Рассказ Эльдорадо

Пилипенко Сергей Викторович

Даже листья перестали шевелиться и шуршать на небольшом ветру.

Жозеф снова в недоуменьи осмотрелся по сторонам, а через секунду продолжил:

– Вначале познакомимся, - и решительно шагнул навстречу новому и неизвестному.

Мы последовали за ним. Оказалось, что среди массы дикой растительности существуют и свои тропы.

Очевидно, по ним и передвигались животные, создавая тот, почти невероятный шум.

Природа снова отозвалась разноголосьем, но на этот раз оно отодвинулось дальше, вглубь

побережья и в сторону от нас самих.

– Они уходят, - довольно произнес капитан и потер почему-то ладони.

Но, как оказалось позже, это было только своеобразное отступление дикого мира в своем недоумении и непонимании действий вдруг нарушивших их покой существ.

Мы с трудом продвигались среди густой раскладистой растительности и поочередно выходили вперед, меняясь местами, друг с другом, дабы дать передохнуть ведущему.

Наконец, густосплетения начали понемногу редеть, и мы с удивлением обнаружили, что один вид растений уступает другому. Одни оставались позади, а впереди, словно мгновенно рождались, были совершенно другие.

Такого мне никогда не приходилось видеть. Это были настоящие чудеса.

Мы остановились на время, чтобы передохнуть. Природа уже почти совсем расступилась, и перед нашим взором открылась полупустынная местность.

– Странно,- произнес капитан, осматривая территорию и поглядывая назад, - такого я не видел нигде. А мне пришлось много бродить по морям в поисках драгоценных камней. И везде, где я побывал, такого не встречалось .

– А вам не кажется подозрительным, - вдруг что-то осенило меня сверху, - что наступила какая-то глухота. Даже птицы и те перестали петь.

Все мгновенно вслушались в окружающее. Почему-то начала нарастать внутри тревога.

– Будем продвигаться вперед,- решительно сказал Жозеф, направляясь по тропинке вглубь побережья.

Нам ничего не оставалось делать, как последовать за ним. Но, не пройдя и двадцати ярдов, он неожиданно остановился.

Что-то заставило его это сделать. Я это точно видел, но не мог понять что.

Наконец, я понял, что это располагается где-то вверху, судя по голове капитана и ее напряжению в одном направлении.

Я поднял глаза кверху, стараясь голову держать в нормальном положении. То, что я там увидел, завтавило меня невольно вздрогнуть.

 В небе парил небольшой огненный шар. Он спокойно приближался к голове капитана, словно пытаясь водрузиться на нее сверху.

 Мы остановились. Стояла тишина. Только небольшой треск и шипение издавал тот шар, опускаясь все ближе и ближе к человеку, стоявшему впереди нас всего лишь в нескольких шагах.

Все замерли. От напряжения у меня внутри словно что-то оборвалось, а волосы начали

подниматься вверх, становясь густой щетиной.

Шар сблизился с головой несчастного капитана. Раздался сухой щелчок, и потом почти мгновенно тело капитана судорожно забилось, а спустя секунду, рухнуло на землю, издав при этом лишь небольшой гулкий стон.

 Шар исчез.

Его словно и не было вовсе. Капитан лежал на земле и не подавал никаких признаков жизни. Никто не решался к нему подойти.

Набравшись смелости, я решил проверить: жив ли он еще!

Подойдя к нему вплотную, я присел возле тела и осмотрел глазами. Никаких ярко выраженных признаков я не обнаружил и прикоснулся к нему рукой, дабы нащупать пульс и проверить задуманное.

Что-то слегка ущипнуло меня и на этом все закончилось.

Жозеф был мертв. Лицо его выражало благотворное спокойствие, глаза были открыты и как-то очень устало смотрели прямо на меня.

Мне стало не по себе. Я приподнялся и отошел в сторону к ближайшему дереву. Затем, немного прийдя в себя, сообщил о гибели капитана всем остальным, и мы собрали небольшой совет.

Команда потеряла своего командира и в растерянности не знала, что предпринять. И здесь неожиданно мне пришла в голову мысль, что надо взять дальнейшее руководство на себя.

Но согласится ли с этим команда?

Этого я не знал. Но все же предложил свою помощь, выразив это несколько двусмысленно.

– Я думаю, что нет нужды бежать за его помощником, тем более, что мы прошли уже немало и возвращаться назад безрезультатно просто нет смысла. Можно и самим осмотреть местность. Как вы считаете?- и я с любопытством посмотрел в сторону членов команды судна.

Те, молча, переглянулись и, видимо решив для себя то же, сделали согласный кивок в мою сторону.

– Тогда остается еще один неразрешенный вопрос, - сказал я еще более скромно,- надо избрать старшего. Кто-то ведь должен руководить вместо капитана здесь среди нас. Как считаете?

И снова команда погрузилась в мимолетное размышление, но спустя довольно короткое время пришла к единому мнению, и один из них выразил их общее решение.

– Ты будешь возглавлять нас всех здесь, на этой территории. На судне мы будем подчиняться своему командиру.

– Согласен, - кратко и гордо ответил я, понимая, что вся ответственность теперь ложится на меня и это дает некоторое право обретения власти над остальными, - только давайте вначале решим, что делать с телом капитана? Нельзя же его так оставлять. Нужно похоронить. Но где? И как избежать излишней болтовни на судне? Могут и не поверить. Еще подумают, что это мы убили его.

Команда и мои спутники, услыхав такое, растерялись. И действительно было от чего. Никто кроме нас не видел этого, и тот же помощник может подумать, что все мы сговорились и, возможно, захотим убрать и его самого в дальнейшем.

Поэтому он мог и увести корабль отсюда, хотя это и рискованно.

Но любой моряк пожелает, что лучше умереть на судне, нежели остаться навеки в каком-то диком, неизведанном мире.

Посоветовавшись, решили пока ничего не сообщать помощнику и остаться на ночь здесь, на побережье.