Раз - невезенье, два - везенье...
Шрифт:
– Мириан! Пеллия! Мы в Саларской Империи. Если хотите, можете поехать к себе домой.
Насколько мне помнится, девушки из одного небольшого городка поблизости от таласской границы. Не знаю, можно ли оправдать их родителей, что они продали своих детей в рабство. Может, не было у них другого выхода. И расспрашивать не буду, чтобы не теребить души красавиц. Пусть успокоятся.
– Милорд, не гоните нас, пожалуйста! Мы хотим остаться с Вами!
И обе заплакали. Еле успокоил.
– Салаир, ты домой хочешь?
– Да, милорд! Сестрёнку Саламик хочу видеть. Она же ещё маленькая. Мать, наверное, очень переживает. Брата хочу видеть. Он уже взрослый. Отец, конечно, сильный, но ему тоже может быть плохо. Очень хочу!
– Поедем, Салаир, поедем. Вот выздоровею, тогда и поедем. А пока напишем письмо!
Тут, оказывается,
Людьми Щирака оказались знакомый мне уже Сулим, лет тридцати, среднего роста, с литой фигурой и сильными руками, опытный воин, и молодой парень, худошавый, высокий.
– Сэр Коста, позвольте представить Вам приказчика Шеркеня.
– Сэр, господин Щирак поручил мне помочь Вам разобраться с трофеями.
По тому, какие они бросали любопытные взгляды на девушек, было понятно, что красавицы их заинтересовали.
– Знакомьтесь, мои дочери Мириан и Пеллия! И сын Салаир.
По тому, как взлетели вверх реснички у девушек, они не ожидали такого представления. Но посветлевшие лица моментально потускнели. Интересно, о чем они подумали?
– Сэр, мы тут сделали опись ваших трофеев.
И приказчик вручил мне сразу несколько листов грубой, толстой бумаги. Я мельком просмотрел их, и выделил несколько положений.
– Сулим! Шеркень! Сможете мне из этого списка подобрать приличный доспех? А то ведь чуть не проткнули насквозь. А еще нельзя ли найти вполне приличный доспех для сына и подходящий ему меч. А из разных товаров для дочерей тоже что-нибудь подходящее? А остальное на продажу, если можно, побыстрее. И ваше вознаграждение. Сколько у вас обычно за услуги?
– Хозяин поручил мне с Вас денег не брать. Долг крови, знаете ли. Обидится на меня хозяин, и накажет, если возьму деньги.
– Тогда Сулим, Шеркень, выберите себе подарок из трофеев. На память!
– Сэр, можно я возьму вот этот кинжал. Я не воин, и мне нельзя носить оружие. А кинжал можно.
– Сулим?
– Тут щит есть хороший. Жалко будет, если уйдет. А оружие и доспехи у меня лучше.
– Хорошо. Шеркень, на какое время может затянуться продажа трофеев? А есть ли такие, которые возьмут всё сразу?
– Э, это старьевщики. У них цену не возьмёшь. Время же ещё есть, сэр. Вы же вон, болеете. Когда на ноги ещё встанете!
– Хорошо! Постараюсь быстрее поправиться.
Быстрее получилось у меня через дней десять. Нет здесь нормальных лекарств. Есть маги-целители. Был один такой и в Амхаре, не очень сильный, но для лечения бы подошел. Только цена кусалась - почти до ста золотых, если со всеми надбавками и накрутками. Без всякой гарантии. То есть, надо ожесточенно торговаться, прежде чем начать лечиться. Так и помереть можно прямо при торге. Да ну его, этого мага. Я же в этих вопросах ничего не соображаю. Никакой теоретической подготовки. Только и сумел узнать за время болезни от местного знахаря мастера Гипниуса некоторые подробности.
В первую очередь о магических цветах. Оказалось, что имеются четыре стихии - огонь, воздух, вода, и земля. Ну, это писалось и в популярной литературе, которую я тоже почитывал время от времени. Правда, больше увлекался чистой фантастикой. Но, к сожалению, доброй, не хорошей, а действительно доброй, как советской, фантастики сейчас не пишут. Так вот, цвета этих четырех стихий соответственно красный, синий, голубой и коричневый, точнее темно-коричневый.
Еще отдельно выделены стихии жизни и смерти. Причем цвет жизни без вопросов зеленый, а вот смерть, оказывается, может быть разная. Так я узнал, что тот степняк, который кидался фиолетовыми шарами, однозначно хотел меня убить. Просто убить. А вот если бы это было черное облако, мне надо было бы быстрее делать ноги, или успеть уничтожить будущий источник этого облака, определив по каким-нибудь признакам. Ибо - это полное поглощение, как черная дыра. Даже праха не останется, все исчезнет без остатка, куда - не известно. Полный хаос. Вопрос о душе даже не стоит, ибо чернота даже ее поглощает без остатка. Это в теории, а на практике вопрос души относился к таким высоким материям, что, может быть, только какие-нибудь Высшие маги могли бы прояснить этот вопрос. Такие вот дела.
