Путь
Шрифт:
— Вижу. И что теперь?
— Палитру! — Феникс тянула снизу кусок круглой фанеры, — бери и черным рисуй! И серого добавь, синего, голубого, как внизу, видишь?
— Угу.
— Вот так и рисуй! Попробуй, это не сложно!
Прикусив язык, Марио начал возюкать краской по фанере. Набрав жесткой кистью краски, он плюхал ее на стену и стремился размазать, пока та не грохнулась куском вниз. И так раз за разом.
Марио предстояло дорисовать верхнюю часть картины, по возможности как можно больше. Ничего
Он вошел во вкус и ему даже начало нравится. Он наслаждался тем, что из-под его кисти сначала выходили черные пятна, которые он потом мог превратить в синие, свинцово-желтые или сиреневые. Он даже крякнул про себя, что искусство не такая уж сложная вещь.
Продолжительное время он порхал по стремянке со ступеньки на ступеньку, как вдруг понял, что не слышит никаких комментариев, никаких возгласов под руку и неудобных советов.
С полностью уверенностью, что Феникс дрыхнет на диване, Марио повернулся к пространству студии.
Феникс стояла на диване и внимательно следила за каждым его движением.
— Ну, как? — с опаской спросил Марио.
— Уголек, ты превосходный «художник-облачник»! Как Айвазовский, только по облакам! — и Феникс улыбалась.
И Марио любил ее еще больше. Даже если ей предстояло все перерисовывать заново потом после него. Даже если ей не нравилось, она все равно вдохновляла и поддерживала его.
Марио повернулся и подумал, что ему повезло с ней.
— Только не ерзай! — и Феникс водила кисточкой по спине Марио. От влажных прикосновений Марио поначалу содрогался, потом привык.
— Я нарисую тебе щит-броненосец, чтобы спина у тебя всегда была прикрыта — и Феникс рисовала красками на теле Марио огромный во всю спину щит.
Марио дергался. Теперь он не мог наблюдать за Феникс. Зато она пела ему прям на ухо заводящим шепотом.
Марио не понимал смысл этих рисунков, они ему казались по меньшей мере глупостью. Зачем разрисовывать тело, если, во-первых, оно и так красиво, а во-вторых, чтобы все потом смывать.
Но Феникс настояла, сказав, что ему понравится.
— Это чтобы никто не смел тебя ударить в спину.
И Феникс рисовала. А Марио не понимал, зачем так стараться.
Когда она закончила, она повела его смотреться в зеркало.
Щит протянулся от лопаток и до самого ремня джинс Марио. Он был разделен на четыре части. Феникс начала перечисление с верхней левой:
— Это амбразура. Знак того, что ты следишь за своей спиной и в любой момент можешь повернуться и дать ответ.
Феникс тыкнула в Марио кисточкой.
— Броня. Охраняет тебя, — Феникс тыкнула в следующий квадрат, — вот эти грозди из перчаток значат, что тронувший может
— Ну здорово!
— И последнее. Деталь механизма — означает, что твоя спина тоже участвует в твоем бою и помогает тебе! — и Феникс чмокнула Марио, — не болей, Уголек!
— Ну спасибо, Птица-Огонь всемогущая.
Марио думал, что отмажется одним щитом. Феникс усадила его перед собой.
— А теперь мы нарисуем тебе Огненное сердце!
И с припевом, Феникс рисовала Марио большое на полгруди Сердце. Марио лишь оставалось только стараться расслабиться.
Когда Феникс перешла к плечу Марио и наметила огромный меч, у Марио звонил телефон. Звонил Судья.
— Привет, как состояние после вчерашнего? — раздался из трубки добрый голос.
Марио отследил, что говорит ему организм. Тело нормально функционировало.
— Да как обычно. Готов продолжать.
Судья засмеялся.
— Вообщем, там парни в «хелсе», зовут подлечится после вчерашнего. Запись «Беллатора» посмотреть.
— Я сейчас типо картина, Дредд. На мне рисуют — сказал весело Марио.
— Занятно-занятно. Ну привози, посмотрим.
Марио немного поник, представив, что Феникс придется оставить одну.
— Но… — Марио перевел взгляд на Феникс, — а если со мной будет девушка? Автор картины?
— Да в принципе, в этом нет ничего такого. Просто, обычно девушки с нами бои не смотрят — Марио услышал, как Дредд улыбается, — так-то мы не против никогда.
Марио улыбнулся. Он знал «Тренера-Дредда». Но он так же знал и «Весельчака-Дредда».
— А кто в «хелсе»?
— Да Гриша с Олегом, скоро приедут. Я сам пока занят, через часа два только буду.
— Ну так мы — или я — тоже. Через два часа.
Судья хохотнул.
— Ну и славно, Свят! Тогда до встречи!
Марио отдалил телефон.
— Ну, вообще, предложения Судьи принято принимать. Поедешь со мной? — спросил Марио, чуть наклонив голову вбок.
Феникс смотрела так, как будто Марио приглашал ее слетать на Луну. С видом невинного котенка она мелко кивнула два раза.
— Только сначала фотки! И потом потрешь мне спину! Точнее: ото-трешь.
— Поворачивайся! — Феникс сделала первый «щелк» фотоаппаратом.
Заряженные глубокой энергией, с виду расслабленные, крепкие парни полусидели-полулежали на просторных белых диванах напротив широкой плазмы. «Вип-ложи» размещались за пятым уровнем столиков в зале. Они были отгорожены от остального пространства тонированными стеклами. Помнится, в первый раз Марио еще подумал, что это просто стены, облицованные каким-то материалом под пластик.
Ложи тянулись по всей длине стены и были соединены коридором, из которого можно было попасть сразу на улицу.