в наклонный тоннель. Впереди мелькают фонари авангарда, мелькают мелкие летучие дроны из комплекта «саранча», слышится шум и громкие разговоры.
— Сью, что с Церберовцами? — Спрашиваю я.
— Они мертвы Женя, трупы уже раздуло прямо в их костюмах, крайне неприятное зрелище. На телах множественные повреждения, но убиты все выстрелом в затылок или в лоб. Это странно для гетов, синтетики не казнят пленных. — Говорит нам ИИ.
— Значит, тут были не только геты. Похоже на работу наёмников, причём довольно профессиональных. Церберовцев жёстко допросили в стиле спецвойск Альянса. Видал я работу нашей спецуры и сам так действовать умею. — Говорит Карл, откуда-то из глубины раскопа. — Оп-па! Вот это хрень!
— Что там?! — спрашиваем мы с Лиарой хором.
— Вот бы знать, что это за хрень такая?! — Отвечает мне мой старпом.
Спуск закончился в довольно большом круглом помещении, посреди которого над небольшой чашей покрытой слабо мерцающими плитками висел металлический шар исполинского размера. Метров восьми в диаметре, и этот шарик медленно пульсировал, издавая чуть слышный звенящий гул.