Пятьсот лет спустя
Шрифт:
Тазендра, убедившись в том, что комната пуста, уселась у огня, вытащила из кармана все необходимые принадлежности и принялась затачивать шпагу. Тут мы ее и оставим наедине со своей шпагой и мыслями.
Кааврен, получив оружие Алиры, сделал ей стандартное предложение – собрать небольшой чемодан.
– Я уже приготовила все необходимое, – ответила Алира. – Я готова.
– Мы можем, – проговорил капитан, – добраться до Императорской тюрьмы разными маршрутами. У вас есть какие-нибудь предпочтения?
– Ни в коей мере, – сказала Алира. – Так или иначе все узнают о моем аресте, да и стыдиться мне нечего. Так что дорога,
– Хорошо, миледи, будьте любезны, следуйте за мной.
– Я к вашим услугам, капитан.
Они больше не сказали друг другу ни слова, поскольку Кааврен был ужасно рассержен, а Алира слишком горда. Поскольку они продолжали свой путь в полнейшем молчании, мы не видим никакой необходимости сообщать читателю в подробностях о том, как глухо отдавались их шаги, когда они спускались по Кольцевой лестнице, о запахе свежей краски в Голубом коридоре или неожиданно резком свете, ударившем им в глаза, когда они проходили под окном над тюремными воротами, ведущими в Крыло Иорича. Достаточно заметить, что в положенное время Кааврен передал Алиру Гвинну и его подчиненным, а сам вернулся к его величеству, который играл в шереба (ставки были такими ничтожными, что являлись всего лишь пустой формальностью) со своими придворными, чтобы доложить ему о выполнении приказа. Его величество ответил простым кивком, и Кааврен отправился в свой кабинет, решив выяснить, не случилось ли еще чего-нибудь во время его отсутствия.
Кааврен занялся корреспонденцией, скопившейся у него на столе, но довольно скоро оставил свое занятие, встал и позвал Тэка, который явился немедленно и выглядел благодаря короткому отдыху вполне браво. Он поклонился капитану и сказал:
– Слушаю вас, капитан! У вас ко мне дело?
– Думаю, да, – ответил Кааврен.
– Надеюсь, вы понимаете, я полностью в вашем распоряжении, – заявил Тэк.
– Вот, – сказал Кааврен и помахал в воздухе запиской.
– Записка, капитан?
– Именно. Если мне не изменяет зрение, внизу стоит твоя подпись.
– Ну да, стоит, – согласился Тэк. – Я что-то сделал не так? Выражение вашего лица, капитан, подсказывает мне, что вы чем-то недовольны.
– Сейчас это не имеет значения, – сказал Кааврен. – Тебе известно, о чем говорится в записке?
– Да, капитан. О передвижении населения…
– Передвижении! Ты говоришь «передвижение»?
– Конечно, капитан.
– Все ворота города заполнены нескончаемым потоком людей – которые принадлежат к самым разным классам, – стремящихся покинуть город, причем желание их так велико, что время от времени возникают драки, а баронессе Стоунмовер пришлось прибегнуть к помощи своего резерва, поскольку уже несколько горожан погибло в толчее… но ты говоришь «передвижение»? А если весь дворец охватит пламя – что совсем не трудно себе представить, – как ты назовешь такое происшествие? Например, «стало немного слишком тепло», так, что ли?
– Понимаете, капитан, я…
– Я очень хотел бы знать, почему мне не сообщили об этом раньше, но я знаю ответ. Дело в том, что сначала я был ранен, а потом занимался покушением на жизнь императора.
– Капитан, я…
– Нет, я тебя ни в чем не виню, Тэк. Просто я страшно рассержен, и мне необходимо решить, что следует делать дальше.
– Складывается впечатление, капитан, если мне будет позволено высказать свое мнение, –
Кааврен покачал головой.
– Тэк, ты был хоть раз в лесу и видел ли свирепых животных – таких, как дзур, тиаса, медведь, волк или даже дракон?
– Да, конечно, капитан.
– Ты помнишь, что птицы улетают, а мелкие животные стремятся найти какое-нибудь надежное укрытие?
– Конечно, капитан.
– А если бы в твою задачу входило позаботиться о том, чтобы птицы спаслись, а мелкие животные спрятались, ты бы чувствовал то же самое, говоря о том, что жители покидают город и ничего больше сделать нельзя?
– Я вас понял, капитан.
– Я рад.
– Капитан, у вас есть для меня приказ?
– Пока нет, Тэк, – вздохнув, ответил Кааврен. – Я смогу понять, что следует сделать только после того, как прочитаю эти проклятые отчеты. Но будь готов действовать.
– Слушаюсь, капитан.
Кааврен изучал отчеты, заставляя себя не спешить, чтобы не пропустить какой-нибудь важной подробности, а с другой стороны, рисуя в воображении картину охваченного паникой города, чтобы почувствовать его движение. Перемена в настроении горожан даже по сравнению с сегодняшним утром, когда Кааврен направлялся во дворец, поражала. И снова Кааврен послал несколько отборных проклятий в адрес своих ранений, которые заставили его поехать во дворец в экипаже. Если бы он шел пешком, он смог бы увидеть все собственными глазами – никакие, даже самые подробные, отчеты не давали четкого и ясного понимания происходящего.
Разбирая отчеты, Кааврен все больше и больше утверждался в мысли, что, если дела обстоят так плохо, он ничего не в силах предпринять, чтобы изменить ситуацию. Можно, конечно, призвать на помощь Императорскую армию и навести в городе подобие порядка. Но он знал, что в случае возникновения широкомасштабных беспорядков предотвратить массовое кровопролитие не удастся, даже прибегнув к помощи гвардии, отрядов баронессы Стоунмовер и Лавоудов (если их удастся убедить в необходимости сотрудничества). Следовательно, он должен охранять дворец и обеспечить безопасность его величества, надеясь на то, что император Тортаалик сумеет найти способ успокоить население.
Кааврен тяжело вздохнул. Известие о том, что Алира взята под стражу, вряд ли будет способствовать снижению напряженности.
Однако Кааврен добился своего положения вовсе не потому, что легко сдавался; как раз наоборот, он сидел за столом и ломал голову, снова и снова просматривая отчеты и пытаясь что-нибудь придумать. Он все еще находился в глубоких раздумьях, когда пришло время сопровождать его величество в церемониальном обходе дворца. Участвуя в привычном ритуале, Кааврен с удовольствием шагал по тихим залам и коридорам дворца, словно все неприятности на сегодня уже закончились.
– Капитан, – проговорил его величество, – мне сообщили, что лорд Адрон готовится выступить против меня завтра утром.
– Я удивлен, сир.
– Неужели вы думали, что, узнав об аресте дочери, он не предпримет никаких решительных действий?
– Нет, ваше величество, дело не в этом.
– А в чем?
– Меня удивляет, что он предупредил вас о своих намерениях. Его Изрыгающий Пламя Батальон передвигается так быстро, что лорд Адрон может атаковать вас в любой момент – ему нет никакой необходимости ждать до утра.