Шрифт:
ДЕЙСТВУЩИЕ ЛИЦА:
ОЛЬГА, 40 лет, художница.
САВВА, 45 лет, муж Ольги, инженер, временно безработный.
ЛИКА, 35 лет, подруга Ольги, продавщица в магазине.
ВЕРОНИКА ПЕТРОВНА, 60 лет, соседка Ольги и Саввы, писательница.
МАРЬЯ ИВАНОВНА, 75 лет, смотритель в музее.
Экскурсовод
МЕСТО ДЕЙСТВИЯ
Областной город в Центральной России.
ВРЕМЯ ДЕЙСТВИЯ
Наши дни. Зима.
Сцена 1
Квартира Ольги и Саввы. Гостиная объединена с кухней. Очень простая мебель и обстановка. Видно, что семья живет небогато. Савва готовит на кухне ужин. Ольга сидит на диване и читает газету. Напротив дивана кресло. В центре комнаты обеденный стол и четыре стула. Справа – мольберт. Ольга одета в домашний халат, а Савва в тренировочных штанах и майке.
САВВА (оборачиваясь к Ольге). Ну и что пишут?
ОЛЬГА (не глядя на Савву). Авангард победил соцреализм. Русские торги в Лондоне показывают смену вкуса покупателей. Ивана Айвазовского и Петра Кончаловского перестали покупать.
САВВА (продолжая готовить). А я тебе давно говорил, что тебе надо рисовать в стиле авангарда. А ты продолжаешь писать свои портреты незнакомых людей. Их никто не покупает.
ОЛЬГА. Я в мыслях вижу лица своих героев. Модильяни рисовал хрупких людей с длинными шеями, похожими на шеи фламинго, Рембрандт – скорбных стариков, Ван Гог – усталых людей с глубоко посаженными глазами и ввалившимися щеками. Лица людей – это же самое интересное в человеке. На челе человека вся его жизнь.
САВВА (не оборачиваясь). И потом – вокруг тебя нет скандалов, а скандалы никогда не лишние для художника.
ОЛЬГА. Ну какие скандалы в нашем городе. Мы что, Москва, что ли? У нас на весь город пять художников.
САВВА (поворачиваясь к Ольге). Знаешь, в чем твоя проблема? Тебе надо строить свой нетворкинг.
ОЛЬГА. И что это такое?
САВВА. Это построение социальной сети, использование связей для достижения успехов.
Новые контакты. Так гораздо легче продать картины.
ОЛЬГА. Это выматывает эмоционально и отнимает слишком много времени. А мне надо творить. Ты лучше скажи, когда ты, наконец, на работу устроишься. Уже полгода дома сидишь.
САВВА (раздраженно.) То, что мне предлагают, меня не устраивает. Или мало платят, или работа низкой квалификации. Я же высококвалифицированный инженер. Не охранником же мне идти.
ОЛЬГА.
САВВА (с обидой в голосе.) Умственно разбросан – это как?
ОЛЬГА. Ты не можешь на чем-то одном сосредоточиться. То за одно берешься, то за другое. И нигде у тебя не получается. В результате сидим без денег. Вот опять одну жареную картошку с луком будем есть на ужин.
САВВА (раздраженно.) А ты фуа-гра на ужин хотела? И картошка сойдет.
Савва перестает готовить и садится в кресло. Он складывает руки на груди и не смотрит на Ольгу. Ольга некоторое время смотрит на него.
ОЛЬГА. Ну что замолчал, обиделся, что ли?
САВВА (более примирительно.) Молчание, между прочим, это выражение презрения… Ты же знаешь, что лучший способ испортить отношения – это начать их выяснять.
Декламирует.
Хочу я ссориться по-крупному
И не хочу по мелочам.
Ольга садится рядом с ним на спинку кресла.
ОЛЬГА (обнимая Савву). Ну ладно, не обижайся. Как там в Библии (говорит нараспев): «Оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей и будут два одна плоть».
САВВА. Ты же знаешь, я ищу себя.
ОЛЬГА. А не поздно, в сорок пять лет? В жизни главное не найти себя, а создать себя. Ну ладно, иди готовь ужин дальше.
Савва идет к плите и продолжает готовить ужин.
Раздается звонок в дверь.
САВВА (удивленно.) Кто это на ночь глядя, пойду открою.
Савва идет открывать дверь. Входит Лика в распахнутой шубе. В руках у нее бутылка вина. Видно, что она навеселе.
САВВА. О, великолепная Гликерия. Добрый вечер.
Савва возвращается к плите.
ОЛЬГА (обращается к Лике). Привет, подруга, а не поздновато?
ЛИКА. Дружба – это понятие круглосуточное. Тем более я не одна пришла (показывает бутылку).
ОЛЬГА. Ну, тогда раздевайся и садись за стол. Сейчас ужинать будем.