Раксис
Шрифт:
— С тем, что тетя Зина обладает обширными познаниями в магии, ты спорить, думаю, не будешь. Но ты не знаешь, что прошлой зимой по просьбе матери я ездил к ней в санаторий и получил пакет с травяным сбором. Настоем из него мать лечила свой грипп. Однако только сейчас я сообразил, что им же она поила меня, когда я разбил лицо о гальку у реки. Помнишь?
— Ха, еще бы не помнить! — воскликнул Андрей с горечью. — Это случилось, когда арестовали Батона и на следующий день вы с Машей устроили мне головомойку!
— А наутро ты
Андрей пошевелил губами и сказал с напором:
— Полтора суток. Около 36 часов. И что это доказывает?
— Ты видел меня у реки. Ты видел, на кого я был похож на следующий день. А еще через 24 часа на лице не осталось и следа. Как ты это объяснишь? — спросил его Сашка.
Андрей с сомнением покачал головой.
— Не можешь ты этого помнить… Я не помню, во что вчера был одет.
— Я тогда взглянул в зеркало в твоей прихожей, — сказал Сашка. — А вспомнил об этом только сейчас. Заодно я понял, что другого пакета с травяным сбором у нас в квартире быть не могло. Потому что днем, перед поездкой к тете Зине, я буквально поставил на уши всю кухню, но пакета не видел… Есть, правда, шанс, что к весне мать купила что-то сама, только она сроду не пользовалась травами. Обычно она вообще ничем не лечится, никакими лекарствами. Дальше сам сообразишь.
— Сообразил уже, — прервал его Андрей. — Что предлагаешь?
Сашка прищурился, повернув голову в сторону остановки.
— Предлагаю прямо сейчас поехать к ней в санаторий, он недалеко. Давай решайся, вон как раз нужный нам автобус!
Андрей посмотрел на ярко-оранжевый, с белой полосой автобус, и когда тот распахнул двери, отчаянно махнул рукой:
— А, поехали! — Стараясь не размахивать сильно пакетами, они со всех ног понеслись к остановке.
В приемном отделении неврологического санатория их ждало разочарование. Дежурная сестра на вопрос племянника (Андрей отвернулся и закашлялся), ответила, что тетя Зина давно выписалась.
— Замечательно! И где ее теперь искать? — спросил Андрей, не успели они отойти от стойки дежурной. По его виду нельзя было сказать, что он огорчился.
— Вот я дубина! — воскликнул Сашка, снова подскакивая к стойке. Вернувшись, он доложил: — Выписалась на домашний адрес пять месяцев назад.
— Да? — пожал Андрей плечами. — Ну и ладно. Баба с возу, кобыле легче.
Он сбежал с крыльца и хлопнул подошедшего Сашку по плечу.
— Племянник любимой тети, с ума сойти! Я едва успел отвернуться.
— Зря смеешься, я вполне могу оказаться ее племянником, — сказал Сашка, соображая, какой теперь придумать повод, чтобы навестить тетю Зину дома.
В прошлом году, когда он приезжал сюда с Машей и Андреем, об этом никто не думал — тетя Зина едва научилась говорить и ничего из происшедшего с ней не помнила.
Сейчас же Сашка опасался, что тетя Зина не только полностью восстановила здоровье, но и память. И прежде чем рассказывать ей, что случилось с Андреем, Сашка хотел сначала на нее взглянуть. Поэтому нужно было придумать повод для посещения.
— Слушай, — повернулся он к Андрею, — та книга, что дала тебе тетя Зина, она всё еще у тебя? Ты никуда ее не подевал?
— У меня, — подтвердил Андрей. — Но ты не ответил на вопрос.
— Какой вопрос? — Сашка, видимо, прослушал.
— С какой стати ты можешь оказаться ее племянником?
Сашка пожал плечами.
— С той, что я видел ее фотку с матерью в молодости. Весьма вероятно, что они сестры. Точнее, я практически в этом уверен.
— А почему ты прямо не спросишь об этом свою мать? — спросил удивленно Андрей.
Сашка замялся на секунду.
— Потому что она ни разу даже не намекнула, что тетя Зина ее родственница. Так что я счел неудобным задавать такой вопрос. Неудобные вопросы имеют свойство возвращаться, а нам с тобой уж точно есть что скрывать.
Сашка не стал говорить, что один неудобный вопрос мама ему всё же задала. В прошлом году он попросил ее сделать полный анализ крови с рукава фехтовальной куртки Лилии.
Мама просьбу выполнила, но из-за очень редкой группы крови — таких людей, оказывается, на планете всего около 20 человек — ее заинтересовало, где он взял тот кусок ткани. Сашка брякнул, что нашел его на улице. Мама рассердилась и предупредила, что этот ответ она не принимает, но подождет, пока Сашка будет готов ответить.
Андрей увидел за оградой санатория поджидавший пассажиров автобус и прибавил шагу.
— Давай-ка поторопимся, — бросил он через плечо. — Твоя мать — женщина, конечно, замечательная, но иногда кажется, что она видит меня насквозь. Нам железно надо закончить до ее прихода!
Чтобы сэкономить время, они начали плести венок прямо в автобусе, ломая руками слишком длинные стебли. Немногочисленных пассажиров это чрезвычайно заинтересовало.
— Стоило покупать цветы в горшках, чтобы потом делать из них венок, — осуждающе поджав губы, пробормотала грузная тетка в ярко-розовом пуховике с огромной сумкой на коленях.
— Может, это сюрприз? — улыбнулась миловидная женщина, сидевшая напротив ребят. — Мальчики, вы неправильно делаете! — поправила она Сашку с Андреем, боровшихся с очередным цветком, у которого стебель оказался толще других. — Это надо завернуть сюда, а тот стебель оставить как есть.
Заросший щетиной мужчина, что стоял в проходе с рюкзаком на плечах, наклонился к ним и, дыхнув свежим перегаром, спросил с ухмылкой:
— Девушка-то хоть красивая? Для которой венок.
— Девушка? — Сашка взглянул на Андрея, чьи уши приобрели вдруг подозрительно красный оттенок.