Рай
Шрифт:
Повернув очередной раз за угол, Райан как будто перенёсся на несколько лет назад.
Архитектура в старой части города сохранилась в первозданном виде. Здесь не было высоток с зеркальными стенами, чёрных, бликующих в свете фар фасадов и современных, непонятных Райану произведений уличного искусства.
По обе стороны от дороги располагались небольшие, высотой всего в пять-шесть этажей, здания, построенные из камня. Витиеватая резьба украшала стены, крыши в свете старых уличных фонарей отсвечивали красной черепицей.
От старого города остался всего один квартал из десяти домов по одной стороне и девяти по другую сторону.
Пройдя первые два дома, Райан огляделся по сторонам и осторожно начал подниматься по ступенькам, почти развалившимся от времени и сезонной непогоды. Оступившись, Райан почувствовал, как старый цемент крошится под его ногой, и быстро перепрыгнул выше. Не оглядываясь назад, он слышал, как шуршат мелкие камешки, скатываясь вниз по ступенькам.
Поднявшись к большой кованой двери, Райан наклонился и поискал в выемке стены ключ. Аккуратно и с усилием открыв тяжёлую заржавевшую дверь, Райан вошёл в дом.
Внутри было темно. Свет от старых тусклых фонарей блокировали мутные грязные окна. Потянув носом воздух, Райан почувствовал, как его ноздри затрепетали от непривычного запаха приближающейся смерти, какой бывает только в заброшенных домах и квартирах стариков, в которых ему приходилось бывать в детстве.
Пройдя несколько шагов, Райан оказался в одной из квартир. Обстановка была ему знакома, поэтому он даже без света точными шагами прошёл до большого кресла и опустился в него, стараясь не шевелиться, чтобы не разрушить хоть и добротное, но довольно древнее сооружение. Кресло было повёрнуто к окну, и Райан сквозь разводы на стекле мог видеть тёмную улицу, ряд тусклых фонарей и черные покачивающиеся ветви, напоминавшие скрюченные старушечьи пальцы. Только в этой части города и ещё в городском парке можно было увидеть деревья.
Райан закрыл глаза и представил, каково это было – жить в таком доме. Приходить с работы уставшим, но довольным, принимать горячий душ, поёживаясь от дуновения воздуха по распаренному телу, кутаться в мягкий халат. Он как будто слышал звуки, доносящиеся с кухни, – жена готовила ужин. Он даже чувствовал запахи, тонким ароматом расходившиеся по всей квартире. Он по памяти проходил все комнаты этой небольшой квартиры, заходил в детскую и представлял двух мальчиков, играющих на полу. Завидев отца, они с криками кидались на него и висли по обе стороны. Сзади подходила жена и обнимала всех троих своими тёплыми руками, испачканными мукой и пахнущими свежими дрожжами.
От увиденной в его воображении картины Райан рассмеялся глухим смехом, который разнёсся эхом в полупустой квартире. Мужчина вздрогнул и открыл глаза.
Перед ним было грязное окно и расплывчатые очертания фонарей.
Взглянув на часы, Райан заторопился уйти.
Выходя
Райан узнал про этот дом, когда старый владелец земли ещё планировал восстановить район и приглашал низкооплачиваемую силу для того, чтобы вынести все непригодные вещи на свалку. Райан и ещё несколько таких же, как он, меченых мужчин, трудились то ли семь, то ли восемь недель, пытаясь очистить дома от старых поломанных и истлевших от времени вещей.
Тогда-то Райан и натолкнулся на эту квартиру, которая была заперта на замок, а потому почти не тронута ворами и временем.
Когда работы было решено остановить, Райан спрятал ключ от дома в надежде ещё вернуться сюда.
С тех пор он, как только выпадала возможность, приходил в старый квартал и представлял, что у него самая обычная жизнь – дети, работа и запах свежих дрожжей на руках жены.
Выйдя из старого квартала, Райан чуть не попал под машину – разум его ещё пребывал в мечтах. Машина взяла резко влево, стараясь уйти от столкновения с неразумным пешеходом, и завиляла по дороге. Окно со стороны водителя открылось, и из него показалась рука с вытянутым вверх средним пальцем под сопровождение отборного мата.
Райан приложил правую руку к груди и наклонился, выражая своё сожаление о происшедшем. Распрямившись, он посмотрел на небо и улыбнулся одной стороной рта, отчего от уголка губ побежали морщинки.
Перед высоким железным забором Райан оказался без пятнадцати десять, поэтому не стал останавливаться для разговора с охранником, а только приветливо помахал ему рукой, пожал плечами и постучал по часам.
Вбежав на этаж, Райан, едва дыша, ввалился в свою квартиру и опустился на пол. Он даже не успел отдышаться, как заработал прибор, висящий на стене у двери.
Отчитавшись о своём присутствии в квартире, Райан закрыл дверь на замок, заглянул в единственную комнату, чтобы убедиться в том, что никто не забежал на огонёк, и отправился в душ.
Спустя пару минут он, покрытый пупырышками от ледяной воды, прошлёпал в комнату, оставляя за собой мокрые следы. Там, обтёршись потрёпанным полотенцем, Райан надел чистое бельё и завалился на диван. Взглянув вверх, он увидел разводы плесени и сразу же почувствовал её частицы у себя на щеках.
Быстро вскочив, растирая обеими руками лицо, Райан прошёл на кухню и сел на единственный колченогий стул. Водя пальцем по порезам, оставленным на выцветшей клеёнке, Райан думал о старом доме, о детях и о запахе свежих дрожжей. Он знал, что это чувство опустошения пройдёт, как только займётся новый день, но сейчас, когда ещё свежи воспоминания о картинах, нарисованных его воображением, он чувствовал раздражение и одиночество.
Вскочив со стула, который предательски скрипнул, грозя вот-вот развалиться, Райан прошёл в ванную и начал рыться в карманах джинсов. Найдя там респиратор и перчатки, он заботливо расправил их, повертел во все стороны, а потом подставил под ледяную воду, пытаясь очистить от асфальтовой пыли.
Разложив своё скудное богатство на краю раковины, Райан залез в другой карман джинсов и достал несколько мелких купюр, полученных от молодой девушки с пухлыми губами и большим носом.
Пересчитав купюры, Райан сложил их пополам, потом залез под ванну, вынул самую дальнюю плитку из стены и положил деньги в тайник.