Пять минут до понимания
Шрифт:
– Пару недель.
– Почему вы только сейчас обратились за помощью?
– Сначала я вообще никому ничего не хотела рассказывать. Потом случайно подслушала разговор двух соседок, перемывающих кости Василенко, узнала про вас и решила довериться.
– О чем же беседовали кумушки?
– О вашем романе с Андреем Петровичем...- Ольга смешалась. Полковнику семьдесят восемь, психологине на вид под шестьдесят. Из обоих песок сыплется. Какие романы у стариков?
– Он, мол, жениться собирается...
–
– Представьте: да. Одна из женщин служит курьером в юридической конторе рядом с вашим кабинетом и иногда подменяет вашу уборщицу. Я заглянула к тетечке, наболтала всякой чуши и выведала все, что нужно.
– Тесен мир. Ну, хорошо, не будем отвлекаться. Вы решили довериться, открыться. Что вы ждете в ответ?
– Убедите меня, пожалуйста, - попросила Ольга, - что предчувствия - чушь собачья и как-то спасите полковника.
Лопухина усмехнулась:
– Если предчувствия - чушь, то зачем спасать Андрея? К тому ж я не знаю будущего и не могу ни опровергнуть, ни подтвердить ваши пророчества.
– Тогда проверьте, может я...того, с ума сошла...
– Пока вы производите впечатление нормального человека. Поэтому попробуйте еще раз обозначить свою цель.
Ольга задумалась. Ни одна формулировка не выдерживала критики. Что же, получается, она напрасно приперлась? Нельзя помочь человеку, когда он сам не знает, чего хочет!
– Я в затруднении...
– Не подбирайте слов, не ищите логики...озвучивайте первое, что приходит на ум. Если мотивация есть, она проявится.
– Меня распирает от неудержимого желания поделиться с кем-то своими, как вы выразились "пророчествами", но я вынуждена молчать, так как боюсь показаться сумасшедшей. Вам я открылась первой. Зачем? Скорее всего, чтобы вы знали, чтобы хоть кто-то знал...
– Сидеть на двух стульях неудобно. Поэтому определите чего в вас больше: желания рассказывать о пророчествах или страха прослыть безумной. Только без обмана, честно.
– Теперь, когда вы в курсе, мне уже легче, и я могу держать себя в руках.
– Отлично. Раз можете, то держите. Не осложняйте себе жизнь, а мне работу. Что касается прочего, то у меня две версии. Первая: проблемы в личной жизни, сентиментальные дневники родственницы, хамское поведением Василенко и другие негативные впечатления, связанные с сильным полом, пробудили в вас жажду мести, трансформировавшуюся в подсознательное желание убить Андрея Петровича, которое почему-то "спряталось" за псевдо-предчувствия.
– Звучит сложно, но красиво.
– Вторая возможная причина проще и интереснее. Предполагаю, что вы влюблены.
– В кого?
– ахнула Ольга.
– В полковника.
– Он мне в дедушки годится!
– Слышали бы вы свой голос, когда описывали импозантную внешность Андрея Петровича. Видели б глаза. Да, не смущайтесь,
– То есть, стремясь избавиться от мыслей об Андрее Петровиче, я сочиняю историю про убийство?
– Ольга кивнула.
– Круто. А что, возможно, так и есть. Полковник мне, действительно, понравился. Я даже задумалась: мол, романы между молодыми женщинами и пожилыми мужчинами не так страшны, как казалось прежде, а потом сильно рассердилась на себя за подобные глупости.
– Вот мы и добрались до сути.
– Что ж теперь делать?
– Для начала перестать сопротивляться и сполна отдаться чувству.
– Закрутить роман с пенсионером? Никогда!
Лопухина улыбнулась:
– Отдаться надо чувству, а не Андрею Петровичу. Признайтесь самой себе, что вы испытываете симпатию, разрешите пофантазировать. Это ослабит внутренний конфликт и снимет напряжение. И не бойтесь влюбиться по-настоящему. Любые отношения лучше навязчивой идеи. Кроме того, я бы посоветовала: познакомьтесь ближе с реальным Василенко. Правда - отлично отрезвляющее средство.
– Не могу же прийти к человеку и сказать: давайте общаться, мне вас доктор прописал по три раза в день после еды. К тому же меня уже один раз послали подальше.
– Какие у вас планы на завтрашний вечер?
– Ничего особенного.
– Тогда приходите в гости.
– Зачем?
– Лечиться. Пообщаетесь с предметом своей, так сказать, страсти вживую. Возможно, два часа в компании полковника остудят ваше буйное воображение.
– Это удобно?
– растерялась Ольга.
– Вполне. Я не боюсь конкуренции, да и вы - для меня не соперница.
– Почему?
– Долго объяснять.
– Василенко был со мной не очень любезен. Вряд ли, ему доставит удовольствие новая встреча.
– Все нормально, - отмахнулась Лопухина, - думайте о себе.
– Вы уверены, что я не помешаю?
– Да. Покупайте бутылку хорошего вина и приходите. Договорились?
– Ну, раз вы настаиваете.
– А теперь, давайте, потолкуем вот о чем. Ответьте, только быстро, не думая, что для вас означает мужчина. Одно слово! Ну-ка!
– Опасность!
– Опасность? Чему? Жизни?
– Нет. Эмоциональному состоянию. В отношениях я превращаюсь либо в жертву, либо в тирана. И страдаю в обоих случаях.