Раксис
Шрифт:
Джокер повернулся к Хавелоку.
— Вспоминая события того дня, я долго не мог отделаться от ощущения, что что-то упустил, и лишь этой осенью понял, что именно…. У меня есть вопрос к вам.
— Спрашивай, демон, — лениво процедил Хавелок.
Джокер бросил на судью острый взгляд.
— Откуда в башне появились существа из Запретных Земель? — спросил он негромко.
И сразу восстановившееся было спокойствие оказалось нарушено.
— Что-о? — ахнула судья.
Зал объял ужас. Множество испуганных глаз уставилось на Джокера,
— Где они?!
Люди повскакивали с мест, готовые бежать вон из зала, и ждали только ответа. Шевельнув бледными губами, судья нервно спросила Джокера:
— Они всё еще там или разбежались? — Не дожидаясь ответа, она сказала Вайларку: — Ментор, вы были там. Почему не оповестили население?
Вайларк произнес успокаивающе:
— Ваша честь, дайте ему закончить.
Громко, чтобы всем было слышно, Джокер заявил:
— Они уже никому не причинят вреда. Я позаботился о них еще до того, как войти в лабораторию.
Вздох облегчения пронесся по залу. Раздались оживленные голоса. На Джокера смотрели с благодарностью, он сдержанно улыбался в ответ.
Судья отрывисто спросила Хавелока:
— Откуда в башне появились эти чудовища? Вам известно что-нибудь об этом?
— Я полагаю, их запустил сам узник, — дернул плечом Хавелок. — После того как господин Джокер легкомысленно оставил ему железную книгу, спасая чрезмерно любопытных детей.
Джокер возразил:
— Ничего подобного — когда я прибыл в башню, эти твари уже были там. На ступеньках я обнаружил издохшего лагара с потухшим факелом в глотке.
Хавелок не растерялся.
— Значит, это случилось в то время, пока они спускались по лестнице!
— Для этого требовалось закрыть один проход и открыть другой, в Запретные Земли, — опять возразил Джокер. — Потом опять открыть прежний, но в Старый Свет путь в книге не прописан, так что трюк бы не удался.
— Значит, это сделала Диаманда Карьети, пока книга была у нее, — раздраженно ответил Хавелок. — От этой девицы можно ожидать чего угодно!
Джокер усмехнулся:
— Не слишком ли сложная интрига, господин Хавелок?
Сашка продолжал старательно пялиться в пол. Он боялся случайно встретиться взглядом с Хавелоком, потому что было еще слишком рано. Но и опоздать у него права не было.
Коренастая некрасивая дама, которая так благосклонно приняла появление Джокера в зале, произнесла неожиданно глубоким мелодичным голосом:
— Я хотела бы вернуться к одному моменту…
Она пошепталась с судьей и проговорила миролюбиво:
— Ранее вы заявили, что в книге правильно был переведен лишь текст, имеющий отношение к левитации и проходу в Хранилище. Но дети-то попали не туда, они прошли в башню! То есть или вас не так поняли, или еще что, но в перевод попало лишнее. Я боюсь, что в Запретные Земли дети не угодили лишь по счастливой случайности. Вам это приходило в голову?
Хавелок отмахнулся:
— Ерунда! — Обращаясь
— Видимо, этих гарантий оказалось недостаточно, — осуждающе произнесла некрасивая дама.
Хавелок бросил брезгливо:
— Значит, Диаманда Карьети проявила собственную инициативу, я тут ни при чем.
Судья хотела что-то спросить, но Джокер ее опередил:
— Как именно вы гарантировали то, что говорите?
Хавелок скосился на Джокера и открыл рот. Потом закрыл и переступил на месте. Затем он достал платок и вытер пот со лба. Судья произнесла строго:
— Подойдите к барьеру.
Хавелок медленно шагнул к барьеру. Тоскливо оглянувшись на входную дверь, он положил ладони на пластины. Эмпарот уже стоял с другой стороны. Почти сразу в зале раздался его высокий торопливый голосок:
— Помещение Хранилища, двери закрыты. Перед ними две собаки, еще четыре уходят в тоннель. Рядом мужчина с открытой железной книгой. Высокий, лицо узкое, щеки впалые, нос с горбинкой, рот тонкий…
Брови судьи полезли на лоб. Присяжные, казалось, были удивлены не меньше. Даже невозмутимый Вайларк едва заметно подался вперед, ловя каждое слово эмпарота. У Сашки гулко заколотилось сердце — примерно этого момента он ждал.
— …Опасность, скользкая рукоять меча. Открытый проход, за ним туман. Звери. Из тумана вылетают звери плюс два лагара, влетают в тоннель. Команда, собаки блокируют выход. Книга закрыта, снова открыта. Пение, новый проход в башню. В тоннеле слышен собачий лай, визг. Звери бегут назад, влетают в башню, книга захлопнута, проход исчез… В тоннеле кровь, одна собака мертва. Облегчение, торжество.
«Сейчас!..»
Преодолевая ком в горле, Сашка прошипел в склоненную над барьером спину:
— Зачем вы убили музыканта, Мастер?
Произнес он это синхронно с Андреем, слово в слово, разве что Андрей сказал «артиста». Хавелок дернулся словно от удара током и следом дернулся эмпарот.
Судья гневно посмотрела на ребят, а эмпарот проговорил скороговоркой:
— Он снимает со стены цепь, быстро прячет в карман. Ирония, усмешка. И…
— Протестую! — визгливо крикнул Хавелок прямо в лицо судьи, отпрянув от барьера. Он выставил в сторону Сашки костлявый палец. — Этот, с позволения сказать!
Хавелока трясло, палец его ходил ходуном.
— Я в курсе, что он нарушил процедуру, — прервала его судья. — Но кажется, он знал, что делал.
Гнева на ее лице не было и в помине, когда она последовательно посмотрела на Андрея с Сашкой, затем на эмпарота. Съежившийся, с опавшим лицом, эмпарот уже сидел на скамье и с закрытыми глазами жадно пил что-то из бутылочки, которую достал из кармана.
Вслед за своей вытянутой рукой Хавелок развернулся к Сашке.
— Ты! — прохрипел он. Лицо его исказилось. — Ты поступил гнусно, подло…