Рапсодия
Шрифт:
За Мишиным стулом появился Дурасов. Снова хлопнул его по плечу своей тяжелой ладонью.
— Спасибо за выступление. Надеюсь, вы к нам еще придете вместе со своими друзьями. Нам здесь такие люди нравятся.
Миша не успел ответить. Соня его опередила. Окинула Дурасова взглядом, полным неприкрытого презрения.
— Не уверена, что мы к месту среди людей такого сорта, как у вас здесь, мистер Дурасов. Если я правильно поняла, вы гангстер и этот ваш клуб — притон для гангстеров из России. Разве не так?
На мгновение Дурасов застыл.
— Вон отсюда! Все вы, убирайтесь вон! Немедленно.
К столу приблизились три дюжих охранника. Положили руки на спинки стульев. Соня ощутила легкую тревогу. Уж не собираются ли они выдернуть из-под них стулья?
— Мы не нуждаемся в вашей помощи! — презрительно бросила она.
Отодвинула стул, встала с видом оскорбленного достоинства. Дмитрий обошел вокруг стола, подошел к ней.
— Соня, прошу тебя. Что за манеры! Мистер Дурасов…
— Ах ты, вечный миротворец!
Вера с Мишей тоже поднялись. Вера взирала на происходящее с непроницаемым выражением лица.
— Пошли, мама. Выйдем отсюда.
Миша взял мать под руку. Дмитрий подал руку Вере. Они вышли из зала. Женщина в гардеробной уже сняла их пальто. Подбежали Мании и Саша.
— Что… — встревожено начал Манни., Дурасов сгреб его за ворот пиджака.
— Ты! — взревел разъяренно. — Пошли со мной. Вы оба!
Он потянул Манни обратно по темному коридору, к офису. Саша понуро побрел за ними.
Глядя им вслед, Миша помог матери надеть пальто. Потом оделся сам. Дмитрий подал пальто Вере. Они пошли к выходу. Вера взяла Мишу за руку.
— Может быть, родители пойдут к машине, а мы с тобой подождем здесь Манни и Сашу?
Она кинула на него многозначительный взгляд.
Несколько секунд Миша задумчиво смотрел на нее. Кивнул.
— Па, отведешь маму к машине? Мы сейчас.
— Конечно, сынок. — Дмитрий взял жену под руку. — Пошли, Соня. Только тихо.
Соня вскинула голову, распрямила плечи и вышла из клуба с поистине королевским видом. На губах ее промелькнула удовлетворенная усмешка, однако она не произнесла ни слова. Огромный, молчаливый, устрашающего вида швейцар в черном кожаном дождевике, с непроницаемым лицом открыл перед ними тяжелую стальную дверь.
Вера обернулась к Мише:
— Может быть, пойти поискать их?
— Можно. Только мне все это очень не нравится, Вера. Иди-ка ты лучше к машине и подожди меня там.
— Нет. Я с тобой. Пойдем вместе.
В этот момент в дальнем конце коридора показались Манни и Саша. Манни прижимал руки к животу. На лице его блестели капли пота. В серых пронизывающих глазах Саши застыло паническое выражение. Они еще не заметили Веру и Мишу.
— Какого черта, Манни! — воскликнул Миша. — Что происходит?
Манни поспешно опустил руки. Сделал попытку улыбнуться. Ничего не получилось. Он достал из
— Пошли, — прохрипел едва слышно. Обернулся к Саше: — Идем.
Оба ринулись к двери. Вера вопросительно взглянула на Мишу. Тот пожал плечами, крепко сжав губы. Обнял ее за талию, повел к выходу, в ночной Бруклин.
Сейчас не время задавать вопросы. Он не собирается пытать Манни и Сашу в присутствии матери. Потом, позже. Да, он их обо всем расспросит потом, когда они останутся одни.
Но это «потом» так и не наступило. На следующий день начались лихорадочные приготовления к отъезду. Составление и изменение графика предстоящих кругосветных гастролей, бесконечные телефонные звонки, сборы, прощания. Он и не вспомнил о том, что собирался поговорить с Манни и Сашей. Тем более что сам страшился услышать ответ на свои вопросы.
Глава 22
Прага
Прага показалась ему волшебной сказкой, чудесным сном, сбывшейся мечтой. Он словно оказался в древних веках. Город, расположенный по берегам Влтавы, соединенный пятнадцатью мостами, завораживал своими прекрасными зданиями, куполами, шпилями и башнями.
Вначале дорога из аэропорта разочаровала Мишу типовыми блочными зданиями, тянувшимися по обеим сторонам. Эти утилитарные жилища рабочих, казалось, переехали сюда прямо из Москвы, из того жуткого района, в котором когда-то их с родителями принудили жить. Какое мрачное напоминание о сорока годах коммунистического правления здесь, в Чехии! Однако как только он увидел сам город, впечатление сразу изменилось. Город остался практически нетронутым. Он прекрасен, в точности такой, как ему описывали.
В аэропорту Мишу встретил молодой человек по имени Карел, посланец Чешского филармонического оркестра. По дороге в город он без остановки говорил о возрождении Праги после падения Берлинской стены и о «бархатной революции».
Миша остановился в прекрасно отреставрированном отеле «Палас». У стойки регистратора его ждал сюрприз — бокал шампанского в подарок от администрации.
— Для пас оставили записку, мистер Левин, — сообщила улыбающаяся девушка за стойкой.
— Спасибо.
Миша взглянул на записку. От Манни. Он прилетел рейсом раньше и теперь вел деловые переговоры. Миша сунул записку в карман. Обернулся к Карелу:
— Спасибо за помощь. С остальным я справлюсь сам. Карел огорченно вздохнул. Он-то надеялся, что сможет поближе узнать знаменитого Майкла Левина.
— Но… как же… вам ведь понадобится гид… переводчик…
— Не обязательно. У меня много работы. Еще раз большое спасибо.
Он, конечно, очень доброжелательный человек, этот Карел, но без посторонних глаз работается гораздо лучше.
— Счастлив был познакомиться, мистер Левин. Если я смогу вам быть еще чем-нибудь полезен, скажите в администрации оркестра. Он повернулся и направился к выходу.