Разбитые сердца
Шрифт:
Мне слишком больно, чтобы задумываться над смыслом его слов. Я чувствую лишь боль в дополнение к боли, которую приносит уксус на коже.
— Самсон, больно. Пожалуйста, хватит.
— Еще нет, — возражает он, разбрызгивая его по ноге, чтобы покрыть все горящие участки. — Через секунду станет легче.
Все он врет, мне хочется умереть.
— Нет, больно. Перестань, пожалуйста.
— Почти закончил.
Внезапно после этих слов он останавливается, но не по своей
Парень отшатывается назад и падает через бетонный край фундамента.
— Она просила остановиться, сукин ты сын! — кричит на него отец.
Самсон встает на ноги и пятится от моего отца. Выставляет руки вперед для защиты, но отец бросается вперед, чтобы ударить его снова. Я хватаю его за руку, но это слабо смягчает силу второго удара.
— Папа, перестань!
Рядом появляется Сара, и я смотрю на нее, взывая о помощи. Она подбегает к нам и пытается схватить отца за вторую руку, но он уже держит Самсона за горло.
— Он помогал мне! — кричу я. — Отпусти его!
Отец слегка ослабляет хватку на горле парня, но не отпускает его. У Самсона из носа идет кровь. Уверена, что он мог бы дать отпор, но не делает этого. Лишь мотает головой, глядя на моего отца округлившимися глазами.
— Я не… ее ужалила медуза. Я ей помогал.
Отец оглядывается через плечо и ищет меня взглядом. Когда он смотрит мне в глаза, я лихорадочно киваю.
— Он говорит правду. Он брызгал уксусом мне на ногу.
— Но я слышал, как ты сказала… — Отец закрывает глаза, осознав, что в самом деле неверно все понял. Делает глубокий выдох. — Черт. — Он отпускает Самсона.
Кровь уже стекает у парня по шее.
Отец упирает руки в бока и несколько секунд пытается совладать с дыханием. Затем жестом велит Самсону идти за ним.
— Пойдем в дом, — бормочет он. — Кажется, я сломал тебе нос.
Глава 12
Самсон стоит, опершись на столик в гостевой ванной, и прижимает к носу полотенце, чтобы остановить кровотечение. Я сижу на грелке в пустой ванне. Дверь в ванную комнату слегка приоткрыта, и нам слышно все, о чем говорят отец с Аланой, хотя они сейчас в дальнем конце коридора.
— Он нас засудит, — говорит отец.
Самсон тихо посмеивается.
— Я не буду подавать на него в суд, — шепотом говорит он.
— Он не будет подавать на нас в суд, — возражает Алана.
— Откуда тебе знать. Мы едва его знаем, а я сломал ему нос, — говорит отец.
Самсон смотрит на меня.
— Нос не сломан. Он ударил не так сильно.
Я смеюсь.
— Ничего не понимаю, — доносится голос Аланы. —
— Они были в уличной душевой. Я подумал, что он…
— Мы вас слышим, — кричу я. Не хочу, чтобы он заканчивал эту фразу. Ситуация и так слишком неловкая.
Отец подходит к ванной и распахивает дверь.
— Ты пьешь противозачаточные?
О господи.
Алана пытается вывести его из ванной.
— Не в присутствии мальчика, Брайан.
Самсон убирает полотенце от лица и смотрит на меня, прищурившись.
— Мальчика? — шепотом переспрашивает он.
Во всяком случае, он относится к ситуации с юмором.
— Наверное, тебе лучше уйти, — предлагаю я. — Становится слишком неловко.
Самсон кивает, но отец снова загораживает выход из ванной.
— Я не утверждаю, что тебе нельзя заниматься сексом. Ты почти взрослая. Я лишь хочу, чтобы ты соблюдала меры предосторожности.
— Я уже взрослая. Нет тут никакого «почти», — возражаю я.
Самсон стоит рядом с моим отцом, но тот, разговаривая со мной, преградил весь дверной проем. Он не замечает, как парень пытается протиснуться мимо него и уйти.
— Это единственный выход, — говорит Самсон отцу, указывает ему через плечо. — Выпустите меня, пожалуйста.
Отец понимает, что преградил путь, и отходит в сторону.
— Извини, что разбил нос.
Самсон кивает и уходит. Мне бы тоже очень хотелось сбежать, но уверена, что в ноге еще остались жгутики, поэтому двигаться очень больно.
Отец вновь сосредотачивает внимание на мне.
— Алана может отвести тебя к врачу, чтобы тебе выписали таблетки, если ты их еще не принимаешь.
— Мы не… мы с Самсоном не… забудь. — Я отталкиваюсь от дна ванны и встаю. — Разговор очень напряженный, а у меня так болит бедро, что кажется, будто оно сейчас отвалится. Мы можем поговорить об этом позже?
Оба кивают, но отец идет за мной следом.
— Спроси Сару. Мы открыто обсуждаем такие вопросы, если тебе захочется их обсудить.
— Это я уже поняла. Спасибо, — отвечаю я и спешу наверх в свою комнату.
Ух ты. Вот, значит, каково иметь участливых родителей? Не уверена, что мне это по нраву.
Я иду прямиком к окну спальни и смотрю, как Самсон заходит в свой дом. Включает свет на кухне, упирается локтями в кухонный стол, затем наклоняется и прижимается лбом к гранитной столешнице. Сжимает шею с затылка обеими руками.
Не знаю, что и думать. Это значит, что он жалеет о случившемся? Или просто его переполняют эмоции оттого, что его дважды ударили, а он не дал сдачи? Его реакция вызывает во мне череду вопросов, на которые он вряд ли даст мне ответы. Он как сейф, и мне бы очень хотелось иметь ключ.