Раз - невезенье, два - везенье...

Патман Анатолий

– Уважаемый Щараим, позвольте представить, мои дочери Мириан и Пеллия! И сын моих знакомых Салаир.

– Сударь, я баронет Салаир Сакен, сын барона Альвано Сакена из княжества Вараннесса, сейчас сопровождаю милорда Косту в его поездке!

Все, приплыли! Ну, мальчик, ну, выдал! Что же будет?!

Нет, ничего. Чиновник со стражником вроде как незаметно, но не для меня, переглянулись друг с другом, и успокоились. Все, потекла крыша, и очень сильно. А что делать? Купец Щирак и его люди подписку о неразглашении не давали. Все, устраиваем свои дела здесь и делаем ноги. А пока надо выпутываться из этой истории.

– Уважаемый Щараим, скажу открыто, у моей семьи небольшие проблемы дома. Пока все не утрясется, хотелось бы пожить где-нибудь в спокойствии. Я могу компенсировать ваши неудобства как-нибудь? Мы люди скромные, спокойные,

и вот еще, как не кстати, болезнь. Хотелось бы хоть еще месяц другой отдохнуть в спокойствии, в тишине, без суеты.

Люди попались понятливые, и за пять золотых чиновнику и два стражнику мне удалось решить все проблемы. Плюс двадцать золотых за дом тетушке Гузиль и ещё по одной за регистрацию сделки и оформления недвижимости, и я стал собственником вполне добротного домика в окрестностях Амхары. Также по одной монете за меня и девушек за прописку, и количество жителей города увеличилось на три человека, а у меня, уважаемого сэра рыцаря, уже официально согласно законам Саларской Империи появились две дочери дворянского сословия. На что мы получили кучу пергаментов, как на имущество, так на гражданство и родство. Всего лишь двадцать серебрушек за мальчика позволили тому временно проживать на любой части северо-восточного княжества Берус, включая и столицу Беруссу. И еще обещание понятливых товарищей, что особо распространяться о нас не будут. Тем более, покупку загородной фазенды я постарался осуществить как можно незаметнее для окружающих.

Заодно я немного вошел в курс дела о жизни и порядках в славном городе Амхара. Всей деятельностью на территории города и прилегающих землях ведала управа с множеством канцелярий. Начальником или местоблюстителем одной из них и являлся уважаемый Щараим Финкельн. Стража относилась к другой канцелярии. Стоит отметить, что в спокойном торговом городе Амхаре внутренняя городская стража была относительно немногочисленной. Зато здесь имелось множество частей пограничной стражи и имперских войск. Таких секретов мне, конечно, никто не сообщал, да и не стоило увлекаться этим. Мой покровитель оказался достаточно авторитетным человеком в городской иерархии, поэтому мне просто не повезло познакомиться с другими достойными людьми.

Домик девушкам понравился. Недалеко от города, вне городских стен, на берегу небольшого Голубиного озера среди полей и рощиц располагался скромный уютный посёлок формально жителей же города, по каким-либо причинам, не сумевшим или не пожелавшим приобрести жильё в самой Амхаре. Так как он приютился далеко от основной дороги, и рядом не было никаких замков и фортов для защиты, то участки здесь были не очень дорогими. Вообще-то тётушка Гузиль оказалась вполне обеспеченной миловидной женщиной, вдовой купца, без детей, даже моложе меня, привлекательной и фигуристой, но, на мой взгляд, немного полноватой. Хотя, здесь такая комплекция очень ценилась, и бывшая хозяйка дома считалась завидной невестой для многих вполне солидных мужчин. Что и предопределило её желание переехать в столицу княжества. К сожалению, неустроенный мужчина с двумя дочками, беженец со своей родины, как она решила, видимо, про меня, пусть и дворянин, был не совсем во вкусе этой достойной женщины. А жаль.

– Милорд, а здесь красиво. Дом хороший. Участок большой. Озеро, речка. Мне нравится.

– Мириан! Пеллия! Не зовите меня милордом. Можете звать отцом. Если неудобно, то зовите просто Коста. Вы же теперь мои дочери. Даже согласно законам Империи.

Вот так и стали мы жителями славной Амхары. Быстренько перетащили наши немногочисленные вещи, устроили большие закупки необходимого, особенно для девушек, и зажили семейной жизнью счастливою. Только некому было называть меня большим мальчиком, но а себя непоседливым солнечным зайчиком.

Всё! Пора заняться сельским хозяйством. И что же посадить мне в первую очередь?

Думал, думал, и надумал. Сейчас лето, и многие растения сажать поздновато. Хотя, как я слышал, здесь всегда тепло. И зим не бывает. Правда, говорят, бывает и холодно. Как холодно, сколько градусов, не знаю. Пожить надо, осмотреться.

