Разлом
Шрифт:
Кое-где натечные гуры – плотины, – перегораживали русло. Было видно, как вода долгие годы промывала себе дорогу в стенах, пока не вырывалась-таки на свободу. На стенах оставались вымоины, ниши, неглубокие лунки, свидетельствующие о силе подземных вод.
Громадный зал остался далеко позади. Теперь уже несколько часов путники пробирались в промытых водой тоннелях. Пойди сейчас наверху дождь – и их утопило бы, как слепых щенков. Но Вларт предвидел, что такое может случиться, и поэтому высматривал боковые ответвления на случай необходимого
Где-то намного ниже по течению слышался равномерный скрежет и шорох. Пару раз Марк слышал отдаленный грохот, как будто от падения каменных глыб.
Вскоре рыбаку надоело это занятие. Марк уселся поближе к Суаткану и закрыл глаза.
Проснулся он внезапно. Сначала Марк не мог понять почему, а затем почувствовал какое-то мягкое прикосновение к спине. Рыбак вскочил и бросился к лампе. Открутив фитиль на полную длину, он обернулся и в ужасе вскрикнул.
К телу крепко спавшего Суаткана прилепилась какая-то длинная темная змея, хвост которой тонул в темных водах реки.
От вопля Марка Вларт и Йори мигом вскочили на ноги. Рыбак уже выхватил меч и бросился к ящеру.
Очнувшийся Суаткан судорожно пытался встать и с криком вновь падал на камни. Марк обрушил меч на тело змеи. Она начала извиваться, однако от геккона не отцепилась. Марк приблизился вплотную к спине ящера. Подавив отвращение, он одной рукой придержал тело змеи, оказавшейся вблизи красно-коричневого цвета, а другой принялся яростно бить мечом змее по голове, временами промахиваясь и попадая Суаткану в бок. Подоспевшие Вларт и Йори последовали его примеру. Голова змеи оказалась на удивление крепкой и не поддавалась остро отточенной стали. Девушка, орудуя тяжелым клинком, плакала, глядя на судорожные рывки ящера, становившиеся все слабее и слабее.
Наконец Марк, обливаясь потом от напряжения, перерубил какую-то пружинящую трубку в теле змеи, и на людей хлынул поток черной вонючей крови.
Марк невольно отшатнулся, закрывая рукой лицо. Вларт тоже. А Йори, ничего не замечая, продолжала рубить неподатливое тело монстра, пока, в конце концов, передняя часть змеи не отделилась полностью. Извивающееся тело скрылось в водах подземной реки. На полу пещеры осталась лежать голова хищника и залитый своей и змеиной кровью Суаткан.
Йори подхватила флягу с водой и осторожно стала лить жидкость на то место, куда вцеплялась змея. Марк подбежал ей на помощь.
В боку Суаткана зияла глубокая дыра, обнажавшая ребра ящера, вокруг раны двумя ровными рядами темнели более мелкие отверстия.
Пока Марк лечил геккона, а Йори ему помогала, Вларт присел рядом с головой напавшего на ящера хищника. Маленькая закругленная голова змеи заканчивалась круглым безгубым ртом. Вместо языка у змеи была широкая твердая трубка, заканчивающаяся длинным острием. Вларт осторожно, концом меча приподнял трубку. Раздался щелчок, и острие превратилось в гарпун.
Рассмотрев остатки змеи, капитан пинком сбросил их в воду. На том месте, где она коснулась поверхности реки, вода забурлила, но через мгновение успокоилась.
– Хорошая новость и плохая новость, с какой начинать?
–
– Плохая новость – мы здесь не одни.
– Да уж, вот это новость, – мрачно съязвила Йори.
– Так вот, в реке полно хищников, причем, думаю, куда более худших, чем эта тварь. Надо уходить подальше от реки. Хорошая новость – я знаю этого хищника. У меня на родине такие встречаются. Очень редко, но есть. Это миксина. Она присасывается к телу жертвы и начинает выедать насквозь. Живут эти мрази семьями, так что, думаю, нам надо убираться отсюда.
Пока Марк перевязывал с трудом стоявшего Суаткана, Йори и Вларт собрали сумки. Распределили ношу ящера на троих.
Вларт взвалил на спину изрядно потяжелевший груз и медленно, нащупывая древком копья дорогу, пошел в боковой ход.
Люди много дней пробирались по запутанным коридорам. Йори едва успевала отмечать повороты. Спали и ели путники урывками. Ящер медленно поправлялся под неустанным надзором Марка, который каждый «вечер» лечил его своей приобретенной по дороге Силой. Но Суаткан поправлялся туго – гекконы своим строением во многом отличаются от людей и не всегда Марк мог его прочувствовать. В такие моменты ему помогала Йори.
Миксина, когда пыталась пообедать ящером, впрыснула в его кровь большое количество своего пищеварительного сока. Для Суаткана он оказался очень ядовитым.
Так прошло где-то около недели. От бесконечных блужданий в темноте, освещенной скудным светом лампы, люди научились видеть светящиеся предметы на больших расстояниях. У всех сильно обострились слух и зрение.
Счет дням путники уже давно вели по желанию спать и есть.
Однажды на привале они решили сосчитать все залы, через которые им пришлось пройти, и сбились со счета. Во многих лабиринтах они подолгу блуждали, выискивая путь, подходящий и них, и для Шауха с гекконом – слишком узкие попадались проходы.
Часто их выручала взятая с собой веревка – на пути встречалось много колодцев и отвесных спусков.
После того, как Йори, отступив от света на несколько шагов, провалилась в глубокую шахту и спаслась только чудом – зацепилась сумкой за сталагмитовый вырост, – путешественники двинулись дальше, обвязавшись веревками. Эта предосторожность оказалась отнюдь не лишней. На тринадцатом провале Марк и Вларт перестали считать дыры под ногами.
Частенько друзьям встречались обитатели пещеры или же попадались признаки их пребывания. Однажды Суаткан погнался за длинноногим родственником кузнечика – он отличался от своих собратьев только неимоверной длиной ног и усов. Тело же его намного уступало в размерах туловищу степного сородича, будучи всего метр длиной.
В свете лампы возникали все новые и новые башенки и колонны сталагмитов, стены ходов переливались розовыми, белыми и оранжевыми цветами. Кое-где можно было увидеть разноцветные пласты горных пород, которые еще не успели покрыться каменными натеками.
Всюду в пещерах была вода. Она мириадами звездочек переливалась на каменных колоннах и стенах, блестела под ногами.
Все новые и новые причудливые наросты заставляли людей восхищаться своей красотой. Некоторые залы напоминали роскошные дворцы, оставшиеся от далеких предков в стране Вларта. Он рассказывал о них Йори и Марку еще в самом начале их путешествия.