Путанабус
Шрифт:
Билл отсалютовал бутылкой.
– С тобой приятно иметь дело, Джордж.
– Кстати, - спросил я, отхлебнув из горлышка, - Откуда, у тебя этот пулемёт. Что-то больше китайской продукции я у тебя не заметил.
– Такая история, Джордж, - Билл повторил глоток, - Мне этот пулемет сдал один классный парень в понедельник. Это его трофей. Он тогда на дороге от Базы один расправился с бандой. Зовут его Андрей Ярцев. Если встретишь его на русских землях, то передай ему привет от старины Билли. Кстати, я ему для автомата "калашникова"
– Билл, мне из него стрелять, а не хвастаться, - осадил я его творческий порыв.
Поржали оба. Шутка юмора удалась. День не зря прошел.
Когда вернулся в ресторан, Саркис всё ещё обхаживал Ингеборге, но пока ещё очень культурно, не преступая границ приличий.
Спросил, когда будет обед, после чего позвонил Доннерману и дал ему вводную: прибыть с девочками на обед в "Арарат" в половине четырнадцатого часа.
Затем, переглянувшись с Ингеборге, взял у Саркиса бутылку вишнёвки, легкую закусь и номер - продолжить праздник.
Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто-Франко.
Девчат привезли сразу на двух машинах. Пятерых привез Фред на "чероки", где четверо вполне нормально уместились на заднем диване, и пятерых - Доннерман на "хамви", где Бисянка с Комлевой ехали в кузове, расположившись на каких-то тюках, так как больше четырех тел в этот огромный американский мобиль никак не влезает.
Вылезли они у "Арарата" на гравий, покрасовались перед нами в военной форме полевой и когда-то белых кедах.
Ну, и чумазые же были девки после занятий. Все, как одна.
А от усталости чуть не шатались.
Щёки впали.
Под глазами тени.
Коленки мелко дрожат.
Как потом прояснилось, сержанту было мало просто всех построить, пострелять из "нагана", и он придумал сначала гонять их по полосе препятствий, а затем сразу стрелять в цель. И так по кругу. Так что Ингеборге права оказалась.
Понятно, что никто никуда и не попал. Кроме Бисянки, которая неплохо отстрелялась из своего укорота. Не в десятку, но что-то близко к этому. И Комлевой, которая раз за разом всаживала все семь пуль из барабана в черный круг мишени.
Стрельбы из винтовок у таёжниц сегодня не было - зря таскали.
Сержант сразу погнал всех мыться и приводить себя в порядок.
Через пятнадцать минут, одетый в новый цифровой камуфляж и черный берет на свежеобритой голове, я встречал свой отряд. (В конце праздника Ингеборге всё же выполнила своё обещание
Я кивнул, и сержант, вытянув левую руку в сторону, отдал команду.
– Становись!
Удивительно, но "пионерки" довольно быстро построились в относительно прямую линию.
– Равняйсь!
– скомандовал сержант.
И через секунду рявкнул.
– Шицгал, как надо равняться?
– На четвертую грудь, - тут же откликнулась Роза бодрым голосом.
– Не на четвертую грудь, а на грудь четвертого человека. Ясна разница?
– Доннерман обвел строй исподлобья тяжелым взглядом и нашел следующую жертву.
– Айзатуллина?
– Так точно, товарищ стаф-сержант-майор, равняться надо не на четвертую, а на восьмую грудь!
– попыталась рявкнуть Булька, но у неё вышел только громкий писк, - Тогда получиться грудь четвертого человека.
Девчонки злорадно рассмеялись.
– Отставить разговорчики! Равняйсь!
– рык Доннермана был подобен львиному, на грани инфразвука.
Строй всё же выровнялся и больше не напоминал ползущую змею.
Сержант, приложив в русском воинском приветствии руку к своему малиновому берету, сделал два шага вперёд ко мне. Я подобрался и сделал ответное приветствие.
– Товарищ командир отряда. Отряд вернулся с учений. В наличии десять бойцыц. Потерь нет. Больных нет. Арестованных нет. Отряд готов к приему пищи. Инструктор по боевой подготовке стаф-сержант-майор Доннерман.
– Вольно, - ответил я, отпуская правую руку от берета.
Сержант продублировал команду.
На мое новое одеяние "пионерки" внимания поначалу не обратили, но когда подошла звать нас в ресторан одетая в такую же "цифру", Ингеборге, в толпе "пионерок" возникли нотки некоторого недовольства, ревности и зависти.
– Это теперь так командный состав будет одеваться?
– ехидно спросила Буля.
– Во всё новенькое, - завистливо вздохнула Сажи.
– Им же по полоске не бегать, - заключила Анфиса, - Вот и ходят, красуются.
– Я тоже такой костюмчик желаю, - сказала Антоненкова.
– И я беретку хочу, - капризным голосом протянула Лупу, - Мне всегда беретки шли.
Роза не сказала ни слова, только злобненько сузила глаза и опустила углы губ.
Пора включаться и гаркать самому. По-армейски. Командным голосом.
– Так. Отставить разговорчики. Смирно!
Надо же, заткнулись, подтянулись. Молодец Доннерман!
– Не надо страдать завистью, девочки, - она убивает человека изнутри, - начал я с отеческих сентенций, - Все получат новую форму, такую же красивую, как и у нас. Мы её только вчера купили на американской базе. И только сейчас привезли. На всех. Просто каждой из вас предстоит подшить комплект по фигуре. Вечером баталёр всем всё раздаст.