Распад
Шрифт:
– Они наверняка прикажут осветить все подходы к люкам. Надо захватить аэролодку. Это наш единственный шанс, – отозвалась Сник.
Дункан понимал ее. Если они сейчас откроют дверь, их легко будет заметить в потоке света из строения-куба. Органики, совершив посадку, заметят их и свяжутся по радио с коллегами в квартире нижнего уровня, чтобы те блокировали лестницу.
– Зайдем-ка за куб, – позвал Дункан, увлекая за собой Сник. И вовремя! Еще немного – и яркий свет огромных круглых «солнечных» прожекторов, установленных на четырехфутовых стенах по периметру крыши, поймал бы их.
Стоя
– Один корабль летит. Опустится через несколько минут. А может, и раньше. – Через несколько секунд она добавила: – Он уже сел возле люка в ангар. Два гэнка.
Дункан разглядел офицеров, вылезающих из воздушного судна, похожего на каноэ. Свет из полуоткрытого люка струился наружу – маяк для других прибывающих аэролодок. Люк плавно, горизонтально уходил в нишу в верхней плоскости крыши. Ниже располагался ангар, из которого беглецы выбирались с помощью приставной лестницы. Отсюда – прямой путь в огромные апартаменты милого дедушки Ананды-Иммермана, Мирового Советника. Ананда и его прислужник, мелкая сошка Каребара, находившиеся без сознания, были единственными обитателями необъятного логова.
Покидая его, Дункан и Сник не смогли выйти через дверь в коридор. Органики в наружном холле апартаментов закрыли выход, а сейчас крушили дверь, чтобы войти. Возможно, они уже добрались до ангара. Что-то надо придумать. Сник тоже лихорадочно искала выход из ситуации.
– Сейчас или никогда, – проговорила она ему в самое ухо. В руке Сник сжимала пистолет с протонным ускорителем: луковицеобразный конец оружия смотрел вверх.
– Следи за той стороной, – Дункан кивнул на угол, за который они зашли. – За мной эта сторона.
Они заняли позиции за кубом. Дункан взглянул вверх – убедиться, не летит ли второй корабль. Что делать?
Как однажды сказал древний римлянин Сенека: гладиатор строит свою стратегию на арене. Откуда явилась эта мысль? Конечно же, не от личности, известной как Дункан.
Он выглянул из-за угла. Летающая лодка опустилась в шести футах от люка. Органик в зеленой униформе и зеленом же шлеме стоял возле люка. Макушка другого шлема вертелась ниже входа: один органик спускался по лестнице. Другой, спиной к Дункану, стоял на страже. Дункан отскочил и оглянулся. Сник направлялась к нему.
– Ты видела? – Сник кивнула. – Надо попытаться убрать этого – на стреме. Но чтобы второй и усом не пошевелил. Когда я скажу: пош…
Он осекся. Человек почти рядом с ним тихо говорил что-то, хотя голос его звучал громче слов Дункана. Органики поднимались по лестнице со 125-го этажа. Сник обернулась, приседая и направляя оружие по голосу.
Сердце Дункана стучало во тьме тела, но он оставался спокойным. Он дотронулся до плеча Сник. Она не оглянулась – ничто не могло оторвать ее взгляда от угла куба.
Дункан прошептал:
– Я зайду с другой стороны.
Она кивнула. С пистолетом в руке он быстро двинулся вперед. Слава Богу, что у его высоких сапог мягкие подметки. Гэнк стоял у люка, нагнувшись и опираясь
Офицер у люка сохранял позу. Дункан стремительно подскочил к другому углу строения, прислушался и бросился к следующему.
Сник обогнула «свой» угол секундой раньше. Внезапно увидев направленное на них оружие, органики подняли руки – пистолеты теперь смотрели в небо. Никто не произнес ни слова – лишь громкий вздох донесся до Дункана.
Сник спокойным голосом велела полицейским направиться к «слепой» стене куба.
– Не вздумайте шутить – мой друг настороже.
– Верно, – отозвался Дункан, заставив органиков вздрогнуть.
Дункан обезоружил органиков. Сник приказала обоим принять известную в таких случаях позу: лицом к стене, руки вверх, ладони прижать к стене, ноги расставить. Гэнки повиновались – лица их были мрачны, губы дрожали от страха.
Дункан и Сник старались говорить как можно тише: операторы ближних станций могли, вероятно, принимать сигналы радиошлемов органиков. Но, судя по всему, пленники переговаривались лишь между собой. Дункан знаком предупредил Сник, что им следует молчать. Он подошел к органикам и отключил ручки радиотелевизионной связи на шлемах.
Несмотря на прохладу, гэнки явно вспотели. Страх смешался с запахом их тел.
– Стаскивайте шлемы и форму. До исподнего. Живее!
– Быстро! – Сник подкрепила команду Дункана. – Или мы вам поможем.
Органики не замедлили исполнить приказ и теперь стояли дрожа.
Пока Сник облачалась в женскую униформу и надевала шлем, Дункан держал пленников под прицелом. Женщина-органик была крупнее Сник, но материал формы сжимался или растягивался по фигуре. Теперь они поменялись ролями, пока Дункан проделывал аналогичную операцию и засовывал пистолет органика за специальный пояс изнутри кителя. Сник также получила захваченное оружие. Дункан еще не успел облачиться в форму органика, как Сник, установив в пистолете режим среднего оглушения, выстрелила органикам в затылки. Фиолетовые лучи вырвались из «луковицы» на конце ствола – обе жертвы упали. Голова женщины, словно мяч, отскочила от пола, мужчина-органик ударился о стену караульного помещения. Очнувшись часа через полтора, они ощутят сильнейшую головную боль от нескольких поврежденных кровяных сосудов мозга.
Дункан встревоженно вздрогнул – в наушниках шлема раздался мужской голос.
– Эйби, докладывайте!
«Эйби… Эйби… АБ? [A, B (Эй, би) – первые буквы английского алфавита] – лихорадочно размышлял Дункан. – Позывные органика… этого – у стены?»
Дункан повернул диск с боку шлема.
– Эйби слушает. – Он надеялся, что последует подтверждение приема.
Взгляд Дункана упал на шифр местоположения, большими белыми знаками выведенный на стене строения.
– Ничего подозрительного, – передал он. – Мы наблюдаем за крышей башни с лестницы у проходной номер Кью 1.15. Аэролодка органиков находится у открытого люка…