Рассказ Эльдорадо
Шрифт:
"Уж, не то ли животное, которое заключило меня в свои объятия ?"- подумалось мне в ту минуту и при мысли об этом, меня снова бросило в жар.
Но потихоньку я начал справляться со своими чувствами и занимать более хладнокровную позицию.
Наверное, такое происходит с каждым, кто хоть раз в своей жизни побывал в подобной ситуации. Конечно, это слабо меня утешало, но все же как-то поддерживало и давало силу для дальнейших действий.
Постояв немного и, наконец, решившись пойти в одну сторону, я сделал шаг вперед. И снова, словно из-под
Я обомлел, да так и застыл на своем ходу. Повернувшись, увидел снова улыбающиеся черты его лица и протянутую ко мне руку. Но на этот раз в ней было что-то такое, от которого мне ослепило глаза.
Я машинально прикрыл их рукой и, немного отведя взгляд, снова посмотрел. Животное исчезло, а на месте глубоких следов, проделанных им, лежало то, что меня вначале ослепило.
Я поднял это и внимательно изучил. Уж, не знаю как мне удалось в ту минуту сообразить, но я вдруг понял, что это и есть тот драгоценный камень, который искал погибший капитан.
Мне не приходилось ранее видеть подобное, но доводилось слышать в тех же тавернах о каких-то сказочных землях, где очень много такого камня, который дает людям богатство и, впоследствии, райскую жизнь.
Я недоуменно пожал плечами, пытаясь понять поведение этого неизвестного мне существа.
Зачем оно дало мне это? И как понимать настоящее его отсутствие, да и вообще, сближение со мной? Чего оно, собственно, хочет от меня? Может, я ему нужен зачем-то?
Эти вопросы как-то мигом выросли у меня в голове и заставили на некоторое время задуматься над моим, почти бедственным положением.
Я присел на траву и стал размышлять.
Что понадобилось здесь капитану? Золото? Да, очевидно, это. Конечно, он скрывал все от нас до самого последнего дня. Естественно, то же нужно и его команде, так как задаром никто бы не ходил по морю столь далеко.
Нас же взяли только потому, чтобы использовать как рабочую силу. А затем...? А, что затем? А затем, как говорят, концы в воду. Toeсть, нас в воду, чтобы никто не знал и не догадался. Да? Но откуда об этом месте знал капитан? 3начит, существующее поверье или болтовня вовсе не такие. Значит, кто-то знает об этом месте и видимо сообщил об этом капитану. Может, кто из команды?
Нет, вряд ли. Имело бы смысл так рисковать самому капитану. Значит, либо его кто-то нанял, либо он сам, разузнав об этом, отважился на такой далекий поход. Что ж, это более вероятно. Но, что делать теперь мне? Куда разбежались все остальные? Еще подумают на судне, что я не такой, как другие и что это я расправился с командиром?
Да нет, вряд ли. Другие же видели, что это не так. Значит, скажут. И соответственно - я не виновен. Но поверит ли помощник во всю эту историю с огненным шаром, да и как доказать теперь свою невиновность, если его тело уже погребено мною же. Значит, места для меня на корабле может и не найтись, если обо мне не позаботятся другие. Нужно найти их и рассказать о случившемся
Но вот, что интересно. Если я покажу им камень, то они тут же спросят, где я его достал и прикажут вести на то место и будут искать. Как же они тогда поступят с животным, если оно вдруг покажется снова, думая что и другие, как я? Может, захотят расправиться с ним, чтобы не мешало искать? Они ведь за этим сюда приехали. Да-а-а. Что-то не складно для меня получается. Все как-то однобоко. Да и животное жалко. Оно ведь вроде дружелюбно настроено, даже камень вон принесло...
Не зная, что предпринять, я осмотрелся по сторонам, вглядываясь в темную чащу впереди. Что-то меня привлекло в той стороне.
Неожиданно передо мною выскочило какое-то животное и бросилось туда, куда я смотрел. Спустя короткое время оно исчезло из виду, оставив после себя лишь неглубокий след.
Не знаю почему, но я встал и пошел в ту сторону, по дороге стараясь примечать местность и несколько опасливо осматривать отдельные участки, где вполне мог спрятаться кто угодно.
Надо сказать, что лопату, как единственное мое оружие, я на всякий случай прихватил с собой и теперь, гордо возвышая ее над собой, продвигался все ближе и ближе к чаще.
Наконец, я пересек более-менее открытую местность и оказался один на один с окружающей меня со всех сторон чащей.
Страх слегка пробежал по моему телу, но вскоре я освоился и потихоньку начал продвигаться дальше, иногда помогая себе лопатой разгребать встречные заросли.
Вокруг стояла глубокая тишина. Как-то странно было это наблюдать. Стоило начать какое-то движение - и вмиг все замирало. Наоборот же - оживало снова.
Наверное, в этом был какой-то смысл, и я все время пытался понять, почему так происходит.
Пробравшись на какую-то менее заросшую местность и опустившись на колени, чтобы напиться воды из небольшого, протекающего рядом ручья, я вдруг почувствовал чье-то таинственное присутствие.
Холодный озноб вновь пробежал у меня по спине, и я весь напрягся в ожидании какого-то нападения.
Но ничего подобного не случилось. Поэтому, попив воды, поспешил убраться отсюда подальше и зашагал вперед.
Внезапно передо мною, шагах в пяти, вновь выросла фигура того животного. Я остановился в неведении.
Оно подошло ближе и снова протянуло руку. На этот раз в ней лежал камень побольше и уже не сверкал как предыдущий, а только поблескивал в жалких лучах, пробивающегося сквозь темень листьев солнца.
Я взял этот камень прямо у него из руки и прижав его к сердцу, сказал:
– Спасибо. Угу, угу, - и закивал головой в знак своего согласия с его деятельностью.
– С-п-а-с-ь-и-б-о, - повторило негромко животное, при этом чудовищно открывая свой рот и шевеля в нем языком.