Раскол
Шрифт:
А когда посмотрела на руку — то увидела что там был ожог.
«Либо я настолько ослабела, что серебро и железо на меня действует — подумала она, либо это...»
– Нефрей.
– сказал незнакомец, сидящий в углу.
– Какого это, знать что скоро твоя смерть?
Морриган никогда не чувствовала страха, вот и сейчас, смотря снизу вверх на незнакомца, который явно брал превосходством, она лишь усмехнулась:
– Какого? Лучше я спрошу это у тебя. Ведь если мои сестры узнают, где я. Они сразу же придут, а если даже и не найдут это место -
– Ты мастер запугивать, лживая ведьма. Никто не придет сюда. Наши, то есть люди, выиграют эту войну. А ты — просидишь здесь до конца своих дней. И никто тебя не найдет.
Морриган лишь привстала, чтобы разглядеть лицо незнакомца, но как только ее голова коснулась прутьев, то она сразу же зашипела и легла обратно на пол.
– Гореть тебе в Аду!
– крикнула она.
– Развяжи меня или я убью тебя! Никто! Слышишь, никто еще не переходил дорогу Морриган!
Незнакомец подошел к ней, сел напротив.
Его лицо прикрывала шляпа, сам он был в костюме исследователя и плаще.
– Не узнаешь меня, ведьма?
Она его не узнавала и даже не знала, поэтому так и сказала.
– А вот я знаю тебя. Знаю, что ты однажды приехала в деревню. Поселилась в доме, а на следующий день сожгла дом, от нечего делать.
– Я что, сожгла твоего отца? Мать? Сестру?
– Ты просто сожгла дом, Морриган. Слава Богам никого не было там внутри.
Морриган рассмеялась, сильно.
– Что было бы, если бы я сожгла твою мать или отца? А?
И продолжила смеяться.
Незнакомец встал и вышел, оставив Морриган наедине.
***
На следующий день Морриган уже изменилась.
Она стала молчать, пытаясь найти выход из этой клетки. Когда незнакомец принес еды — она отказалась и больше не смеялась над ним. Незнакомец больше ни слова ни сказал, но по нему видно, что пребывание Морриган в клетки скоро закончиться.
– Я раздобыл огонь — сказал он — благодаря этому огню ты не умрешь, а лишь будешь чувствовать что горишь. Сегодня вечером начнем.
***
Вечером он вытащил ее из клетки: голодную и грязную.
Хотя, три дня назад она была свежа и смела.
Подумать только, она пробыла у этого сумасшедшего мстителя всего три дня, а плохо ей так, будто прошел месяц.
Она даже не знала, куда он дел ее меч: Ее Анафему, меч легендарной Ведьмы. Она только чувствовала, как он тащит ее за волосы и видела впереди костер.
Она видела обрывки местности, но не могла понять где находиться.
Когда они уже подходили, он с силой ударил ее по коленкам и она присела на землю.
Впервые она почувствовала страх и поняла: здесь ее конец. Он сожжет ее, а сердце отдаст собакам.
Когда он подвел ее к костру, сил не было сопротивляться.
Нефрей обжигал руки и ноги, а факел, брошенный в костер разгорался все сильнее и сильнее.
– Ты сознаешь свою вину, ведьма?
– крикнул незнакомец.
– Да! Развяжи меня!
– Нет! Но теперь совесть твоя будет чиста и ты сгоришь с чистой совестью и свободной душой! Хотя, как я и сказал, этот огонь лишь покалечит тебя!
– Иди к дьяволу!
– крикнула Морриган и огонь охватил ее.
– Будь ты проклят!
– прокричала она — Отомстит тебе моя ученица! Запомнишь ее! Из глас у нее будут лететь искры, видеть она будет смерть, а ты падешь от ее руки! Запомни мои слова, ибо не дожить тебе до конца этого...!
– Ты жалка, ведьма! Пускай приходит твоя ученица, будет сожжена так же, как и ты!
Огонь охватил Морриган, только она уже молчала.
Глава 8.
История Хоуп: Тоска.
Больше недели она путешествовала одна. У нее был запас еды, воды и она не боялась встретить разбойников, но она была совсем одна и ей было ужасно грустно.
Лошадь то и дело останавливалась чтобы попастись и передохнуть и это занимало не меньше получаса.
Сейчас Хоуп ехала по извилистой дороги, направляющую ее в маленькую деревушку под названием « Акиллбег» Да-да, вы не ошиблись, Хоуп за две недели пересекла море на корабле вместе со своей лошадью и сейчас едет в деревню, где все начиналось.
По дороге в деревню она встречала знакомых людей, но никак не могла вспомнить их. Всю дорогу ее не покидало ощущение, что она их уже где-то видела.
Вдруг, прямо посередине улицы, из-за двора выбежал худой паренек и со всех ног побежал к лошади Хоуп.
Паренек был весь грязный, с сальными волосами, с босыми ногами и в драной одежде. Он подбежал к коню и в нескольких шагах упал на живот, жалобно скуля.
Из того же проулка выбежал мужчина средних лет и стал бить парня дрыном по телу, голове, рукам и ногам.
– Эй!
– крикнула Хоуп — Что вы делаете?
– она слезла с лошади и направилась прямо к мужчине, доставая нож Охотника.
– Этот ворюга крал у нас ножи и продовольствие! По местному закону я должен отрубить ему палец! Иди сюда, может раньше где-то там ты и был сыном старосты, но сейчас ты есть никто!
– он взял паренька за волосы, и когда поднял его, то Хоуп увидела в нем Зозика, ленивого, вечно в соплях и вечно жирного Зозика, сына старосты за которого ее обещали выдать. Но сейчас Зозик был похож на маленького червяка и ее даже не узнавал. Он смотрел на нее, но не видел что под шрамами и седеющей головой есть семнадцатилетняя девчонка, его ровесница, соседка и, была когда-то, невесткой.