Райский уголок

Симмонс Сюзанна

Какими бы ни были планы Тони на ближайшее время, ему придется подождать. У Мегс на него были свои собственные виды.

Они помедлили на заросшей травой тропинке, и Тони налил ей еще немного бренди.

Мегс выпила все содержимое бокала одним залпом.

— Потягивай его, дорогая, — наставлял он. — Прижми жидкость на мгновение к нёбу и вдыхай аромат, прежде чем проглотить. Это одно из самых лучших бренди. Оно стоит целое состояние и предназначено для услады гурманов.

Мегс похотливо засмеялась и неверным жестом показала

в его сторону хрустальным бокалом.

— Вспомни эти слова позже, недостойный Тони Сент-Сир. «Прижми его к нёбу и вдыхай аромат». — Она снова рассмеялась. — Оно предназначено для того, чтобы его потягивали. Оно предназначено для того, чтобы им наслаждались.

— Ты пьяна, — процедил он.

— Нет. Просто немного в приподнятом настроении.

— Ну что ж, сегодня ты действительно в редком для тебя настроении, — заметил он, прогуливаясь по тропинке, которая вела вниз, к морю. Справа от нее находился гараж и площадка для парковки.

— Подозрительно, — сказала Мегс, принюхиваясь.

Тони насторожился:

— А ты права, старушка Мегс.

— Конечно же, я права. — Она замахнулась на него, но промахнулась. — И не зови меня старушкой.

— Извини.

— Я говорю не о морском воздухе. Я о Джейн Беннет и Джейке Холлистере.

— Пожалуйста, не надо снова вспоминать о них.

— Да, снова о них. Сегодня они устроили представление специально и только для нас, — заявила она.

— Не заметил ничего необычного, за исключением того, что мужчина ужасно скучен со своими рассказами обо всей этой ерунде с погружением. А когда она пустилась расписывать невероятные чудеса природы, которые он показывал ей, я едва не задремал.

Мегс издала звук, напоминавший не то хихиканье, не то стон, изловчившись, чтобы схватить Тони за промежность.

— Могу вообразить, какого рода природные чудеса показывал Джейк Холлистер нашей крошке Беннет! А ты?

— Понятное дело, — согласился он, хватая ее за руку, насильно удерживая, прижимая ее ладонь к своей плоти, позволяя, нет, настаивая на том, чтобы она почувствовала так быстро происходящие физические изменения в его теле. — Давай займемся этим прямо здесь! — пробормотал он, часто и тяжело дыша, прижимая ее к стене гаража.

— Нет. Не здесь, — она кивнула головой в сторону, — внутри.

Тони нахмурился.

— Внутри чего? Гаража?

— Не просто внутри гаража. Внутри «роллс-ройса». — Опьяневшая Мегс засмеялась и призналась ему: — Я всегда хотела заняться этим в «роллс-ройсе».

Они спрятали бокалы за грудой валунов, а драгоценную бутылку прихватили с собой. Они забрались на заднее сиденье «роллса» и на мгновение притихли.

— Он даже пахнет по-другому, — заметила Мегс, вдыхая величественный запах старинного аристократического автомобиля. — Здесь совсем по-другому себя чувствуешь, — заявила она, поглаживая мягкие кожаные сиденья.

— Как скажешь, дорогая, — соглашался Тони, сделав

глоток бренди прямо из бутылки, прежде чем поставить ее в сторону и неуклюже двинуться к Мегс.

Молния платья от модного кутюрье быстро и легко поползла вниз, минуя ямочку в основании ее позвоночника, показывая округлые и плотные бока. Платье упало ниже талии Мегс, открывая совершенно обнаженное тело.

Ни ниточки.

Тони принялся безжалостно поддразнивать ее. С притворным неодобрением он поцокал языком.

— Нет даже лифчика, моя дорогая. Нет трусиков. Нет чулок.

Мегс надула свои хорошенькие красные губки:

— Я думала, они просто будут мешаться на дороге.

— Мешаться на чьей дороге? — улыбнулся Тони и показал все свои зубы.

— Мешаться на твоей дороге, — объявила она. Он решил поверить ей. Возможно, из-за того, что это не шло вразрез с его собственными интересами.

— Это настоящий камень? — спросил Тони, обводя языком большой зеленый драгоценный камень, который на цепочке болтался между обнаженными грудями Мегс.

Уже не первый раз он задавал ей именно этот вопрос об этом именно предмете из ее драгоценностей. Не первый и не последний.

Ее дыхание вырывалось короткими, маленькими рывками ожидания.

— Конечно же.

— Что это? Изумруд?

— Да. Изумруд.

Тони облизал драгоценный камень, обслюнявив его своим языком. Затем он зажал его между губами, сложив их вокруг изумруда, пососал во рту и подергал за цепочку.

— Будь осторожен, дорогой. — Мегс рассмеялась похотливым смехом. — Ты ведь не хочешь порвать цепочку и проглотить его целиком.

— Не проглочу.

Тони потянулся за бутылкой бренди. Он сделал глоток и задержал жидкость на мгновение во рту. Затем снова занялся изумрудом.

— Эй, а как же я? — с легким недовольством осведомилась Мегс.

Не проглотив ни капли дорогого бренди, Тони Сент-Сир открыл рот и добавил один из ее сосков к этой эротичной смеси.

Твердый зеленый камень, крепкое бренди и ее возбужденный сосок — все это одновременно смешалось у него во рту.

— О Боже мой, Тони.

Тони проглотил бренди, отпустил изумруд, а вместе с ним и ее грудь.

Но только на одно мгновение.

Он проделал то же самое, отхлебнув еще бренди; снова у него во рту смешались изумруд и другой ее возбужденный сосок.

— Тебе это нравится, да? — спросил он наконец.

— Да. — Мегс прерывисто дышала. — О да.

Он проделывал это снова и снова. Странное, дразнящее ощущение драгоценного камня, зубов, языка и губ Тони делало ее дикой, делало ее безумной, доводило ее до края.

Она почувствовала приближение экстаза.

Тони ощутил то же самое, сотрясаясь всем телом, чувствуя дрожь возбуждения от головы до кончиков пальцев на ногах.

Он засмеялся и сел, на мгновение отпуская ее. Потянувшись, он сжал зеленый камень в своей руке.