Путана
Шрифт:
– Да, партнер отца по бизнесу. Вот его сыночка мне пророчат в мужья. Пиздец какой-то. Ну, он тоже не в восторге.
– Это жеееесть. – Протянула я. А потом мои зубы клацнули и шею заломило. Я не припадочная. Просто в нас на полной скорости врезалась чья-то тюнингованная двенашка.
Глава 2
Звонок в дверь звучал уже в шестой раз. Или в седьмой. Кому неймётся?
Блядь. Где эти долбаные трусы?
Спальня встретила беспорядком. Всюду валялась одежда. На кровати какая-то брюнетка спала мертвым сном, судя
Боксеры нашлись под кроватью. Топот шагов и дверной глазок.
Только не это. Отец.
Не с того я начал наше знакомство.
Привет, меня зовут Макс и я ненавижу своего отца.
Все сейчас подумают, как можно, он же вырастил тебя и воспитал, дал тебе все, что ты имеешь. Бла бла бла.
Только это не про него. Да, возможно, без него я жил бы по-другому. Но ведь жил бы. Он не из тех папаш, которые учат тебя перебирать движок, либо пинать мяч. Не из тех, кто делает с тобой уроки и дает тачку покатать телок. Он скорее относится к категории воскресных отцов. За всю свою жизнь, я видел его только по воскресеньям, и то мельком. На все мои просьбы поиграть, отец отвечал всего одинаково: «Не сейчас, Макс. Я работаю».
Эту фразу, мне кажется, я буду слышать, даже когда попаду в ад. В том, что я попаду именно туда, сомнений нет. Но ирония не в этом.
Как только мне исполнилось достаточно лет для того, чтобы начать заниматься бизнесом, отец сразу вспомнил о моём существовании. Тогда на мой шестнадцатый день рождения я получил не тачку или что там еще дарят в таких случаях. Я получил пакет акций «Глобал инд.». Часть, так сказать, семейного пирога. И это спустило меня с небес на землю.
Таким широким жестом отец хотел показать, что моё детство кончилось.
Да и Бог с ними, с акциями. Подвох был в том, что я был вынужден начать работать на него. Видеться мы стали гораздо чаще, как мне и хотелось ранее.
«Ты должен идти по моим стопам, Макс. Теперь ты будешь учиться отвечать за свои поступки и принимать последствия. Я научу тебя зарабатывать, и через десять лет ты скажешь мне спасибо».
В общем-то, похвалы отец так и не дождался, хотя прошло уже одиннадцать лет с момента того разговора. А вот я достаточно хорошо его узнал, чтобы понять, моя ненависть обоснована.
– Ты почему все еще не одет? – Голос как всегда строгий, с приказными нотками. Так разговаривает начальник со своим подчиненным, но никак не отец с сыном.
Я молча вздохнул и направился в спальню. Сначала душ.
А отец, как всегда, при полном параде, не смотря на ранний час, а точнее шесть сорок утра. Понедельник. Вы знаете хоть одного человека, который в такую рань уже одет и готов начать сдирать шкуру со своих сотрудников? Я знаю одного. Знакомьтесь Виталий Петрович.
Покончив со сборами, я вошел на кухню, на ходу застегивая белую рубашку. Отец сидел за столом, потягивая кофе и глядя в планшет. Критически меня осмотрев, он одобрительно кивнул и продолжил изучать таблицы.
– Сегодня надо навестить офис на Пушкина. Не нравится мне график, который скинули на почту. Проверь там их бухгалтерию. Возьми с собой
– Ты поэтому завалился ко мне в шесть утра?
– Решил проверить, как ты после вчерашнего собрания акционеров.
Подобные собрания проводились не реже пары раз в месяц. Хотя это слишком громкое название для попоек, устраиваемых, как правило, по выходным. О работе там мало кто упоминал, целью сборищ было напиться и потрахать местных путан. К моему превеликому удивлению, я ни разу не видел отца пьяным или в обществе вышеупомянутых особ. Он был навеселе, но я прекрасно знал, что его мозг в этот момент мог составить годовой отчет в уме, без каких либо дополнительных калькуляторов и таблиц.
– Интересно, с каких пор ты решил поиграть в заботливого папочку? – Сука, не удалось скрыть сарказм.
– Не дерзи мне. – Голос почему-то уставший. Отец вздохнул и потер переносицу. – Неужели ты еще не понял, сын. Скоро тебе придется встать на мое место, я не могу искушать судьбу и пускать дела на самотек сейчас. Это слишком рискованно. Мне приходится держать все под контролем. В том числе тебя.
– Я не стану президентом компании. Я тебе уже сто раз говорил.
– Меня не интересует твое мнение.
Впрочем, ничего нового.
Я вздохнул закатил глаза.
– Что тебе не нравится в данной ситуации? Ты богат, ездишь на дорогой тачке, живешь в квартире, размером с футбольное поле, скоро получишь должность, о котором мечтает каждый в совете директоров. Что тебе еще надо?
Мне нужна моя жизнь. Моя, а не та, которую ты мне придумал. Не та, которую распланировал ты. Тебе когда-нибудь приходило в голову, что я не хочу быть управленцем. Может, мне хочется стать фотографом, или сварщиком, а может учителем? Всё лучше, чем играть роль, которую спродюссировал ты. – Вот те слова, которые мне хотелось прокричать, глядя в это невозмутимое лицо. Но я понимал, они ничего не изменят. Он слышал их уже сотни раз, доводя меня до белого каления своим безразличием. И этот раз – не исключение.
– Ты прекрасно знаешь, что.
Отец продолжал молча на меня взирать. Ни один мускул на его лице даже не дрогнул. А все потому, что он уже тысячу раз слышал мою отповедь. И всё понял без слов. Но ему похуй. Он привык все решать за других.
– Когда ты уже повзрослеешь?
Ну пиздец. Я же говорил.
– Мааакс, отвезешь меня в универ? – Женский голос заставил нас с отцом прервать милую беседу и взглянуть в дверной проём. Там, прижавшись к косяку, стояла Таня? Хм, Лена. Вика?
– Конечно. – Радуясь возможности сбежать от этого тирана, я взял ключи и потянулся за пиджаком.
– Не опаздывай на работу. – Не удержался и решил оставить последнее слово за собой, да, папочка?
По дороге к машине я гадал, как зовут мою спутницу. В таких ситуациях очень выручали слова «детка», «малышка», «зайка». Но после разговора с отцом не было настроения произносить какие-либо слова, кроме матов. Поэтому я просто закрыл рот и завел мотор.
Открыть его пришлось, когда понял, что не знаю, где учится моя сегодняшняя пассия.