Расплата
Шрифт:
— Ты… ты хотел бы увидеть его? — предложил Рен, бросив взгляд через плечо в сторону Ратиры.
Глаза мужчины широко распахнулись, и он безмолвно кивнул и перевел взгляд на меня. Я ответила ему слабой улыбкой, когда один из воинов Рена подошёл ближе.
— С тобой всё будет хорошо, — прошептала я, пока Рен поручал душе сопроводить Фиро в Пиралис, чтобы он смог увидеть брата.
Душа помогла мужчине подняться на ноги, прежде чем он склонил голову ко мне и коснулся лба тремя пальцами.
— Спасибо, миледи… Ваше величество.
Когда он скрылся
— Это было доброе дело.
Он нахмурился, глядя на наши переплетённые пальцы, и сжал мою ладонь.
— Его брат умолял о смерти, о том, чтобы быть освобождённым от вины за свою жизнь в армии Тифона…
— Как и многие здесь.
Рен вытер лицо рукавом и тяжело вздохнул, прежде чем притянуть меня к себе. Я охотно пошла в его объятия, вдыхая его запах, пока он устраивал мою голову у себя на груди. Здесь был мой дом. Здесь, в его руках, всё обретало смысл, и мир становился правильным. Даже сейчас его магия, наша магия, воздействовала на меня, заполняя трещины, оставленные до его воскрешения.
— Как ты? — спросила я, уткнувшись в его доспехи, пока он перебирал мои спутанные волосы.
— Я… устал, — ответил он, отстраняясь, чтобы заглянуть мне в глаза. Медленно он склонился, и наши лбы соприкоснулись. — И отчаянно хочу провести хотя бы миг наедине со своей женой.
Улыбка тронула уголки моих губ и отразилась на его лице. Его губы накрыли мои, и почувствовать, как он прижимает меня ближе, как тьма скользит вокруг нас и поглощает целиком, снова стало облегчением.
Перед нами возникла наша спальня, но я почти не обратила на неё внимания, когда он перенёс нас в купальню. Купель была наполнена горячей водой, чистый аромат перебивал едкий запах дыма и крови, приставший к нам на поле боя. Оружие, ремни и сапоги с грохотом падали на пол, пока мы освобождали друг друга от боевой кожи. Рен касался меня мягко, почти благоговейно, обводя линию ключиц, изгиб челюсти, впадину у горла. А затем его ладонь легла на ложбинку меж грудей, и сердце забилось прямо в его руку.
— Прекрасна, — прошептал он. — Моя прекрасная eshara.
Он помог нам опуститься в купель, плотно прижав крылья, и я вздрогнула от блаженного тепла, когда мы погрузились в воду. Рен сразу же усадил меня к себе на колени и, запустив пальцы в мои волосы, снова притянул мои губы к своим. Зубы задели нижнюю губу, язык требовательно скользнул вперёд, крадя дыхание. Я невольно застонала, когда его рот переместился к моей щеке, затем к линии челюсти, и он поцеловал место под ухом.
Было ошеломляюще снова ощущать его прикосновения после столь долгой разлуки. Ледяная пустота в груди длилась неделями, но казалось столетиями. Я не могла даже представить, каково было ему лишиться тела на всё это время, застрять в мире, над которым не властны ни время, ни пространство. Возможно, для него прошли целые тысячелетия.
— Ты ранена? — тихо спросил он, отстраняясь и ладонями исследуя каждый дюйм моей кожи.
Я покачала головой
— Моё сердце у тебя. — Это было не вопросом, но он всё же он вопросительно вскинул брови.
Я кивнула.
— Часть его, да.
Он тихо хмыкнул, мокрые кончики волос коснулись плеч, когда он склонил голову.
— А твоё у меня.
Глаза защипало.
— Да.
Улыбка Рена была ослепительной, когда его большие пальцы коснулись моего лица, и он снова накрыл мой рот своим. Его присутствие в этих покоях было похоже на глоток воздуха после долгого погружения, на первый глубокий вдох свободы.
— Я твой, — поклялся он, прижимаясь лбом к моему.
— А я твоя.
***
Впервые за долгое время мысль о том, чтобы лечь спать, не наполняла меня страхом. Не тогда, когда Рен обнял меня, откинул одеяло и уложил под него. И уж точно не тогда, когда он лёг следом, нахмурившись, неловко устраивая крылья.
— Это странно?
Он снова пошевелился, перекатываясь чуть больше на бок, чтобы полностью повернуться ко мне, и подпер голову рукой.
— Страннее, чем я надеялся.
Я нежно провела большим пальцем по складке между его бровей. Он поймал мою руку, перевернул её и поцеловал ладонь.
— Отдыхай, eshara.
Хотя я покачала головой, жадно скользя руками по плоскостям его груди, веки всё равно отяжелели от усталости. Его кончики пальцев прошлись вдоль моей челюсти, по лбу, мягко убеждая закрыть глаза.
— Я буду здесь, когда ты проснёшься, — пообещал он.
***
Мне показалось, что я открыла глаза всего через несколько мгновений, но бледный утренний свет уже скользил через окно, шторы так и не были задёрнуты. По моему животу и бедрам скользили руки. С губ сорвался тихий всхлип, когда твёрдая длина прижалась к моей спине.
— Рен, — простонала я, когда одна его рука скользнула между моих бёдер, и я выгнулась. Он ответил горячим стоном у основания моей шеи, зубами прикусив плечо. — Ты мне нужен. Не заставляй меня ждать.
Но когда он не взял то, что принадлежало ему, я повернулась в его объятиях. Его брови снова были нахмурены, и хотя его член упирался в меня, а головка уже блестела от свидетельства его желания, его руки все также бережно сжимали мою талию.
— Я не хочу причинить тебе боль, — выдохнул он, большим пальцем скользя под моей грудью.
Я провела рукой по его лицу и приподнялась, чтобы прижаться губами к его губам.
— Единственный способ причинить мне сейчас боль — это если ты остановишься.
Его глаза затрепетали и закрылись, и, прижав ещё один поцелуй к его челюсти, я провела линию по его сердцу, вниз по твёрдым мышцам живота, прежде чем обхватить рукой его обжигающую длину. Моё имя стало молитвой на его губах, когда я провела большим пальцем по щели, и его черные словно полночь глаза распахнулись, когда я поднесла его к губам, слизывая его вкус с кожи.