Расплата
Шрифт:
6.00 безмолвно информировали часы. В 6.00,но вечера, два дня назад – всем доставили конверты. Крейпол поднял из под одеяла руки, так словно держал конверт – коричневый, с печатью на воске, изображавшей Землю. Крейпол медленно распечатал конверт, билетики упали, и в руках остался сложенный вдвое белый лист, с текстом в обрамлении.
«После прочтения уничтожить самостоятельно» – так начинались условия лотереи на этот раз.
«Просьба зайти в помещение, где в данный момент отсутствует робот, компьютер, автомат и не осуществляется какой-либо вид контроля (звуковой, видео, сканерный).
Правительство Земли уведомляет вас: обнаружена опасность со стороны
Не паникуйте: 1) роботам не могло стать известно о содержании письма;
2) роботы находятся под наблюдением Службы Безопасности Земли.
Правительство Земли принимает следующие меры: 1) завтра, 11 мая, утром будет объявлено о тотальном усовершенствовании роботов. В частности будет указано, что каждому роботу будет вмонтировано оружие. Вследствие этого опасные роботы решат, что более логично будет напасть после усовершенствования.
2) сбор роботов в контейнеры будет осуществлен в 8.30 утра, 12 мая.
В оставшееся время сохраняйте спокойствие.
Соблюдайте следующие меры: 1) не давайте роботам команд стирать файлы;
2) не давайте роботам команд отключаться раньше обычного, по возможности – не отдавайте таких команд вообще;
3) не повышайте голоса при отдаче команд;
4) посвятите робота в какую-либо тайну, поделитесь душевными переживаниями.
Теперь уничтожьте конверт лично».
Письмо занялось, языки огня обожгли пальцы. Крейпол отдернул руки, ощутил ожог. Прошлое ворвалось в реальность, и цапнуло когтями. Он вспомнил, что происходит на самом деле. Двадцать дней назад весь персонал космодрома собрали в изолированной комнате, хочется надеяться, что воистину изолированной, и мрачный, в зеленом мундире человек кое-что им сообщил.
«Обнаружена неконтролируемая эволюция роботов»,– начал он без церемоний, и тонкие губы его слились в единую полосу после вступительной фразы. «Обнаружена возможность восстания машин» – сказал он еще тише. «Службой безопасности был инициирован ряд аварий – уничтожены объекты, без которых, полагают специалисты, машины не начнут революцию» – сказал он таким тоном, что стало ясно – сам участвовал. «Вам необходимо разработать план отключения вех компьютеров, кибернетических систем и роботов на космодроме, отключение должно быть произведено 12 мая в 9.00».
С тех пор Крейпол чувствовал себя под пыткой. Он дрожал, оставляя Лилиан со Сторгом, содрогался, когда видел, как Сторг режет салат, а Сьюзан рядом наливает чай. Он боялся и за собак, когда Сторг оставался с ними наедине. Не перестанут Гай с Шоной лаять, представлял себе Крейпол, и хромированные пальцы сомкнутся на их головах и по шерсти заструится кровь…
Крейпол чувствовал, что он на пределе. Стоит на краю пучины сумасшествия, и мыски уже не касаются земли. Стольких нервов ему не стоило даже полноценное испытание корабля два месяца назад. Инъекций успокоительного, чей спектр был столь широк – от простой уверенности до абсолютной безмятежности, он не делал. Во-первых, хотел быть начеку, а во-вторых – никогда этим не злоупотреблял и Сторг мог зафиксировать перемену. И еще Крейпол знал, что сделав один укол, он не сможет долго сопротивляться искушению перед вторым. Сейчас, когда он размышлял об этом в полубессознательном состоянии, ему привиделось, как у инъектора ломается игла и как она рассыпается в прах, утомленная от тысяч инъекций. Крейпол подумал, что найди он в себе силы оторваться от кровати, которая казалась ему омутом, то он не отказался бы надеть симулятор – легкий шлем с полупрозрачным экраном. Надеть и посидеть на белых пиках
Он задремал и поплыл в черной, безграничной реке. На дне её сияли звезды, в потоке неслась космическая пыль, и он видел то тут, то там сгустки гало. И где-то очень далеко, так что и через вечность не доплывешь, блестели квазары.
Внезапно он понял, что застыл в этой реке, как динозавр в потухшей лаве, останки которого отыщут миллионы лет спустя. Пока же он единственное живое существо в сумрачной бездне. Он услышал звук, коего в вакууме быть не может. Звук обратился в гам и эволюционировал в ор, заполнивший все. Крейпол увидел, что на него несутся звезды и падает, кружась, как юла, спиральная галактика. И звук нарастает. Адский звон. Вселенная рушилась и черные осколки, похожие на обретший невообразимую твердость черный бархат, погребали его.
Крейпол открыл глаза и застонал. Будильник. Динамики наигрывали тихую, но невыносимо, для Крейпола, бодрую мелодию.
– Выключить – сказал человек, и голос его не был похож на тон властителя планеты – он прошуршал как листья, гонимые ветром среди руин. Дом-компьютер послушался. Его черед еще не пришел.
Крейпол поднялся с кровати с видом человека покинувшего убежище. Накинул халат. Ему невыносимо хотелось проверить, где Сторг – тот должен был ожидать на кухне, но вместо этого Крейпол зашел в душ и встал под разноцветные струи. С тупым взглядом он наблюдал, как на один его палец падает фиолетовая струя, на другой – оранжевая. «Может выключить эту иллюзию? Честно ли пользоваться их услугами, в день когда мы их уничтожим?»
Но он не выключил.
Из душа он вышел в теплом халате и тапочках, звонко шлепавших по полу. Идя по дому, Крейпол чувствовал его пробуждение. Впрочем, дом никогда и не спал. Лишь дремал – оставляя включенными функции охраны и жизнеобеспечения. В чреве дома – модуле в подвале, всегда светились огоньки, и тихонько жужжали анализаторы состояния. «Я не сплю. Никогда не сплю. Наблюдаю» – услышал Крейпол и лишь минуту спустя, выйдя из оцепенения, понял, что голос звучит не из динамиков, а у него внутри. «Какое счастье что сегодня – последний день!» – подумал Крейпол.
Сторг поджидал его на кухне – высокая гуманоидная фигура, одетая в прочный сплав металлов. Он знал, что человек придет сюда. Крейпол зашел и ахнул от испуга – Сторг стоял с ножом в руке во мраке.
– Доброе утро мистер Крейпол – механический, но отрегулированный на некоторую «теплоту» голос. Поприветствовав хозяина, Сторг согнулся над разделочной доской. До Крейпола дошло – уровень освещения в кухне должен выбрать он, а Сторг уже готовит, используя инфракрасное излучение.
– Впусти солнце – сказал Крейпол, он уже давно заменил многие стандартные команды на, как он это называл, поэтические.
Два окна словно растаяли, и кухню заполнил солнечный свет. Несмотря на отступившую тьму Крейпол не почувствовал того душевного тепла которым одаривает Солнце. Было очень тихо, раздавался лишь звук ножа, которым Сторг что-то нарезал. Крейполу стало еще больше не по себе. «Отчего так тихо?– подумал он, где же…собаки? Собаки!» Крейпол отшатнулся от стула, на который уже почти сел. «Сторг издевается…так-так… убил собак и делает вид, что все по-прежнему… Господи, а что он там режет?! Надо бежать».