Расул
Шрифт:
— Я рада, что ты в порядке.
Обнимать Расула было таким… правильным. До боли привычным и правильным действием, что я зажмурилась, только бы не расплакаться от странных, нахлынувших на меня чувств. Сложилось впечатление, что именно так все и должно было быть. Только так и никак иначе. Не должно было быть стольких лет разлуки, не должно было быть никакого Андрея. Только я и Хасаев, в тишине и только вдвоем…
— А поехали ко мне…
— Что? — Я не сразу поняла, о чем вообще говорит Расул.
— Жить. Переезжай ко мне…
Я застыла в его руках, не смея ни отстраниться, ни
— Лиля…
Видимо, молчала я долго и упорно, и Хасаев, не выдержав, отстранился от меня первым, чтобы иметь возможность взглянуть в глаза, найти в них безмолвный ответ.
— Не хочешь?
— Я… это очень неожиданно… — Я тряхнула головой, словно это могло хоть как-то помочь, а затем нахмурилась. — Кто мы друг другу? — Наверное, этот вопрос был самым важным, и знай я на него ответ, я бы точно могла сказать Расулу либо «да», либо «нет».
— Ты так хочешь затеять этот разговор прямо сейчас?
— С учетом того, что ты только что предложил, да.
— Понятно. — Расул отстранился, а я вдруг почувствовала холод, стало неуютно, но я не подала вида.
— А чего ты хотел? Если бы мы были давно устоявшейся парой, у которой давно к этому шло, я бы сказала, разумеется, давай жить вместе и на этом вопрос был бы исчерпан. У нас же с тобой… я даже не знаю, как назвать то, что происходит у нас с тобой, понимаешь? Мы друг другу коллеги, враги, друзья, любовники или просто бывшие одноклассники? В качестве кого я поеду сейчас жить с тобой в твой дом?
— Женщины… — выдохнул Хасаев, качая головой. Мол, все-то вы любите усложнять. Но разве я могла по другому? Кто бы на моем месте поступил иначе?
— Не можешь ответить? — Я скрестила руки на груди и нахмурилась, оглядывая старого знакомого осуждающим взглядом.
— Нет, не могу. — Расул пожал плечами. — Но если ты переедешь ко мне, то рано или поздно мы определимся, кем являемся друг для друга.
— А позвать на свидание?
— Да что ты заладила с этим свиданием, я предлагаю тебе жить вместе, это серьезнее! Это намного больше показывает мое отношение к тебе, чем таскание тебя по театрам и дарение букетов. Но если ты хочешь, ок, мы сходим в в театр и завалю тебя цветами, — устало выдохнул Хасаев. Так, словно боролся со мной уже очень и очень давно.
— Ты же говорил, что не веришь в искренность моих намерений… Ты думал, что я манипулирую тобой, пользуюсь… Как ты собираешься проверять это, позвав меня жить у себя? Или хочешь просто затащить в постель, а затем найти идиотский повод и вышвырнуть меня из своей жизни? Так? Этого ты добиваешься? Наверняка думаешь, отомстить, ведь так? Влюбить меня в себя, как когда-то ты влюбился в меня, а затем послать к чертям и вычеркнуть из своей жизни?
— Господи, женщина, что ты несешь? — Кажется, Расул обалдел от моих предположений.
— Ну уж нет. Я больше не буду зависимой от мужчин. Неважно, кем они мне приходятся, — зло прошипела я. — Хочешь меня в качестве… не знаю, девушки, так сделай так, чтобы у нас сначала сложились хоть какие-то отношения, дай узнать себя нового, потому что я совершенно не понимаю тебя! То ты помогаешь, то хочешь отомстить, то пропадаешь и игнорируешь меня неделями, а то предлагаешь жить вместе! Я уже не
— Да лучше б я вообще не приходил! — рассерженно выдал Хасаев.
— Ах, вот, значит, как! Так мы будем жить в твоем дивном новом мире?! Чуть что и лучше бы я этого не делал?! Да кому вообще понравится такое?!
— Все, я пошел!
— Что?! — взревела я, бросаясь следом за Расулом. — Убегаешь от разговора?!
— Я лучше вернуть на долбанное минное поле, чем буду находиться рядом с рассерженной и неудовлетворенной женщиной!
— Я, значит, еще и не удовлетворена?! — Кажется, я перешла на ультразвук, потому что уже у самой входной двери Хасаев поморщился. — Ну и отлично! Вали, а я найду с кем удовлетвориться!
Зря, определенно зря я это сказала. Расул тут же повернулся ко мне, выражение его лица приняло какой-то хищный оскал, он резко притянул меня к себе и больно сжал в свободной руке. Удивительно, но даже с учетом того, что другая у него была загипсована, вырваться мне не удалось. При любом раскладе эта сволочь была сильнее меня. Я смогла только затравленно на него посмотреть и ударить кулаком в грудь.
— Веришь или нет, детка, но я тоже тебя плохо понимаю, — прорычал он. — То ты не хочешь со мной спать, то стонешь в моих объятиях так, что порно-актрисы позавидуют, то я тебе нужен, видите ли, задел своим игнором, то, когда дело доходит до чего-то важного, я не понимаю к чему все идет, мы должны все обсудить! — он передразнил меня, заставляя зло выдохнуть и сощуриться. Гадина! — Определись уже, наконец, чего ты хочешь!
— Мы говорим о разных вещах! Я за то, чтобы все развивалось постепенно, как у нормальных людей!
— Ты живешь по законам американских сериалов и строишь из себя дурочку!
— Вовсе нет, просто ты…
— Решай уже, либо да, либо нет. А то, если вдруг что, я тоже найду с кем удовлетвориться, — зло выдал Расул.
— Вот же ж… сволочь! Ты сволочь, Хасаев!
— А, к черту! Чего я вообще с тобой разговариваю? — Я думала, что он отпустит меня после этих слов и громко хлопнет дверью за собой, а на деле… что ж, я ведь уже говорила о том, что совершенно не знала нового Расула? Я была права, потому что он сделал то, чего я совершенно не ожидала — взвалил меня себе на плечо, будто какой-то дикарь и понес сначала в холл лестничной площадки, а затем и к выходу из дома. И все это делая вид, что он не слышит моих возмущений. Совсем.
Глава 7
Это сработало. То, что сделал Хасаев. Неожиданно, странно, но это оказалось намного более действенным, чем все наши попытки поговорить с ним, выяснить что-то, что были до моего переезда. После того, как Расул просто взял и сделал, а точнее, унес к себе домой, словно свежепойманную добычу, выбора у меня не осталось. Благо, что уже на следующий вечер он согласился съездить обратно ко мне на квартиру и забрать вещи. Жаль, конечно, было терять залог за студию, что я сняла, однако в качестве небольшой компенсации владелец вернул мне оплату, произведенную за месяц вперед. Почему-то только после разговоров с Расулом.