Рассказы

Ибрагимов Ранис

– Что-то много загадок на сегодня.
– сказал Харлей, оглядываясь по сторонам.

– Смотрите!
– услышали мы голос профессора.
– Все эти вилки сделаны из серебра ...

– А эти приборы из чистого золота!
– воскликнул я, рассматривая посуду на столе.

– Ого! Хорош был ужин!
– добавил инспектор.
– Кто же тут пировал?

– Обратите внимание, - отвлек нас от стола профессор, - здесь в комнате светло, вроде бы от электрического освещения, а источника света нигде не видно. И его, действительно, нигде нет, иначе, как вы объясните

тот факт, что мы не отбрасываем тени?

И тут мы заметили, что наши тени, действительно, отсутствуют. Мы были потрясены этим открытием.

– Кстати, - заметил я, - судя по высоте стола и стульев, здешние обитатели были намного ниже нас.

– Профессор, - обратился к Гюнтеру инспектор, - вы половину своей жизни посвятили изучению пещер и всякого такого, у вас есть хоть какие-нибудь соображения на этот счет?

– Гм, - глубокомысленно кашлянул археолог, - пока рано делать выводы. Но вы правы, все это очень необычно.

– А это что такое?
– спросил я, показывая на странное сооружение в углу комнаты недалеко от стола.

На небольшой тумбе, сделанной из дерева, стоял высокий стеклянный колпак, внутри которого находился большой черный камень. Вокруг этого колпака в симметричном порядке располагались какой-то неизвестной породы камни. А на стене, над самой этой тумбой, были прикреплены странной формы часы с одним большим восьмиугольным циферблатом посередине и тремя маленькими, круглыми по краям. Причем, в отличие от обычных часов с двумя стрелками, у этих было по четыре.

– Интересная находка, - покачал головой профессор.
– На этот раз я, кажется, кое-что понял.

Мы с Харлеем тут же перестали смотреть по сторонам и теперь все наше внимание было обращено к профессору, а он между тем продолжал:

– Позвольте, Стивен, поздравить вас с уникальной находкой. Этот большой камень, под колпаком, я узнал сразу. Это камень очень редкой породы и вообще-это не совсем камеь. Это - тектит известный науке под названием Филиппинит. Вообще говоря, любые виды тектитов сейчас представляют большой интерес для науки, особенно - природа их возникнования. А Филиппинит - наиболее редко встречающийся из тектитов...

– Что такое тектиты?
– прервал я профессора.

– Тектиты, - принялся обьяснять ученый, - это такие соединения, которы содержат радиактивные изотопы, обладающие сравнительно небольшим периодом полураспада. Вопрос их возникновения представляет большую загадку. Например, в английском журнале "Nature", физик Юри полагает, что тектиты образовались из земных пород в результате столкновения Земли с головой кометы О'Кофи. Хотя существует много сторонников и внеземного происхождения тектитов. А эти камни, - при этих словах профессор показал нам на камни лежащие подле стеклянного колпака, - увы, мне не знакомы. Только некоторые. Этот, самый близкий от колпака, - тоже тектит и называется "Индошинит", а вот этот, рядом с ним - "Ливийское стекло". Остальные камни мне, к сожалению, не известны. Но вот что интересно, - при этом Гюнтер точь-в точь, как на лекции поднял указательный палец вверх, - обратите внимание на очень важную деталь, -

все эти камни расположены в порядке спутников Марса...

Мы с Харлеем были удивлены открытием Гюнтера и слушали его не перебивая. Между тем, профессор продолжал:

– Почти точные сведения о спутниках Марса были известны в виде легенд за много веков до их открытия Холлом в 1877 году. После этого, возникла гипотеза французского астронома Бейли о некогда существовавшем и давно исчезнувшем народе, обладавшем глубокими познаниями в области астрономии. Об этом упоминал известный астроном и математик Гаусс в 1819 году.

– Может быть здесь и живут потомки того народа?
– высказал предположение я.

– Все может быть, - сказал профессор, - но пока рано строить предположения. Лично для меня, многое представляется еще загадкой.

После этого, профессор попытался приподнять колпак, что бы лучше рассмотреть драгоценный камень, но колпак не поддавлся. Мы с Харлеем принялись помогать Гюнтеру, но проклятый колпак как-будто прилип к столу.

– Хорошо же, мы с тобой по-другому разделаемся, - выходя из себя пробормотал инспектор и в упор выпустил по колпаку пару патронов.

Каково же было наше удивление, когда и после этого, колпак преспокойно оставался стоять на месте.

– Вот черт!
– раздосадованно плюнул инспектор. Колдовство какое-то!

После короткого совещания, мы решили вернуться в Лондон и приехать сюда опять с необходимым оборудованием.

– Сейчас вряд ли, что у нас получится, - пояснил Харлей, да и возвращаться уже пора. На сегодня нам испытаний хватит.

Мы с профессором согласились и принялись выбираться наружу. Когда мы вылезли из холма, солнце уже стояло высоко в небе и был теплый день.

– Ну и засиделись же мы в этой норе!
– щурясь от солнца сказал Харлей.

Обратный путь прошел без приключений. Но, когда мы пришли к тому месту, где оставили вчера нашу машину, мы обнаружили, что ее нет.

– Угнали!
– воскликнул Гюнтер.

Недогодованию же инспектора не было предела.

– Ну и влетит же мне теперь от начальства, ведь это была казенная машина. Ну, попадись он мне только!
– и Харлей погрозил кулаком воображаемому грабителю.

До Лондона мы добрались на попутной машине и я сразу отправился в редакцию. Харлей поехал в участок писать рапорт, а Гюнтер решил выспаться до вечера в гостинице. Встретиться мы договорились на следущий день утром. Я и не предполагал, что уже через пару часов мы снова будем вместе, потрясенные еще больше, чем за всю ночь.

Когда я пришел в редакцию, первым делом я встретил своего шефа Клейна, который шел мне на встречу по коридору. Мне сразу же показалось, что в нем что-то изменилось, но рассмотреть мне не удолось. Еще больше меня удивило то, что Клейн, увидев меня, как-то странно на меня посмотрел.

– Привет, шеф!
– приветствовал я своего руководителя.
– Я тут привез неплохой материал, вас наверняка заинтересует ...

Но Клейн не дал мне договорить.

– Боже мой, Стивен, где ты пропадал? Что все это значит?