Райское Местечко
Шрифт:
Я понимал, что все это может означать. Гибель, причем достаточно быстрая, цивилизации земного уровня означала присутствие в Галактике опасного и беспощадного врага. И вопрос только в том, где и когда мы с ним столкнемся. И будем ли готовы к этой встрече.
Мелисса продолжала:
– Конечно, сейчас мы направляем все усилия человечества на повышение безопасности нашего существования. Мы всерьез начали готовиться к неизбежной войне. Но с кем и с чем мы столкнемся? К чему готовиться? И сколько времени у нас в запасе? Месяц? Год? Тысяча лет? И тот ли это враг, которого мы видим в своих видениях?
То, что я услышал,
Мелисса вздохнула и опять заговорила:
– Безусловно, подготовка к грядущей войне – это главное. Но есть и другие проекты, которые жизненно важны для Земли, и проблемы, которые не терпят отлагательства. И предстоящая нам операция на Корнезо – из их числа. Давай не будем сейчас думать о бедах, которые то ли случатся, то ли нет, а займемся делами сегодняшнего дня.
Я решил последовать совету Мелиссы и не тревожиться понапрасну о том, что, может, вообще никогда не произойдет. Тем более что я никак не мог повлиять на ход мировых событий.
Мелисса наконец отключилась от пульта управления флаером, и тонкие «усики» втянулись обратно в ее руку. Мы выбрались из флаера и на лифте поднялись на шестой уровень.
– На этом уровне мой коттедж, и тебе я приготовила домик здесь же.
Из лифта мы попали в просторный светлый холл, отделанный белым мрамором. Три широких коридора расходились в разные стороны.
– Вот этот коридор ведет в мой коттедж,- сказала Мелисса,- а сюда – к тебе. Располагайся, отдыхай, обедать будем примерно через час.
Коридор был довольно коротким и заканчивался дверью, открывающейся в холл коттеджа, который частично находился внутри горы. Мне показалось, что лифт, которым мы поднялись, и мраморный холл находились за пределами крейсера, а вот коттедж Мелиссы имел, наверное, вход внутрь корпуса.
Я обошел свое временное пристанище. Большой холл, соединенный широким проемом с гостиной, выходящей на террасу, и спальня-кабинет с двумя дверями в какие-то помещения. Одна дверь открывалась в ванную комнату с небольшим окном, за которым росли кусты на склоне горы. Другая дверь вела в темное помещение без окон. Когда я зажег свет, оказалось, что это – гардеробная со шкафами, стеллажами, вешалками, зеркалами и камерами чистки и стирки. Шкафы и стеллажи были заполнены комплектами мужской одежды, обуви и белья. Размер был мой.
Похоже, Мелисса была уверена, что я пройду сегодня все испытания и появлюсь в этом коттедже. Меня охватило какое-то странное чувство, названия которому я не знал. С одной стороны, мне было приятно, что она верила в меня, заботилась о моем удобстве и готовилась к моему приезду. А с другой стороны, почему-то было грустно, и сжалось сердце, и холодный клинок в груди напомнил
Я покинул гардеробную и продолжил осмотр. Из холла можно было попасть на кухню, оборудованную по всем правилам, со шкафами и холодильниками, заполненными всеми мыслимыми видами продуктов. С такой кухней можно было провести в осаде не один месяц или принять гостей, десятка два приятелей-сослуживцев.
Я еще немного побродил по комнатам и понял, что мне здесь очень нравится. Если бы я сам устраивал свое жилище, то сделал бы все именно так. Широкие окна распахивались в парк, и между деревьями далеко внизу был виден океан. С террасы ступени спускались на большую площадку, выложенную гранитом и окруженную цветущими кустами жасмина, волны аромата которого сменялись свежим морским дуновением. Под кустами жасмина стояли две деревянные скамейки, а на площадке у небольшого фонтанчика – плетеные кресла с подушками и устойчивый плетеный столик.
В комнатах распахнутые окна прикрывали светлые легкие занавески, которые шевелил ветерок, а раздвинутые шторы были темными и тяжелыми, что позволяло при желании отгородиться от внешнего мира, зажечь вечером настольную лампу и почувствовать себя вне времени и пространства.
Мебели было немного, но диваны и кресла были удобными, а во всех комнатах на столиках или полках в простых вазах стояли цветы. Сначала я удивился тому, что обстановка выглядит очень скромно, особенно в свете тех сведений о состоянии селферов, которые мне только что сообщила Мелисса. Мне довелось бывать у многих своих знакомых в роскошных особняках и помпезных апартаментах, не чета этому жилищу. Но через несколько минут я осознал, что чувствую себя в этих незатейливо обставленных помещениях исключительно удобно и уютно. Это был дом для жизни, причем для жизни очень комфортной. Все было рассчитано до мелочей: размеры и расстановка, формы и расцветка, углы и наклоны, высоты и расстояния, мягкость и фактура, структура и твердость. Дом был гармоничен и радовал все органы чувств человека. Из этого дома не хотелось уходить. Пожалуй, я попал в совершенный дом.
Здесь не было никаких безделушек, только в гостиной на полке лежали большая морская раковина с семью «рогами» и марсианский «пушистый» камень, а на стене над диваном висели две картины в черных деревянных рамах. Похоже, это были единственные «предметы роскоши» во всем коттедже. Но когда я рассмотрел картины, то понял, что ценность картин превышает стоимость нескольких коттеджей, даже таких совершенных. И так просто повесить эти картины на стене в гостевом домике может позволить себе действительно только самый богатый человек планеты.
Я был уверен, что эти две картины – неизвестные миру работы Ольги Маковской из знаменитой серии «Вид из окна», причем не отдельные картины, а диптих. Во всей серии композиция картин всегда была совершенно одинакова: из распахнутого наружу двустворчатого окна с широким подоконником, на котором лежат различные предметы, открывается вид сверху, с высоты нескольких этажей, на некий пейзаж. Отличаются же картины серии видами из окна и натюрмортами на подоконнике.
На картинах, которые висели в гостиной, был изображен вид из окна – пейзаж одной и той же местности: между невысокими холмами были переброшены низкие каменные мосты с короткими пролетами между массивными быками, а вдали на холме стоял небольшой замок с башенками.