Рассказы
Шрифт:
— Так ты знаешь, кто убийца?!
— Нет, сэр, этого я не говорил. Я знаю лишь, кто несет ответственность за него, хотя, быть может, он и совершил его сам. Я никогда бы не подумал, что такое возможно, пока не вспомнил слова Монтеня: «Страсти, подавляемые современной цивилизацией, вдвойне опасны, если их пробудить». Причем, заметьте, это сказано почти четыре столетия назад.
— Но погоди-ка, Дэн, как же ты догадался?.. Скажи, кто это?
Однако об этом молодой человек умолчал, сказав, что может ошибаться и что в его распоряжении пока не имеется
— Нам во что бы то ни стало нужно сделать одну вещь, — заключил молодой человек, — а именно — найти Патрика Каммингса. Сделать это будет не просто, ибо теперь стало совершенно очевидно, что он скрывается. Если, конечно, с ним не произошло чего-нибудь более страшного. Я пытался раздобыть его фотографию, но мне так и не удалось найти ни одной.
— Надо подключить к его поискам полицию, — предложил мистер Лег.
— Да, сэр, — согласился Дэн, при этом в глазах его промелькнуло какое-то странное выражение. — Как раз об этом я и хотел вас попросить. Не могли бы вы сходить к комиссару Хэммелу, раз уж так хорошо с ним знакомы?
— Разумеется, схожу, — сказал адвокат. — Даже прямо сейчас пойду.
А через десять минут он уже ехал в такси в сторону полицейского управления. В кармане его лежал полученный от Дэна свернутый вчетверо листок с напечатанным на машинке подробным описанием внешности Патрика Каммингса.
На этот раз полицейский комиссар оказался на месте, и, будучи не кем иным, как Сайми Легом, старинным приятелем Дика Хэммела (дружба эта длилась еще со времен колледжа), адвокат был приглашен пройти в кабинет на зависть другим собравшимся в приемной людям, ожидавшим здесь кто по десять минут, а кто уже по три часа.
Комиссар полиции Ричард Хэммел был высоким, хорошо сложенным мужчиной средних лет, с красиво посаженной головой и проницательными, циничными глазами. Он имел хорошие связи в обществе, так как происходил из старинной родовитой нью-йоркской семьи, славившейся своими заслугами перед городом уже в течение целого столетия.
— Здравствуй, Сайми! — сказал он, поднимаясь навстречу вошедшему мистеру Легу и протягивая ему руку. — Ты в наших краях — это что-то новенькое!
— Привет, Дик! — Гость пожал хозяину руку. — Да, но ты же помнишь, что в таких случаях обычно говорит Девери?
Минут десять они просто болтали, прежде чем адвокат перешел к цели своего визита. Потом, достав из кармана листок Дэна с описанием внешности исчезнувшего швейцара, он объяснил комиссару обстоятельства дела и попросил объявить розыск пропавшего по всей стране.
Комиссар Хэммел ответил не сразу. Казалось, он старательно изучает оказавшийся в его руке карандаш — потому что все еще продолжал задумчиво рассматривать его, когда мистер Лег закончил. Наконец он повернулся к гостю.
— Сайми, — медленно проговорил он, — мне очень жаль, но я не могу сделать этого.
— Почему? —
— Все совсем не так. — Комиссар нахмурился. — Наша профессиональная солидарность простирается не настолько далеко, чтобы осудить человека за убийство, которого он не совершал. Только в случае с Маунтом все обстоит иначе — он виновен. — Он задумчиво посмотрел на гостя. — Будь на твоем месте кто-нибудь другой, Сайми, я бы и разговаривать не стал, но с тобой могу быть откровенным. Конечно же Маунт виновен, и этому есть вполне убедительные доказательства.
Во всяком случае, они доказывают его вину. И ты это хорошо знаешь, только почему-то думаешь, что этот Каммингс мог бы пролить на дело новый свет. Ну что ж, ты прав — наверное, мог бы.
Комиссар помолчал и прочистил горло, потом продолжил:
— Если бы Каммингс нашелся и дал показания, в этом деле мог бы всплыть кто-то еще. Я не знаю кто.
Нет, и вправду не знаю, Сайми. Но этот кто-то имеет вес в высоких кругах — потому что нам намекнули, что Каммингс не должен быть найден. Теперь попробуй сам оценить ситуацию. К чему раздувать скандал, который никому не принесет пользы?
Некоторое время они молчали. Наконец, задумчиво глядя в пол, мистер Лег проговорил:
— Конечно, Дик, я так же, как и ты, не люблю скандалов, особенно если они бьют по моим друзьям. Но во-первых, если уж на то пошло, этот неизвестный «кто-то» — вовсе не мой друг, а все эти детективные штучки вызывают у меня восхищение, только когда я читаю о них в романах. А во-вторых, с чего ты взял, что это никому не принесет пользы?
— Но послушай, Сайми, ты же прекрасно знаешь, что Маунт виновен, — с улыбкой проговорил комиссар.
— Ничего подобного, — возразил адвокат. — Я как раз считаю его невиновным. И Дэн… то есть детектив, которого я нанял, — тоже. Говорю же тебе, Дик, разразится скандал или нет, но Каммингс должен быть найден.
— В таком случае он должен быть найден без помощи полиции, — решительно заключил комиссар.
— Но, Дик!..
— Нет, нет и еще раз нет! Один мой хороший друг, имеющий солидный вес в обществе, попросил меня держаться в стороне от этого дела. Я не знаю, от чьего имени он говорил, — этого он мне не сообщал, — но поскольку виновный в этом деле явно имеется…
— Говорю же тебе, он невиновен! — повторил мистер Лег и, поднявшись со стула, надел шляпу. Впервые за пять лет он вдруг почувствовал, что теряет терпение.
— Не будь ослом, Сайми! — бросил в ответ комиссар.
— Вот как? — Мистер Лег уже не сдерживался. — Я покажу тебе, Дик Хэммел, кто на самом деле осел!
И запомни, пожалуйста, одну вещь: Патрик Каммингс обязательно найдется, раз уж я вынужден взяться за его поиски сам!
И, высказав эту страшную угрозу, должную сотрясти стены комиссарского кабинета, он удалился.