Путана
Шрифт:
– На Гоголя, около главного офиса сбера. – Вежливо пояснила брюнетка.
Интересно, в такой кофточке можно ходить в универ? Создавалось впечатление, что сиськи сейчас выпадут. Я очень хорошо помнил, какие они упругие, гладкие, ненастоящие. Изучил за то время, пока она скакала сверху. Это, кстати, её любимая поза.
– Позвонишь мне? – Поинтересовалась девушка, когда мы подъехали к зданию.
– Непременно. – Изобразил вымученную улыбку. Она поняла и покинула салон. Умная девочка.
Часы на запястье подтвердили мои догадки. У меня в запасе еще сорок минут, чтобы успеть на работу. Отлично. Можно не спешить.
Моросящий все утро дождь, кажется, прекратился. Солнце нет, но тому, кто проводит целые дни в офисе, на это как-то похуй.
Вышел из машины и щелкнул сигналкой. Не сработала. Что за? Надо на неделе заехать в салон. Повернулся в сторону тачки и повторил манипуляцию. Снова ноль. Сука. То, что нужно для полноты картины.
С пятого нажатия услышал заветный звук и уже начал разворачиваться, и именно в эту секунду меня почти сбил с ног какой-то танк.
Все произошло неожиданно, не успел среагировать и покачнулся на пятках, но удалось устоять. А вот этой бестии пришлось бы гораздо хуже, не окажись меня рядом. Это вообще баба? Удар был такой, будто добрый регбист.
– Извините. – Не поднимая головы, она попыталась протиснуться мимо меня, но руки на её талии заставили эту кошку поднять глаза. И правда, кошка. Глаза орехово-зеленые.
Она сверкнула ими, и мне пришлось разжать пальцы.
– Осторожнее в следующий раз. – Машинально произнес я, глядя в след удаляющейся девушке.
Глава 3
– Ты как? – Я видела, что Арина пытается сфокусировать взгляд на мне, но её побелевшие губы свидетельствовали о том, что сделать это ей мешает боль. Она попыталась шевельнуться, но из горла вырвался писк.
Блядь, походу, ей досталось.
Вот все-таки хорошая машина эта BMW. Авария получилась знатная. Мы ехали прямо, а какой-то мудозвон решил, что можно ехать на красный, и врезался в переднее крыло со стороны водителя. Прибавь Арина газу и удар бы пришелся в неё. Дверь бы вряд ли спасла. Но я не об этом.
Бэхе раскурочило морду, но мы живые. Это уже неоспоримый плюс. Осталось выяснить, что у Арины с ногой. При ударе, крыло въехало в салон, и нога девушки оказалась зажата.
Я же, к моему огромному удивлению, не пострадала вообще! Пальцы на руках и ногах двигались нормально, значит, конечности не сломаны. Шею, правда, больно, может, защемило нерв.
К нашей превеликой радости где-то рядом послышался вой сирены скорой помощи. Я аккуратно отстегнула ремень и попыталась выйти из машины. После столкновения мы просидели в ней минут пять или десять. Я не хотела покидать тачку, пока не удостоверюсь, что с Ариной все нормально. Но чем я думала? Может, надо было выйти и проверить, что стало с водителем двенашки. Хотя знать этого мне не хотелось. Вдруг он…
Покинув машину, я увидела медиков, спешащих к нашим авто. Тут же суетились спасатели. На удивление, Арину быстро извлекли из железного коня и на носилках транспортировали к газели скорой. Перелом конечности – такой диагноз, если перевести на русский язык, ей поставил доктор, суетившийся около пострадавшей.
Водителя второй машины аккуратно вырезали из металла спасатели. Он жив,
К нам подъехал черный внедорожник. Отец Арины? Мужчина, на вид лет сорока пяти, обеспокоенно беседовал с медиками. Девушку благополучно забрала скорая и я, со своим защемлением нервов, отделалась, можно сказать, легким испугом. Моя роль в этой пьесе закончилась. Пора ехать.
На пару уже опоздала. Но ведь лучше поздно, чем никогда. Тем более, как по волшебству, к остановке подошел мой автобус. Кто знает, может препод простит небольшую задержку.
Позже, находясь в аудитории, почему-то задумалась об Арине. Неужели действительно есть такие родители, которые все еще решают за своих детей все ключевые вопросы.
Но с другой стороны, что мешает ей уйти от них? Она ведь взрослая девушка. Ушла бы из дома и устроилась на работу. Хотя ей будет сложно доучиться своими силами, если учесть, какие презенты она делает преподам. Судя по оценкам в зачетке. А может, девушка просто привыкла к красивой жизни? В конце концов, та имеет определенные плюсы. В любом случае, это не моё дело. Но надо будет обязательно навестить Арину в больнице.
Пары закончились, и я торопливо направилась прямиком в лечебное заведение. В регистратуре мне сообщили, что девушку перевели из операционной в приемный покой. Посещение было запрещено для всех, кроме родственников. Слёзно упросив сердобольную вахтершу пустить меня к любимой сестре, переобулась в тапки и халат для посетителей и направилась в сторону палат.
В коридоре витал аромат свежести. Чей-то одеколон? Определенно, его обладатель имел все шансы трахнуть меня прямо на той вон кушетке, до того аромат оказался пленительным. Надо подарить подобный Никите. Может это сделает его более привлекательным в моих глазах? Едва эта фраза прозвучала в мозгу, мне стало стыдно. Какая же я все-таки неблагодарная тварь.
Парень красиво ухаживал, терпеливо ждал, когда я буду готова. Не принуждал и не брал силой. За одно только это, я должна быть благодарна. Отчего же эта настырная мысль скребет мозг ржавым гвоздем?
А что бы произошло будь на месте Никиты кто-нибудь другой? Более напористый, сильный, властный…Дура. Вот не зря говорят про нас так. Ну, всё же есть для счастья! Тогда какого хрена еще надо? Н-да, вот именно – какого хрена?
Улыбнувшись ходу своих мыслей, подошла к нужной палате.
Арина лежала на больничной кровати, укрытая простыней почти до подбородка. Загипсованная нога покоилась на небольшой подушечке. Запах свежего гипса и бинтов напомнил мне о ценности жизни и о хрупкости человеческого тела. Почему-то захотелось плакать. А ведь у аварии мог быть совсем иной исход.
Услышав скрип половиц, девушка повернулась к двери и оглядела меня грустным взглядом.
– Прости, что так вышло.
Она что, серьезно?
– Тебе не за что извиняться.
Я только сейчас почувствовала неловкость. А ведь мы не были подругами, соответственно, о чем с ней разговаривать, я не знала. В поисках тем, окинула взглядом светлое помещение.
Палата, вероятно, одна из лучших в клинике, судя по евроремонту и телеку с холодильником, причем, одноместная (это основной аргумент в её пользу), утопала в цветах. Розы. Сотни, тысячи алых бутонов были расставлены во всевозможные емкости: ведра, вазы, банки, даже в кувшин, предназначенный для воды.