Раксис
Шрифт:
Андрей некоторое время смотрел на закрытую дверь.
— Б-больная! — пробормотал он и бросил взгляд на обломки. — Ладно, не очень хотелось. Всё равно надоело мне это фехтование, — проговорил он совсем неубедительно.
Сашка подобрал обломок, что был с рукояткой.
— А ведь она действительно чего-то боится, — сказал он, похлопывая рукояткой себя по ладони.
— Боится, что превращусь в монстра, — возмущенно прокряхтел Андрей, вытаскивая второй обломок из щели между досками. — Хотя экспериментирую я с начала сентября, и рога у меня пока не выросли.
Они
— А ты что, раньше не говорил ей про этот свой источник? — спросил Сашка, когда они поднимались на второй этаж.
— Не-а, — ответил Андрей. Глянув на Сашкино лицо, он усмехнулся. — Да не переживай ты, источник совершенно безопасный!
— Ага, — буркнул Сашка, заходя в класс.
Больше он об этом не думал, но перед началом физики окончательно сформулировал для себя, что его беспокоило: за время, прошедшее с начала учебного года, Андрей ни разу не поделился с ним или с Машей радостью, что у него снова всё получается.
Физику, которая была сегодня у них последним уроком, вела совсем молодая выпускница университета, которую приняли на место Батона. Сашка два года ловил каждое слово Батона, больно здорово тот умел объяснять, и потому весьма настороженно отнесся к замене.
Андрей, увидев, как он выразился, «это прелестное созданье», бессовестно заржал на весь класс, за что был немедленно отправлен к доске рассказывать, что помнит с прошлого года. Не успел Андрей начать, как ему было предложено решить «простенькую задачку» на озвученную тему.
Пока он топтался у доски, пытаясь выбраться из нагромождений преобразований, куда загнал сам себя, класс с интересом наблюдал, как сгорающая от любопытства учительница пытается подобраться к Андрею то слева, то справа, чтобы посмотреть, что же такое пишет ее ученик. Проблема была в том, что она едва доходила ему до плеча. Наконец она не выдержала и, воскликнув раздраженно: «Орлов, подвиньтесь! Что я, как муха, вокруг вас кручусь?», — оттащила его в сторону за рукав.
Андрей попытался было протестовать:
— Ольга Васильевна, я еще не закончил!
— Ничего, ничего, — пробормотала учительница, глядя на доску.
Проглядев решение, Ольга Васильевна схватилась за голову. Короткие соломенного цвета волосы встали дыбом. Обернувшись к классу и округлив глаза, отчего в самом деле сделалась похожа на муху, она ткнула большим пальцем через плечо и жалобным голосом сказала:
— Мы ведь не станем доказывать это тождество, правда? Что мы — сумасшедшие, что ли?
Класс грохнул от хохота, а учительница, отправив Андрея на место, произнесла строго:
— Поскольку каникулы только закончились, я еще прощаю подобное легкомыслие, но в следующий раз отнеситесь к физическим формулам более уважительно.
На перемене ухмыляющийся Андрей бросил Сашке:
— Если выяснится, что и эта девица хранит в своем кабинете Арпонис, я полностью разочаруюсь в жизни!
Сегодня Муха начинала новую тему. Сашка понял уже, что новая учительница не хуже Батона, разве что не обладала той же способностью всегда и всему подбирать доходчивые аналогии. Но, в конце концов, Мышильда,
Вместо них он опять записался на факультатив по физике, которая ему всегда нравилась, и на первое же занятие приволок ту странную трубу из темных намагниченных колец, что обнаружил весной в генераторе Батона. Одно из колец было расколото, внутри виднелась металлическая мембрана и что-то вроде катушки динамика. Сашка загорелся идеей вернуть сгоревший генератор в рабочее состояние, хотя сам не понимал, зачем.
Батон создал генератор для борьбы с вороном-убийцей, но последнему из них Сашка лично скрутил голову в подземелье замка. Даже будь у Хавелока еще один подобный ворон, он всё равно не сможет проникнуть сюда, потому что бассейн с Сотерисом был разрушен. И всё-таки Сашка решил восстановить генератор. Схемой усилителя он собирался заняться сам, но, чтобы починить загадочную трубу, ему требовалось понять, как она работает. Ольга Васильевна, однако, не оправдала его ожиданий.
— Надо же, какой продуманный дизайн! — воскликнула она, с живейшим интересом крутя в руках конструкцию. — Удивительно! Это ж должна быть сумасшедшая мощность… Где ты это взял?
Ее глаза не отрывались от трубы. Сашка неопределенно пожал плечами и пробормотал нечто невразумительное.
— Но это твое? — спросила его учительница.
— Теперь мое, — сказал Сашка. — Мне ее подарили, и я хочу знать, как она работает.
— И я очень хорошо тебя понимаю, — произнесла Муха проникновенно, возвращая трубу. — Славная вещица. Но, видишь ли…
Измазанной мелом ладошкой она задумчиво потерла нос и по-девчоночьи хихикнула.
— Кроме того, что физик, я еще педагог. Расскажи я сейчас, что это за штука, тебе будет неинтересно, когда мы начнем изучать электромагнитные колебания. Однако, когда мы дойдем до них, ты сам сможешь рассказать, как она работает. А если ошибешься, я поправлю. Идет?
— Идет, — согласился Сашка.
И теперь, разглядывая нарисованную на доске систему из двух заряженных шаров, пытаясь понять, как Муха посчитала силу их взаимодействия, он терпеливо ждал, когда они доберутся наконец до тех самых электромагнитных колебаний.
После уроков Сашка с Андреем возвращались домой вдвоем. Небо по-прежнему затягивали тучи, но дождя не было. Шурша опавшей листвой, ребята неспешно брели по тропинке.
— Теперь у меня получается всё даже легче, чем раньше, — сказал Андрей и показал на кусты впереди. — Смотри туда, это будет поинтересней кувырков Костика через голову.
Сашка уставился на кусты, что росли по берегам двух небольших прудов. В одном из них вода вдруг сама собой принялась уходить от берега, смещаясь к середине. Собравшись там куполом, она помедлила и выстрелила вверх огромным фонтаном, залив всё вокруг. Грязные ручейки побежали к ногам ребят. Сашка попятился.