Пятая гора
Шрифт:
Лишь немногие подавали признаки жизни. Илия по-прежнему слышал голоса женщин и неуверенные команды воинов. Однако воинов было немного, и никто им не подчинялся.
Как-то жрец сказал, что мир — это совместный сон богов. А что, если он в самом деле прав? Может ли жрец помочь богам пробудиться от этого кошмара и заснуть более спокойным сном? Когда Илие что-нибудь снилось ночью, он всегда просыпался и снова засыпал. Почему же это не происходит с создателями Вселенной? Илия то и дело спотыкался о тела умерших. Никому из них не было дела до уплаты податей, до
"Мне нельзя оставаться здесь долго. Она оставила мне наследство — этого мальчика, и я буду достоин его, даже если это последнее, что я сделаю на свете». Илия с трудом поднялся, взял мальчика за руку, и они снова отправились в путь. В разрушенных лавках и домах орудовали мародеры. Впервые Илия попытался вмешаться в происходящее, требуя прекратить грабеж.
Но его оттолкнули со словами:
— Мы забираем себе остатки того, что доставалось одному наместнику. Не мешай нам.
Илия был не в силах спорить. Он увел мальчика из города, и они отправились в долину. Здесь им не будут являться ангелы с огненными мечами. «Сегодня полнолуние».
Когда город с его дымом и пылью остался позади, Илия увидел, как луна освещает все вокруг. Несколько часов назад, когда он пытался уйти из города в Иерусалим, он без труда отыскал дорогу. Та же луна благоприятствовала ассирийцам.
Мальчик споткнулся о чье-то тело и вскрикнул. Это оказался жрец. У него были отрублены руки и ноги, но он еще не умер. Его глаза неотрывно смотрели на вершину Пятой Горы. — Как видишь, финикийские боги победили в небесной битве, — заговорил он с трудом, но спокойно. Изо рта у него текла кровь.
— Позволь мне прекратить твои страдания, — ответил Илия.
— Боль — это ничто по сравнению с радостью от того, что я выполнил свой долг.
— Ты считал своим долгом превратить в руины прекрасный город?
— Город не погибнет, погибнут только его жители и их мысли. Когда-нибудь в Акбар придут другие люди, они будут пить воду из его колодцев, новые жрецы станут бережно охранять и шлифовать камень, поставленный основателем города. Уходи. Моя боль скоро прекратится, а твое отчаяние останется с тобой до конца жизни.
Жрец едва дышал, и Илия оставил его. В тот же миг его окружила толпа людей.
— Это все ты! — кричали они. — Ты опозорил свою родину и навлек проклятье на наш город!
— Пусть боги видят это! Пусть они знают, кто виноват! Мужчины толкали и трясли его за плечи. Мальчик вырвался из его рук и убежал. Илию избивали, но все его мысли были лишь о мальчике. Он не смог остановить его. Били его недолго. Похоже, все уже устали от насилия.
Илия упал на землю.
— Уходи прочь! — сказал кто-то. — Ты отплатил ненавистью за наше гостеприимство! Они ушли. У него не было сил подняться. Когда Илия пришел в себя, он почувствовал себя другим человеком. Он не хотел ни умирать, ни жить дальше. Он ничего не хотел: в нем не осталось ни любви, ни ненависти, ни веры.
Он проснулся оттого, что кто-то
— Ты ранен, и я должен тебя вылечить. Может быть, появится ангел и скажет мне, что делать. — Ты совсем не понимаешь, что творится! — крикнул Илия. — Ангелы больше не вернутся, ведь мы обычные люди, а все люди беспомощны перед лицом страданий. Обычным людям приходится уповать только на себя!
Он глубоко вздохнул и попытался успокоиться. Спорить не имело смысла.
— Как ты сюда добрался?
— Я и не уходил.
— Значит, ты видел мой позор. Теперь ты знаешь, что в Акбаре мне делать нечего.
— Ты сказал мне, что любые сражения нужны, даже те, которые мы проигрываем.
Илия вспомнил, как вчера утром они шли к колодцу. С тех пор, казалось, прошли годы. Ему захотелось сказать мальчику, что слова ничего не значат, когда с тобой случается несчастье, но решил не огорчать его. — Как же тебе удалось спастись от пожара? Мальчик опустил голову.
— Я не спал в ту ночь. Я решил не спать, чтобы посмотреть, придешь ли ты к маме в комнату. Я видел, как в город вошли первые воины.
Илия поднялся и куда-то пошел. Он хотел найти камень у подножия Пятой Горы, где однажды вечером вместе с вдовой смотрел на заходящее солнце.
"Я не должен туда идти, — думал он. — Мне станет еще тяжелее».
Но какая-то сила влекла его туда. Дойдя до подножия Пятой Горы, он горько заплакал. Как и тот камень, который был символом города, этот был для него символом места, которое так много для него значило. Как для будущих жителей города тот камень больше не будет предметом гордости, так и к этому не прикоснутся с благоговением молодые пары, познающие смысл любви.
Он обнял ребенка и заснул.
— Хочу есть и пить, — сказал мальчик, проснувшись — Мы можем пойти в дом к пастухам. Они живут недалеко отсюда. С ними ничего не должно было случиться, ведь они не из Акбара.
— Нам нужно возрождать город. Мама сказала, что она — Акбар.
Какой город? Не было больше ни дворца, ни рынка, ни стен. Честные люди превратились в грабителей, молодые воины были убиты. Ангелы больше не вернутся, но это меньше всего волновало Илию.
— Ты считаешь, что в разрушениях, в боли и смерти был какой-то смысл? Ты считаешь, что, уничтожив тысячи жизней, человека можно чему-то научить?
Мальчик в недоумении смотрел на него.
— Забудь то, что я сейчас сказал, — спохватился Илия. — Пойдем искать пастуха. — И возрождать город, — настойчиво повторил ребенок.
Илия не ответил. Он знал, что больше не сможет влиять на людей, обвинявших его в том, что он принес несчастье. Наместник бежал, военачальник убит, Тир и Сидон скоро падут под иноземным натиском. Наверное, вдова была права: боги приходили и уходили, и на этот раз ушел Господь. — Когда мы вернемся в Акбар? — снова спросил мальчик.