Тем более, кто же будет за всем смотреть? Девушки мои городские, неприспособленные к сельскому хозяйству. Сшить что-нибудь, связать - это они могут. И читать, писать не очень. С трудом, но могут. Частично это и моя заслуга, как и мальчика. Салаир, как сын барона, получил неплохое воспитание, в том числе, в отличие от части знати, умение читать и писать на уровне достаточно

грамотного человека, то есть ученика начальной школы, как у меня дома на Земле. Хотя, честно признаться, здешняя письменность тоже не очень привычна для меня. Иероглифы, настоящая китайская грамота. Но, слава богу, оказывается, она одна для всех стран, по крайней мере, на востоке. Вроде латыни в древнее время на земле. Даже боженька, хоть и Потерянный, не растерял свои знания языков, да, похоже, потихонечку осваивал и что-то новое. Поэтому не удивительно, что я знаю этот древний суварский язык, даже в новом варианте. И читать могу, и писать, правда, с ошибками. Здесь не так много очень уж грамотных людей, даже среди знати, поэтому пока не страшно. Документы, с которыми пришлось иметь мне дело, писали грамотные, специально подготовленные люди, а я только подписывал, что соглашение, что пергаменты, полученные уже здесь. А что, дела должны вестись специалистами. Но надо привыкать к здешним условиям. Знаю я, оказывается, еще несколько языков. Так и вертятся странные слова на языке, но применять пока не приходилось. Кроме степного шэнгэ, языка Великого племени Шэн-гэ. Что в северных баронствах, что в Таласской и Саларской империях, разговорным был новый суварский язык, правда, со своими диалектами не только в одной стране, но и во многих областях каждого. Как я убедился в этом, общаясь с графом Инваром, прекрасно знавшим и степной язык, как и его сын. Воина графа тоже немного понимали степняков, но очень ограниченно. Да и у них самих можно было различить пару диалектов. Но понять можно было всех. Письменный суварский язык, в отличие от разговорного, был единым, так как являлся всего лишь несколько измененным вариантом древнего. Так что, никаких языковых проблем у меня не было.

Ну, и что можно сажать на этот раз? Решил пока не связываться с дополнительными проблемами, а просто посадить пять имеющихся у меня картофелин, три луковицы и пару головок чеснока. И так уже высыхать начали. Вдобавок чуть подсеял лука-севка и чеснока. Для пробы. Что получится. И подробно объяснил девушкам, что это я тут посадил, и для чего. Сказал, что все из далеких стран. Что ещё никто не пробовал их выращивать тут. На самом деле, местные аналоги земных овощей тут имелись. Они, конечно, были совсем другими, но примерно соответствовали. Так что ничего странного и экстраординарного для девушек не происходило. Просто милорд, а теперь и их официальный отец, решил посадить для пробы что-то съедобное. Может, вкусное, а может, и нет.

– Милые мои, есть их пока нельзя. Даже когда вырастут. На следующий приход весны, может быть. Но только чуть-чуть, для пробы. Когда-нибудь их будет много, тогда и будем есть. Если понравится.

Так в хлопотах пролетели еще три дня. Успел открыть в Амхарской городской кассе взаимопомощи четыре счета - на себя на пятьсот золотых, на Мириан, Пеллия и Салаира каждому по сотне. А ещё мне нежданно предложили вложить средства в местное предприятие, что я и сделал, став собственником его части. Сделал, так сказать инвестирование средств в местную экономику.

Когда я по старой привычке зашел на постоялый двор пообедать, ко мне подошел хозяин двора Геркул. Мы уже как три дня съехали с номеров, и обедали и ночевали в своем новом доме. А тут я как раз подумывал положить ещё пять сотен золотых в другой банк, но уже с центральной конторой в Беруссе.

– Сэр, приятного аппетита. Что-то Вас не видно несколько дней. Как съехали, так и потерялись. Не заходите даже пообедать. Может, переехали в другой постоялый двор?

– Да, дела вот, уважаемый Геркул. В дорогу собираюсь. Думаю, может съездить в столицу Империи. Здесь мимо проходил, и решил заодно пообедать у Вас. Как дела у Вас? Хорошо ли идет торговля? Много ли гостей нынче? Как здоровье? Как Ваша супруга и дети?

– Слава Всевышнему, все хорошо. И семья в порядке. Дела так, пока ничего. Что-то тревожно в степях, и многие с баронств привозят свои семьи сюда.

– Что-то загрустили Вы, уважаемый Геркул? Что-то с делами не так?

– Да вот, развернуться не могу, уважаемый Коста. Тесноват двор-то. Прикупил я кое-что. Давно уже. Только средств не хватает. Ремонт сделать, пристроить склады, новые комнаты для гостей. Да и второй зал в таверне открыть надо. Народу-то много, а мест не хватает. Хочу деньжат занять, только условия не очень подходящие. Нынче многие расширяться вздумали, поэтому на ссуды рост произошел. Чуть ли не две пятых от части ссуды просят, а это для меня дорого. И возврат уже поздней осенью.