Пылающие души
Шрифт:
Гроза быстро удалялась, но ветер по-прежнему был сильный. Приставив ладони рупором ко рту, Дерек крикнул матросам:
— Поднять паруса! Нельзя упустить такой ветер. Он поможет нам.
Матросы начали карабкаться по веревочным лестницам; каждый из них точно знал свои обязанности. Время от времени они обменивались отрывистыми замечаниями. Затем послышалось гулкое хлопанье парусины на ветру, корабль прибавил ходу. Море все еще было бурным.
Глаза Джулии давно привыкли к темноте, и ее взгляд вдруг упал на то место у
— Что стало с ним?
— С кем? — недоуменно спросил Дерек.
— С Шедом Харки. — По телу Джулии пробежала дрожь отвращения.
Дерек не ответил. Словно забыв о вопросе, он смотрел на воду.
— Дерек, — Джулия настойчиво подергала его за рукав, — что с ним случилось? Он уплыл вместе с янки?
— Нет. — Голос Дерека прозвучал так холодно, что Джулия вздрогнула. — Им полакомились акулы.
К горлу Джулии подкатила тошнота.
— Значит, ты… — Она замерла, не в силах продолжать.
Он кивнул.
— Джулия, ты не понимаешь, как суров морской закон. Харки — мятежник, и я расправился с ним как с мятежником. Его товарищей постигла та же участь. Мы выбросили их за борт. Здешние воды кишат акулами. Все кончилось мгновенно.
— О Господи! — Джулия зажала рот руками и перегнулась через поручень. Представшее мысленному взору зрелище вызвало у нее тошноту.
— Таков морской закон. — Дерек положил руку на плечо Джулии. — Пойми, если на борту корабля царит хаос, корабль обречен. Харки получил второй шанс, — продолжал он, — но вместо того чтобы загладить вину, он пытался убить меня. Я был вынужден приговорить его и остальных к смерти.
Джулия пыталась взять себя в руки. Дар речи вернулся к ней не сразу.
— Может, ты и прав, но все равно это слишком жестоко…
— Жизнь справедлива. А теперь пойдем, я отведу тебя обратно в каюту. Утром мы позавтракаем вместе, и я позабочусь о том, чтобы ты наелась досыта. Я не допущу, чтобы ты вновь заболела.
Джулия не удержалась от ответной колкости:
— Еще бы! Ведь если со мной что-нибудь случится, выкупа тебе не видать как своих ушей!
Дерек обнял ее за плечи и решительно повел к трапу.
— Довольно обвинений, Джулия. Мы ведь заключили перемирие.
— Ты прав, но я не могу сдержаться, вспоминая, во что ты превратил мою жизнь и что стало с мамой.
— Когда-нибудь ты еще будешь благодарить меня, детка, — усмехнулся Дерек.
Остановившись на пороге каюты, Дерек сообщил Джулии, что не станет запирать дверь снаружи.
— Я не вижу в этом необходимости. И вправду, куда ты денешься? До земли десятки миль, и, кроме того, думаю, у тебя нет желания поближе познакомиться с акулами.
Джулия задумчиво прикусила губу. Тусклый свет фонаря подчеркнул мужскую красоту Дерека. В его глазах Джулия разглядела пламя желания. Чувствуя, как в глубине тела распускается горячий
— Спокойной ночи, Джулия. — Он собрался уходить, но Джулия удержала его за руку. Подняв бровь, он обернулся.
Она не могла облечь свои чувства в слова, знала только, что провела слишком много одиноких часов в тесной каюте и
потому не могла расстаться с мужчиной, способным удовлетворить ее тягу к плотским наслаждениям.
Плавными движениями рук она расстегнула платье и спустила его до талии. Несколько минут Дерек пожирал глазами ее грудь. Словно в трансе, он протянул руку и зажал ее сосок между большим и указательным пальцами.
Закрыв глаза, Джулия тихо застонала. Огни святого Эльма… Ей казалось, будто все ее тело превратилось в пылающий факел.
Платье с тихим шорохом упало на пол, Джулия легко освободилась от панталон. Дерек подхватил ее на руки, внес в каюту и захлопнул дверь. Осторожно положив ее на кровать, он провел руками по ее телу. Джулия вздрогнула, задыхаясь от удовольствия.
В мгновение ока она оказалась распростертой на постели, между ее ног вошло набухшее, нетерпеливое орудие. Джулия почувствовала, как оно проникает в нее, и удивилась тому, что ее хрупкое тело способно принять в себя такое громадное копье. Вначале, когда они впервые предались любви, она ощущала слабую боль, но вскоре она угасла. Теперь Джулия испытывала лишь блаженство.
Вздохнув, она обвила ногами узкую талию Дерека и вонзила пятки в его ягодицы, побуждая ускорить ритм.
Весь окружающий мир перестал существовать. Его заменило чувственное упоение.
Вдвоем, подобно парусам, раздувающимся на фоне бескрайнего неба, они взмыли на крыльях ветра, забыв обо всем на свете.
Глава 11
Капитан Арнхардт не сомневался, что стоящий перед ним человек кипит от негодования.
— Я готов повторить вопрос, сэр, — ровным, ледяным тоном произнес Эдсел. — Как долго эта женщина будет находиться на корабле? Узнать ответ хочу не только я, но и матросы. Вам известно, что многие из них уверены: женщина на корабле — плохая примета.
Дерек глубоко вздохнул, и мускулы его груди и плеч перекатились под кожей. Матросы шутили, что капитан, должно быть, упражняется, поднимая корабельные орудия, когда никто его не видит. Он излучал силу и мощь каждым дюймом тела.
— Гаррис, мне нет дела до вашего мнения и мнения других матросов. Вы, должно быть, забыли, что этот корабль принадлежит мне. И незачем досаждать мне суеверными бреднями. К рассвету мы будем на Бермудах и приступим к разгрузке.
Отвернувшись, он вгляделся в хмурое небо, размышляя, благоразумно ли держать по ветру в такую ночь. Вахтенные матросы высматривали огни кораблей, чтобы заранее предотвратить возможное столкновение.