Рассказы

Табукки Антонио

– Но я ни с кем не уславливался ни о каком месте.

– Тогда попытайтесь представить его себе.

– Уж лучше попытайтесь это сделать вы.

– Мне это нетрудно, я уже знаю эту историю. Хотел бы, чтоб и вы ее узнали.

– В таком случае расскажите ее мне.

– Я предпочел бы услышать ее от вас. Я же сказал вам, что мы играем в игру.

– Но у меня не получается.

– Согласен. Вернемся к началу. Предположим, что ваши руководители приказали вам сесть за руль автомобиля и отвезти убийцу консула на место преступления. Вы бы это сделали?

– В то время?

По лицу господина

в голубом пробежала тень раздражения.

– Господин Бабочка, - сказал он, - не заставляйте меня терять время, мы говорим именно о тех годах.

– В те годы да, - ответил с убежденностью человек с седыми волосами.
– В те годы я выполнил бы все, что бы мне ни приказали мои руководители.

– Даже стать шофером убийцы?

– Разумеется, - ответил человек с седыми волосами, - даже стать шофером убийцы, я пошел бы и на это ради правого дела.

– Я не сомневаюсь, что вы пошли бы на это, - сказал господин в голубом. А сейчас сделаем паузу. Мы заслужили небольшую выпивку.
– Он поднялся и направился к шкафу в глубине комнаты. Внутри шкафа был маленький холодильник, из которого он взял две бутылочки с апельсиновым соком и два стакана. Открыл бутылочки и поставил на стол.
– Сегодня ужасная жара, - сказал он, - не самый лучший день для работы, но придется потерпеть.
– Он сел и медленно выпил свой стакан. Потом закурил сигарету.
– Ваша деятельность проходит под открытым небом, - продолжил он, - должно быть, это замечательно - работать на свежем воздухе, если б вы знали, как я вам завидую.
– И, не ожидая ответа, добавил: И потом, жить в прекрасном местечке, рядом с морем, я всегда мечтал жить у моря. Может быть, сделаю это, когда выйду на пенсию. Да, кстати, что это была за машина?

Человек с седыми волосами недоуменно уставился на него.

– В каком смысле?
– спросил он.

– Как в каком смысле, господин Бабочка? Я спросил вас, что это была за машина.

– Какая машина?

– Машина, которую мы предположили.

– Вообще машина.

– Э-э, нет, вообще машин не бывает. Машины имеют марку, цвет, количество цилиндров. Есть машины и машины. Выберите одну из них.

– "Форд".

– Почему "форд"?

– Так.

– Нет-нет, - вздохнул господин в голубом, - эта мотивация неубедительна.

– Потому что "форд" легко открывается, в общем, потому, что для меня это проще.

– Что вы хотите этим сказать?

– Простите, но вы же не думаете, что я повез бы исполнителя на место преступления на своей машине или на машине, одолженной мне приятелем.

– Разумеется, нет.

– Следовательно, ее нужно было угнать. Поэтому я и подумал о "форде", мне легче всего открыть его, был бы перочинный нож.

– Прекрасно, господин Бабочка, я вижу, вы замечательно прониклись духом игры. Я очень рад вашей готовности сотрудничать. Значит, вы бы угнали "форд"?

– Да, я угнал бы его.

– И что это был за "форд"?

– "Таунус" серого цвета.

– Где бы вы его взяли?

– На проспекте Буэнос-Айреса.

– Отлично. А теперь постарайтесь описать мне весь тот день.

Человек с седыми волосами изобразил подобие улыбки, или это была гримаса.

– Если бы все, о чем мы говорили, имело место, моей вины в том не было бы, - сказал он, - виновны

были бы те, кто приказал мне сделать это.

– Разумеется, - ответил господин в голубом, - но об этом мы поговорим позже, сейчас вы мне расскажете о том дне.

– В конечном счете не было бы даже вины и того, кто применил оружие, продолжил человек с седыми волосами, словно не слыша слов собеседника, - он был бы только физическим исполнителем, вина на организаторах и вдохновителях преступления.

– Разумеется, - повторил терпеливо господин в голубом.
– Но об этом позже. Сейчас постарайтесь описать мне весь день целиком. Игра перешла в ваши руки, но я могу вмешаться всякий раз, когда пожелаю.
– Он закурил сигарету и положил ее на край пепельницы.
– Давайте, - сказал он, - начнем с самого утра.

– С вечера, - уточнил человек с седыми волосами.
– Я хочу сказать, с вечера предыдущего дня, потому что машины угоняются по вечерам, это намного удобнее.

– Хорошо, начнем с вечера.

– О самом вечере сказать нечего, был вечер как вечер. Мы поужинали в пиццерии, я и мой товарищ, который должен был стать исполнителем операции. Нам надо было договориться о времени встречи и других деталях.

Господин в голубом довольно улыбнулся.

– Так уже лучше, господин Бабочка, - сказал он, - вижу, вы уже начинаете пользоваться адекватной лексикой, мне даже не кажется, что вы импровизируете, словно вы не в первый раз рассказываете это.

– Нет, другому человеку я рассказываю это в первый раз, - пробормотал человек с седыми волосами.

– Ну уж себе-то, конечно, не в первый раз, я убежден, сюжет уже существовал в вас.

Человек с седыми волосами решительно покачал головой.

– Вовсе нет, - сказал он поспешно, - уверяю вас, что вообще ни о чем подобном не думал.

Господин в голубом открыл пачку сигарет и протянул ее человеку с седыми волосами:

– Попробуйте закурить и послушайте: мы играем в эту игру честно, не так ли, но, как и всякая игра, эта тоже имеет свои правила, и эти правила надо соблюдать. Не мы искали вас, это вы подали нам знак, и мы поняли, почему вы его нам подали, выражусь яснее, единственный повод для нашей встречи - это то, что вам хотелось бы рассказать эту замечательную историю во всех подробностях. Заметьте, мы проницательны, господин Бабочка, вы нас недооцениваете, мы намного хитрее вас, поэтому с нами лукавить не стоит, вам лучше вести себя, как если бы вы исповедовались, видите ли, нас не интересуют одни голые факты, не путайте нас с прагматиками, не знаю, понимаете ли вы смысл этого слова, нас интересует не только внешняя сторона случившегося, но и то, что происходит внутри, в головах людей. Игры между нами должны быть ясными. Ясность - это наша форма очищения.

Человек с седыми волосами закурил предложенную сигарету. Его рука слегка дрожала.

– Вы правы, я сам хотел рассказать об этой истории, - пробормотал он.

– Я был уверен в этом, - сухо откликнулся господин в голубом, - извините, что прервал вас. Вернемся к тому вечеру. Итак, пиццерия...

– Я очень нервничал в тот вечер, не мог даже есть. Мой товарищ, напротив, казался очень спокойным, у него был хороший аппетит, и он съел две пиццы с морскими моллюсками.

– У вас прекрасная память, - отметил господин в голубом.