Раз - невезенье, два - везенье...
Шрифт:
Может, все это неправильно, но я сразу же решил взять быка за рога. Пусть знает. А чего таиться? Все равно позже откроется. А доверие друг к другу уже будет потеряно. Вначале я предполагал вернуться по обратному маршруту до Верестянки. И оттуда уже через Вересковое королевство и графство Верен двигаться в Изнур, в свою единственную деревеньку. Не знаю, что там ждет меня, но все же надо посмотреть и оценить, так сказать, перспективы.
Скучаю я по дому, по своей деревне, словно в песне:
Деревня моя, деревенька дальняя,
Ты в лёгком платочке июльского облака,
В веснушках черёмух стоишь над рекой.
Даже не скучаю, а порой вижу во сне, особенно свои детские года, когда отец с матерью были молодыми, моложе меня, нынешнего.
Видел я во сне свою деревню вновь
В ослепительном сиянии цветов,
В хороводе ив кряжистых и берёз,
В водопаде нежных и волшебных звёзд.
Видел, как в саду черёмуха цветет,
Что меня березка с нетерпеньем ждет,
Дом родной давно скучает и грустит,
И обратно просит, все зовёт, кричит!
Черт, опять ностальгия по своему дому! Как в деревне отнеслись к моему исчезновению? Беспокоится хотя бы кто-нибудь там обо мне. Родственники, например? Друзья, знакомые?
– Коста, так даже лучше, что Вы маг. Мне в пути лишние маг и воины не помешают. Знаете, береженого Всевышний бережет, не осторожного Шиктан стережет. А насчет того, чтобы никто не догадывался, куда вы все делись? Проще простого! Запишем вас всех гражданами славной Республики Трех Островов, совершающими путешествие в столицу Таласской Империи. Немедленно оформлю судовой журнал. Выдам всем пергаменты и опознавательные знаки граждан. Кем Вы хотите видеть себя? У меня есть родственник, немного похожий на Вас. Остальных можно оформить его воинами. Я даже могу взять Вас в долю к себе в дело. Для достоверности. Надо всего-то около сотни золотых. Все будет оформлено совершенно официально, и последняя букашка носа не просунет.
Сто золотых у меня имелось. Так у пирата появился новый компаньон по торговым делам. Мало того, по новым документам, расторопно оформленным шустрым пиратом и выданным на руки, я и мои друзья превратились в торговца, следующего в Талассу, и его охрану. Только мне и моим спутникам так и не стало понятно, что это было, своего рода плата за провоз, или действительно взнос на участие в делах пирата. Или, например, выдача за деньги акции, как на Земле, не дающей никаких прав мелкому акционеру, но рискующей своими сбережениями, пусть и крохотными, в угоду интересов олигархов.
*
– Что Вы так грустны, граф? В моем салоне грустить нельзя. Видите, сколько всяких лэри, желающих познакомиться с Вами. Вы редко бываете в столице, дорогой Инвар, так хоть развейтесь немного. Не бойтесь, Ваша супруга ничего не узнает.
– Ах, Ваша Светлейшая Милость, я так благодарен Вам за участие в судьбе моего сына. Но, к сожалению, какой-то злой рок преследует меня. Не успел я
– Что, граф Инвар? Случилось что-нибудь с Вашим сыном? Он же далеко на севере, чуть ли не у диких степняков. Знаете, многим в моем салоне понравилось, как Ваш сын поставил на место этих дикарей. Сразить мечом родственника самого вождя, пусть и такого ничтожного! Многие лэри были тронуты этим, но, к сожалению, сердце юноши, оказывается, уже занято милой Камиллой. Как они переживали. Многие молодые рыцари захотели отправиться в далекий край и испытать себя. Ваш сын кумир многих молодых людей, граф! Сама императрица как-то интересовалась им, но когда она узнала, что Ринвар опять поехал на север, проявила озабоченность!
– Ах, уважаемая герцогиня, с сыном как раз все хорошо. Другие дурные известия гложут мое сердце.
– Не скромничайте, граф. Ну, поделитесь же новостью. Может быть, это будет интересно и посетителям моего салона?
– Ах, уважаемая герцогиня, только Вам по страшному секрету, и больше никому. А то один очень влиятельный человек еще больше рассердится на меня. Он и так грозился мне разными неприятностями.
– Ну, не томите же, граф! Рассказывайте. Что же такого случилось, что этот человек вышел из себя?
– Помните, уважаемая Пэрисса, что я рассказывал о некоем маге, что сопровождал нас при побеге из диких степей. Так вот, он успел отметиться в Саларской империи у какого-то замка. Представляете, этот маг уничтожил кавалерийский отряд, элитных воинов самого герцога Аркеда ин Талара и кучу разбойников, также парочку магов и барона Эдигара Талариза. К сожалению, получается, что это я виноват, что этот Коста Базиль сопровождал нас на севере.
– Так, так, граф, а что делали воины герцога в Саларской империи?
– Напали на торговый караван, уважаемая герцогиня. Пытались захватить торговцев, а они дали такой жестокий отпор, что уничтожили всех. А теперь, получается, я виноват, что знаком с этим магом. А ведь мы расстались с ним более двух калед назад, когда Коста сбежал из пограничной крепости, прихватив с собой мальчика и двух красавиц, и исчез неизвестно куда. И, что удивительно, дорогая Пэрисса, я Вам про это, кажется, не рассказывал, он еще является жрецом Всевышнего. Знаете, какое божье благоволение мы испытали у алтаря храма в Северном Дэлиноре!
– Милый граф, а что, в этой дыре и такой храм имеется? Что-то я не видела у наших жрецов никакого благоволения.
– Есть, и еще какой. Когда алтарь отозвался на наши молитвы, то он залил божьим светом всю округу, то есть накрыл нас и все кругом чуть ли на десяток шагов. Знаете, дорогая Пэрисса, я никогда не видел такого, и думаю, вряд ли увижу. По крайней мере, даже и не слышал про такие храмы. А тут кругом развалины, и храма тоже нет, сохранился лишь алтарь, дарующий такое мощное божье благоволение, что просто чудо.