Пять дорог
Шрифт:
Светлый застыл на своей рее, всей душой сочувствуя девушке и не зная, как поступить. Тронь сейчас – и первому же достанется. Но не сделать ничего… Не будет ли это еще большей жестокостью? Калли прекрасно помнил, каково ему было после изгнания. Каким одиноким, грязным и несчастным он себя чувствовал. Казалось, мир отвернулся от него и впереди ждет только плохое. Более того, этого «впереди» и нет на самом деле. Есть только бездна унижения, из которой уже не выбраться.
Сейчас все это вспоминалось как-то… иначе. Помнилось все хорошо – и события, и чувства. Но все переплавилось – что-то в ненависть, что-то в прагматизм, что-то
Темнота…
Дэй не сразу ее осознала. Мысли вообще пришли не сразу. Сознание будто где-то бродило. Потом вернулось, но разобраться, что произошло, не получалось долго. Если выстраивать всё хронологически, то гаргулья помнила, как в сознание ворвался ад взбесившейся земли. Пол, потолок, стены – всё начинало дрожать. Они… кто они?.. убегали… Шум становился все ближе… Можно ли убежать от камня? Смешно. Ведь ответ очевиден. Но на самом деле нет. Если ты внутри камня.
Яростные глаза Ло. Отчаяние в них. Его рывок… и… «Кажется, он меня спас…»
Гаргулья лежала в темноте и пыталась прийти в себя. Нет, каменное тело не болело, но отчего-то мир качался, и память сбоила. Наконец удалось сесть. Оказывается, в полной темноте координация тоже страдает. Или дело в том, что ее неслабо приложило головой? Ее и так не особо нормальной головой. Так, этого она не думала. Это вообще чужая мысль. К гоблину ее. К гоблинскому лысому гоблину, мать его так и растак!
Привычная злость немного помогла. По крайней мере, Дэй сообразила, что по-прежнему находится в подземном туннеле, произошел обвал и… совершенно непонятно, где она, а также, что с Ло и Ти Корном. Девушка прислушалась к миру вокруг. Она опасалась рудничного газа или чего-то в этом роде. Однако ни нос, ни магия ничего подобного не обнаруживали. И гаргулья решила рискнуть и зажгла, нет, не огонь – «Светоч». А что, заодно и нежить какую, если вдруг прибежала на звук, прогонит. Кроме того, это не пламя – взорваться от него ничего не должно. Кажется…
Подняв руку со светящимся заклинанием повыше, Дэй огляделась. Похоже, она находилась в параллельном ходе. Или, возможно, он раньше примыкал к тому туннелю, по которому они шли, а потом его заделали. Хотя зачем? «А зачем, гоблин побери, кто-то нарыл этих бесконечных ублюдских ходов?!! Какому на голову больному гоблину потребовались эти уродские лабиринты?! Зачем, зачем, гоблин твою мать, мы сюда забрались?!» Дэй ругалась, но продолжала осматривать место, где очутилась. Безусловно, радовало то, что хотя бы один выход был, она не замурована. Пусть в другую сторону от той, куда они шли, но тем не менее. Но что просто убивало – дыру, в которую ее закинул Ло, полностью завалило.
Гаргулья подошла к этому месту и приложила ладонь. Ту мгновенно закололо тысячью невидимых иголочек. Камень еще гневался. Ему, лежащему столько тысячелетий на своем месте, пришлось бежать, мчаться куда-то, будто неразумному щенку. Недопустимо! Теперь он собирался осваиваться на новом месте и не сходить с него ближайшую… вечность. И уж точно камню не нравилась магия живой. Она чего-то от него хотела, мешала, зудела, раздражала. Он не хотел отвечать ни на какие вопросы. И никаких одолжений делать не будет!
От этого негодования Дэй разве что не отдернула руку.
Дэй закрыла глаза. Тело у вампира крепкое, но не каменное. Его сразу не пришибить, если только удары не пришлись как-то особо неудачно. Если он не смог убежать… может, даже телепортироваться, то… он действительно лежит где-то там… придавленный бесконечной толщей камней, без шансов на спасение, постепенно лишаясь сил, в полной темноте и безнадежности. Лежит. И умирает. И умирать он будет долго. Что убьет его вперед? Потеря крови? Раны и повреждения? Жажда? Девушка застонала. Может, Ти Корну удалось выбраться? Может, он приведет помощь?
Не удалось, вдруг поняла Дэй. Они гоблин знает как глубоко. О точном месте их нахождения неизвестно никому. Даже друзья, когда освободятся, могут их не найти. Смогут ли они пройти город сумасшедших вампиров? Гаргулья передернула плечами. Друзья не обладают таким же каменным телом, они из плоти и крови. Лакомая добыча. Но даже если город успели зачистить вампиры Ти Корна, даже если они отловили ту бессметную дрянь – Ве Рею Майлобстан, так ее, кажется… как они найдут их здесь? В этом бесконечном хаосе пещер и ходов? Дэй вспомнила озеро с чудовищным монстром, от которого спасло только умение летать, еще парочку эпизодов. Нет… друзьям сюда нельзя… полягут все, даже непробиваемый Грым. Да и… опоздают они все равно. Да и будет ли кому опаздывать? Что если из-за того, что она не справилась с миссией, наверху случится именно то, что привиделось Иве в откровениях Стонхэрма? Что там не останется кому спасать? Даже вампиров.
Что же делать? Дэй сжала рукой едва теплый камешек-амулет. Он звал ее уйти по единственному выходу. Но он и тогда показывал – вперед. Или нет? В голове полный сумбур.
Ее долг – уйти. Попытаться, ха-ха, спасти мир. Да, одной. Да, оставив за спиной, похоже, мертвых или, возможно, умирающих соратников. И вообще, может, они спаслись. Успели убежать. Они же вампиры, в конце-то концов. Развеялись туманом и скрылись. Дэй усмехнулась. Туманом… как же. Не с ее счастьем.
Нужно было решать, что делать. А что можно делать? Разобрать многотонный завал своими руками, чтобы найти под ним безжизненное тело, или все же закончить порученное ей дело? Одна жизнь против миллионов. Ло и сам сказал бы ей уходить.
И что бы она ему ответила? «Послала бы к гоблину!» – рявкнула она мысленно. Никогда еще девушке не приходилось делать настолько сложного выбора. Всегда рядом оказывались те, кто брал его на себя. Что сказал бы сейчас Златко? Дэй поняла, что не знает. Бэррин как-то умудрялся избегать подобных дилемм. Или ей так казалось, потому что она не видела мук выбора? Ей предлагали только готовый результат. «Серые небеса, Ло, как же это ты так вляпался? Почему, почему спас меня, а не себя? Я же каменная… я бы…»