Расплата

Уилсон Роберт

Клейтон пробился сквозь толпу увлеченно жующих местных жителей, которых не интересовал невероятной красоты закат, будто сошедший с полотен Ротко [13] . Солнце опускалось в черные воды Аравийского моря на фоне темно-синих, лиловых, фиолетовых, красных и розовых полос.

Гаган дожидался его у своего любимого киоска с пани пури [14] . Он встретил Клейтона, дожевывая третью хрустящую булочку. Тот купил и себе одну, и они немного поговорили о всякой ерунде, наслаждаясь тающей во рту острой

начинкой. Расплатившись, перебрались к другому киоску. Роджер взял две порции карри с картофелем и овощами, со вздохом подумав о содержащихся в блюде калориях. Под одну из тарелок он подсунул пятидесятидолларовую купюру. Гаган с легким поклоном принял подарок.

13

Марк Ротко (1903–1970) – американский художник российского происхождения, один из ярчайших представителей абстрактного экспрессионизма.

14

Пани пури – жареная хрустящая булочка с начинкой из картофеля, нута, тамаринда, чилийского перца и специй.

С тарелками в руках они шли по темному пляжу, удаляясь от освещенных киосков и шумных генераторов. Гагану, тощему парню в черных брюках и белой футболке, было чуть за двадцать. Одежда была ему велика, брюки пришлось подвязать на талии, футболка развевалась, как парус. Его черные, местами выгоревшие волосы были зачесаны на пробор, и он постоянно улыбался во все тридцать два белоснежных зуба. Красота и оптимизм – именно за эти качества и наняла его Шармила д’Круш.

Фрэнк д’Круш платил работникам сущие гроши, и за пятьдесят долларов Гаган продался Клейтону с потрохами. В обязанности парня входила разнообразная работа по дому, и он знал там каждый уголок. Гаган хорошо готовил, особенно любимые закуски Фрэнка – булочки, пирожки со свининой, котлеты, – и тщательно скрывал от Шармилы число потребляемых хозяином калорий. Благодаря этому он был едва ли не единственным слугой, с которым д’Круш разговаривал, не повышая голоса.

– Слышал, твой хозяин улетел в Лондон, – обронил Роджер.

Гаган разинул рот. С этой сенсационной новости он собирался начать, и то, что Клейтон уже был в курсе, огорчило его.

– Да, внезапно. Он не планировал никаких поездок. Госпожа Шармила очень расстроилась.

– Почему?

– Их пригласили на премьеру нового фильма и праздник по случаю открытия сезона лиги крикета. Теперь придется менять все планы на неделю.

– Как обстановка у Фрэнка дома и здесь, в Джуху?

– Охраны стало больше. Всех гостей обыскивают, двор патрулируют с собаками.

– Кто-нибудь приходил к Фрэнку перед отъездом?

– Да, некий Анвар Масуд.

– Кто это?

– Повар сказал, крупный мусульманский гангстер. Давний друг господина Фрэнка.

Клейтон сбрызнул жирное карри лимоном, подцепил немного на хлеб и отправил в рот, изрядно при этом измазавшись. Утеревшись салфеткой, он продолжил:

– Шармила присутствовала на встрече с этим Анваром Масудом?

– Нет-нет, госпожи Шармилы не было дома. Господин Фрэнк и Анвар Масуд уединились вдвоем.

Манера Гагана говорить вызвала у Клейтона улыбку.

– Слышал, о чем они говорили?

– О да, конечно, господин Роджер. Господин Фрэнк сказал приготовить еды, но без свинины, вот

я и сделал говяжьи котлеты, рыбный пирог…

– Молодец, Гаган, теперь расскажи, о чем они говорили.

– Господин Фрэнк попросил Анвара Масуда поехать в Пакистан, чтобы встретиться с каким-то другом из Карачи.

– Каким еще другом?

– Не знаю. Так он сказал: «друг из Карачи». Имя не называл, ни к чему, раз они его и так знают.

– Уверен? У Фрэнка наверняка немало друзей в Карачи.

– Дайте подумать. – Гаган и в самом деле задумался. – Разговаривали они долго, а я то входил, то выходил, всего и не упомнишь.

– Не торопись.

– Кажется, в разговоре мелькало имя некоего господина Икбала. Вероятно, этот господин Икбал и есть тот друг.

– Хорошо, – похвалил Клейтон. – О чем Анвар Масуд должен был поговорить с этим Икбалом?

– О госпоже Алишии. Я не понял. Ходил туда-сюда, а они все говорили, говорили… Кажется, госпожа Алишия несчастлива после отъезда из Мумбаи.

– Даже если ты ничего не понял, все равно рассказывай.

– Хорошо. Значит, говорят они, говорят, а я делаю говяжьи котлеты. Сначала они говорят о госпоже Алишии. А когда я приношу котлеты, говорят о Дипаке Мистри.

– Кто он такой?

– Близкий друг господина Фрэнка. Значит, ставлю я блюдо с котлетами на стол, а господин Фрэнк говорит: «Приготовь для господина Масуда рыбный пирог». Ну, я и пошел обратно на кухню.

– О чем они говорили, когда ты принес пирог? – Клейтон понял, что в голове Гагана события того вечера разложены по полочкам с продуктами.

– Анвар Масуд уже собирался уходить, но господин Фрэнк попросил его задержаться и попробовать мой пирог. Сказал, что таких вкусных никто не делает, даже на Гоа. Анвар Масуд ел и нахваливал. Тут господин Фрэнк приказал мне уходить, но я успел услышать, как он сказал Анвару Масуду: «Ты должен найти Дипака». Я закрыл за собой дверь и решил послушать, потому что господин Дипак очень хороший, и я расстроился, когда он пропал.

– Что ты услышал?

– Анвар Масуд сказал, что господина Дипака ему не найти. Его нет ни в Мумбаи, ни в Бангалоре.

– Сколько времени Анвар Масуд провел у Фрэнка?

– Не знаю, – может, часа два.

Они закончили есть и вернулись к торговым киоскам. Клейтон взял себе фруктовый лед, надеясь освежиться и при этом не заработать диарею.

На обратном пути он позвонил в консульство.

– Мне нужна любая информация о гангстере по имени Анвар Масуд, а также господине Икбале из Карачи, с которым дружит Фрэнк д’Круш. Полагаю, им может оказаться генерал-лейтенант Абдул Икбал. Кроме того, хочу знать все о сотруднике «Конкан хиллс» Дипаке Мистри, и если возможно, его текущее местонахождение.

Глава 12

12 марта 2012 года, понедельник, 11:30

Западный Лондон, Кенсингтон, дом Исабель Маркс

– Ну?

– Что «ну»?

– Мерси что-нибудь сказала о нас?

– Я же говорил, что она знает меня как облупленного.

– И о чем она догадалась?

– О том, что мы провели ночь вместе. В постели.

– А она молодец, – удивилась Исабель. – Должно быть, и сыщик прекрасный.

– Рад, что тебе она понравилась. Если о наших проделках узнают, она поведет дело вместо меня, – недовольно заметил Боксер.