Раксис
Шрифт:
Этот человек был ему откуда-то знаком. На вид лет тридцать-сорок, точно не сказать. Жилистый, сухощавый, непропорционально широкоплечий, он возвышался над столом, вытянув ноги далеко в проход.
В его чертах сквозила жесткость, даже суровость. Пронзительные черные глаза смотрели холодно и цепко. В сухом лице было что-то голодное, опасное и в то же время притягательное. Губы изогнуты в очень знакомую улыбку. Улыбку, которую ни с чем нельзя перепутать. Сашка вздрогнул и еще сильнее прижался к доске — перед ними сидел Джокер, собственной персоной.
Не
— Маша, ты только не пугайся… Я, пожалуй, поклонюсь, а ты уж изобрази реверанс нашему гостю. Ибо у меня к нему слишком много вопросов.
— Кому ты собрался кланяться? — спросила она настороженно. — Здесь никого нет!
— Она не видит, — раздался с заднего ряда спокойный низкий голос.
Маша дернулась, будто от удара током, и диким взглядом обвела класс.
— Кто здесь?! — воскликнула она, панически хватаясь за Сашкин рукав. Тот отодрал ее от себя, с трудом разжав ее пальцы, и взял ее ладонь в свою.
Не сводя глаз с гостя, он осторожно склонил на секунду голову. Джокер сделал то же самое. Маша продолжала шарить взглядом по сторонам, всё сильнее впиваясь Сашке в ладонь.
— Где он? — спросила она сквозь зубы. — Отвечай же, не молчи!
— Он прямо перед нами, — сказал Сашка негромко.
— Да где? — переспросила она с истерикой в голосе, снова начиная оглядываться. — Я ничего не вижу! И кто это?
Удивленный, почему Маша ничего не замечает, Сашка открыл рот, но ответить не успел.
— Извините, я не представился… — На сей раз голос звучал нейтрально, словно его обладатель прилагал к этому специальные усилия. — Но думаю, меня можно простить, ведь мы уже встречались.
— Джокер! — выдохнула Маша в ужасе. Тяжело дыша, она уставилась в место, откуда исходил голос, и стала пятиться к двери, таща за собой Сашку. В устремленных на ребят глазах читалась легкая насмешка.
— Как вам будет угодно. Я с вашего разрешения вставать не буду, чтоб еще сильнее не пугать… Значит, ты меня всё-таки видишь, — сказал Джокер, переводя взгляд на Сашку. — Было дело, я сомневался. Что ж, задавай свои вопросы.
Маша остановилась, не дойдя до двери.
— Почему он видит вас, а я нет? — бросила она отрывисто, глядя слепо перед собой.
Джокер ответил невозмутимо:
— Он просто дальтоник, только наоборот. Так бывает.
— Ты что, в самом деле его не видишь? — с искренним удивлением спросил Сашка.
— Ничего я не вижу, — зло прошипела Маша. Лицо ее пошло красными пятнами. — Чувствую себя полной дурой!
Джокер погасил улыбку и серьезно посоветовал:
— Садитесь на стол — так между нами будет достаточно расстояния, чтобы никто зря не нервничал. Со своей стороны могу заверить, что никаких шуток в стиле нашей последней встречи я не готовлю.
Не двигаясь с места, Маша бросила раздраженно:
— Вы были видимы на башне, а сейчас нет. Так не бывает!
Джокер смерил ее взглядом, каким взрослый смотрит
— И вы готовы прямо сейчас обосновать, почему во Вселенной не существует больше ничего, что человек доказать не в силах?
Маша зарделась. Не поворачивая головы, она ощупью взобралась на столешницу, поставила ноги на сиденье и сжала колени ладонями. За ней последовал Сашка.
— Что вам от нас надо? — спросила Маша угрюмо. — Зачем вы явились сюда?
Джокер с готовностью ответил:
— Вы сами меня вызвали, с помощью вон той штуки… — Он неприязненно кивнул на палочку, которую Сашка, сам не замечая, продолжал крутить в руках. — Перестань наконец, у меня уже звенит в ушах! — поморщившись, сказал Джокер.
Сашка удивленно посмотрел на палочку и положил ее рядом с собой на стол. Ее тут же подняла Маша.
— А почему от нее звенит в ушах? — спросила она, в свою очередь закрутив в пальцах палочку.
— Потому что это нечто вроде сигнала прямого вызова, — объяснил Джокер, морщась еще сильнее. — Имейте совесть! — не выдержал он. — Вам понравится рев будильника над ухом? Лучше отдайте ее мне, если уверены, что я вам не нужен.
Не раздумывая, Маша швырнула в него палочку. Выбросив руку, Джокер без усилий поймал ее и положил в карман своего пиджака.
— Спасибо, — произнес он с видимым облегчением.
Маша снова сжала руками колени.
— То есть это принадлежит вам?
— Нет, — качнул головой Джокер. — Сей варварский инструмент придумал один…
— Артист, — брякнул Сашка неожиданно для самого себя.
Левая бровь Джокера иронично изогнулась.
— Неплохое прозвище — куда точнее того, что я дал. Я звал его Музыкантом.
Тут неизвестно с чего Сашка разом забыл, кто перед ним, и даже Маша немного успокоилась. Причиной, видимо, явилось то, что у них оказался вдруг общий знакомый, к которому Джокер, судя по его ухмылке, относился примерно так же.
— Значит, вы знаете, что он убит? — быстро спросила Маша, пристально глядя в его сторону. Бровь Джокера вернулась на место. Он насторожился.
— А может, вы знаете, кто его убил и за что? — продолжила Маша. — И кто послал того ворона, тоже знаете?
На лице Джокера отразилось неподдельное удивление. Перебегая глазами с одного на другого, он пробормотал:
— Кажется, я вас сильно недооценил… Наш пострел везде поспел, как понимаю, не Хавелок же вам это рассказал?
— Не он, — хмуро сказала Маша. — Мы сами присутствовали при этом.
— Великий Один, вы резвые ребята! — всплеснул Джокер руками. Поддернув штанину, он положил ногу на ногу и сцепил пальцы на колене. — А не могли бы вы мне сообщить, как это произошло, если я не много прошу, конечно?
Сухими фразами Маша быстро пересказала, как они попали в квартиру Артиста и что потом случилось. Джокер слушал очень внимательно и уже в самом конце с силой провел ладонью по лицу. Прикрыв глаза, он произнес бесцветным голосом: