Пылай!
Шрифт:
— Злоба и обида очень часто превращают благие помыслы в ужасные деяния, — произнес инквизитор, выдерживая маску бесстрастия. — Тьма внутри нас любит выворачивать наши намерения в свою сторону…
— Тьма бесстрастна, — прервал его Рус. — Тьме без разницы на чувства. Зло творят люди.
— Когда я говорю «тьма», я имею в виду не стихию, — кивнул инквизитор. — Я говорю о той черноте, что в душе у каждого из нас. То, из чего происходит гнев, обида и зависть. Я об этой тьме. Ничего общего со стихией она не имеет.
— Тогда
— Не вмешиваться! — громко кивнул Циперон, не сводя взгляда с парня. — Они не нападут.
— Они не смогут напасть, — поправил Рус.
На периферии взгляда инквизитора полыхнули руны. Он скосил взгляд на скалы и обнаружил, что противник сделал из них артефакты, нанеся огромное количество рун и превратив их в обелиски своей стихии.
— Зачем вы пришли и что вам от меня надо? — спросил парень, не сводя взгляда с инквизитора.
— Мне нужна информация, — произнес он.
Циперон смотрел в глаза мага, отрезавшего его от отряда паладинов, и ощущал, как трещит его маска бесстрастия.
«Думай Циперон! Думай!» — прозвучал в голове голос старца-настоятеля.
Щелк-щелк.
— Мои коллеги из императорского сыска изрядно тебе поднадоели, если наш разговор пошел по этому сценарию, — произнес он. — Мне не нужна ни твоя смерть, ни обещания. Мне нужно разобраться, что произошло?
— Слабый дар света. Очень слабый. Тебя хватит на пару стрел света. Небольших, — произнес противник, внимательно осматривая инквизитора. — Артефактов на тебе достаточно, но ни один тебя не спасет. Ты можешь умереть здесь и сейчас.
— Я здесь не для того, чтобы биться, — покачал головой инквизитор. — Ты идешь к вулкану «Глаз демона». Не знаю, что тебе там нужно, но тебя никто не будет останавливать или мешать. Если ты согласишься рассказать, что произошло на самом деле.
Противник наблюдал за ним несколько секунд, после чего все же кивнул.
— Хорошо, — согласился он.
— Тогда начнем с имени. Как тебя зовут?
— Меня зовут Рус. Моя стихия — огонь, — произнес парень и выпрямился.
— Очень приятно, Рус. Меня зовут Циперон, — произнес инквизитор и задал вопрос: — Что случилось с мальчишкой Жакье?
Рус несколько секунд раздумывал над тем, что стоит рассказывать, но в итоге произнес:
— Я хотел его проверить как соперника, но он оказался слишком слабым… хотя кое-кто считает, что я застал его врасплох.
— Ты переборщил с силой и почти убил его?
— Я не убивал его, — покачал головой Рус. — Это сделал младший из братьев. Он напал со спины и пронзил его клинком.
Тут парень нахмурился и, прежде чем Циперон задал следующий вопрос, спросил:
— Ты сказал «почти». Это значит, что…
— Он жив, и с ним все в порядке, — кивнул собеседник. — Целительный артефакт был с функцией «ложной смерти».
Рус
— Там, где происходил бой, братья активировали артефакты…
— Да, там такая мешанина, что ничего не разобрать, — кивнул Циперон. — Если бы не тайный доброжелатель, мы бы не смогли разобраться с тем, что произошло. Да и на тебя наводка была четкой, но по правде говоря, я тут не из-за этого мальчишки. Я из-за двух братьев из рода «Золотого грифона». Из них приготовили шикарный обед, который подали наместнику. Что ты об этом знаешь?
Шестерни в голове парня сошлись и защелкнули пазы. Одно непонятное событие наложилось на другое. Пазл сошелся.
— Больной ублюдок, — произнес Рус, только сейчас поняв, что он прошел безумное испытание, ходил по самому краю и не раз рисковал шкурой, потому что учитель устроил ему очередную проверку.
— По поводу братьев — я был уверен, что они живы и меня сдали, — произнес Рус, тщательно подбирая слова. Говорить инквизитору, что обед из братьев приготовил учитель-упырь, было не лучшей идеей.
Циперон кивнул, не заметив сигнала от артефакта определяющего лож.
— То есть ты ничего не знаешь об этом происшествии?
— Пока вы не сказали об этом, я ничего об этом не знал, — кивнул парень.
Циперон улыбнулся. Инквизитор отчетливо понял, что парень что-то знает, но мастерски уходит от прямого ответа. Инквизитор был опытным и принялся рассказывать:
— Наместника нашли в трапезной. Он посинел и умер от сердечного приступа. Перед ним был стол, заставленный блюдами. Все они были приготовлены из человеческой плоти. Человеческую задницу запекли, затолкав в анус киви. Холодец делали из человеческой кисти.
Заметив, как меняется лицо парня, Циперон спросил:
— Как ты думаешь, кто это мог сделать?
— Мне обязательно отвечать?
— Можешь не отвечать, но тогда мне будет труднее убедить орден оставить тебя в покое. Ты ведь не просто так идешь к этому вулкану?
Рус раздумывал несколько минут, после чего ответил:
— Это одна темная сущность. Он сходит с ума при полной луне, а в ту ночь должно было быть полнолуние.
— Безумие в полнолуние? — уточнил инквизитор.
— Да. Когда он видит полную луну, то совершенно слетает с катушек.
— А когда луны нет?
— Вполне адекватный, — пожал плечами Рус.
— Кто эта сущность, и насколько он сильный маг?
— Он не маг. Он часть тьмы… он… — Рус поджал губы и покачал головой. — Это не объяснить, но он часть стихии.
— Вот как, — кивнул Циперон. — Мы называем ее «Ехидство бездны». Эта тварь появляется в империи раз в двадцать-тридцать лет и творит чудовищные вещи.
— Он.
— Что?
— Это он, — произнес Рус. — И бесчинства творит он каждую луну. Только к вам он заглядывать не любит.