Отдельно, как вид магии огня выделялся магия молнии. Откуда здешним специалистам знать, что такое электричество? В принципе, не так уж важно, даже для меня, что огонь имеют существенные от молнии. Лишь бы иметь возможность ими пользоваться. Спасибо боженьке, что я не обделен ни тем, ни другим. Но, честно говоря, абсолютно не имею представления, как это делается. Может, это дано мне просто на время.
А вот почему магии духовных сфер так отличаются друг от друга, тоже вопрос? Ну почему церковники носят оранжевую тогу, а шаман племени - ярко-желтую. Дома, кажется, наоборот. Наши священники надевают разную одежду, например, черную, или белую, или даже разноцветную, в том числе с применением оранжевых цветов. Может, и ошибаюсь. На Арбате как-то видел кришнаитов в желтой одежде, буддисты вроде как раз облачаюся в одежду оранжевых цветов. Белый цвет применяют разные сектанты. Знахарь сказал, что и здесь на далеком западе тоже применяют желтые одеяния, но цвет их отличается от шаманских. Они, вроде, немного темнее, и форма их другая. Объясняется это различие будто тем, что церковная вера опирается на души людей, а шаманы вызывают духов, в том числе духов предков. Показать что ли ему оранжевую магию? Ослепить чистотой моей веры? Нет, не стоит. Честно говоря, я не хотел привлекать внимания. И так уже на перевале отметился. И хотя я попросил купца и его людей там же особо не разглашать сведения обо мне, но слухи все равно пойдут. Вон, Селим и его молодой приказчик все время косятся. Правда, в последнее время они заинтересовались двумя красавицами, которые продолжают числиться моими дочерьми. Похоже, и девушки приняли всё всерьёз. Что делать?
А вот, чего не знал мастер Гипниус, это про белую магию. Вообще ничего не слышал. Это что же получается, тот молодой степной шаман сказал неправду и ввел в заблуждение меня и графа Инвара? Или в южных землях ничего не знают про Белого Потерянного и про белых? Граф же знал. Много чего знает этот имперский шпион. И, хорошо, что его рядом нет. А то втравил бы во что-нибудь? И люди у него очень опасные, и сам как чёрт, да, как Шиктан проклятый. Пора привыкать к местным реалиям.
И так, что получается? У меня два амулета - разноцветный, а не белый, камушек, и красный камень в виде бриллианта, раз ограненный. Юноша сказал, что во мне есть Сила! Белая магия! Белая магия - абсолютно не представляю, что это такое. Значит, белый амулет в разноцветном камушке. Правда, я еще ни разу не видел ничего белого из того, что мною применялось. Красный - очень мощный амулет огня! Ну, огонь мне, боженька, может, и не подарил, а амулет у меня есть. Именно огня. Оранжевый свет я получил у алтаря. А вот на молнию у меня амулета нет. Может, это тот камушек и есть, амулет молнии. Значит, это часть белой магии. Мне так кажется.
Еще я узнал о магах. Оказывается, они есть, но очень мало. Больше всего всяких лекарей, сильных и не очень. Их выпускают в числе прочих специалистов, Академии управления, изящности и словесности, лечения и хозяйствования. Все вместе, своеобразные университеты. Есть школы боевых магов - огня, воздуха, воды. А вот магов земли практически нет. Единицы. Как правило, самородки. Если и попадаются, обучаются вместе со всеми или в Академиях, или в магических школах.
Жрецы Святой Вселенской церкви есть везде, где есть их храмы. Чуть ли каждый городок или крупное село имеют свой храм, а крупных городах их может быть несколько. Над каким-нибудь округом, графством или небольшим княжеством и самостоятельным баронством шествует его Благочинство, над герцогством, большим княжеством его Благословенство. В королевствах и империях церковью ведают уже его Святейшества. Есть еще Ордена. Они ведают, как правило, уже монастырями, где живут монахи или посвященные. Монастыри управляются уже пастырями. Святопастырь приравнивается к Благочинству, Архипастырь к Благословенству. Всем Орденом управляет Магистр. Есть Ордена открытые, есть закрытые, а есть и тайные, о существовании которых знают единицы. А вот все Святейшества и Магистры образуют Совет или Конклав Святой Церкви, где решения принимаются простым большинством, кроме принципиальных, затрагивающих основы Веры. Последние уже принимаются абсолютным большинством, как говорится, двумя третями голосов.