Разлом
Шрифт:
— Что, Александр, сможете починить аппарат? — Спросил Матвей Леонидович.
— Процентов на восемьдесят уверен в этом. — Ответил инженер. — Перегрузка произошла где-нибудь из-за статики.
— А вы сами-то откуда? — Поинтересовался у него Матвей.
— Из Комсомольска-на-Амуре. — Ответил Александр.
Матвей Леонидович присвистнул.
— Не долететь. — Впечатлился он удаленностью города. — Меня по молодости чуть не отправили в ваш город в составе стройотряда.
— Если починю самолет, подбросите меня, хотя бы туда, где осталась
— Само собой. Куда скажете, туда и подбросим. Самим бы выбраться отсюда поскорее.
Матвей Леонидович жил в тридцати километрах от работы. Лет двадцать назад они с женой построили дом на дачном участке, а постепенно дачи из-за удобства расположения трансформировались в пригородный поселок для не самых бедных жителей. Соседи обставили их участок со всех сторон роскошными коттеджами, из-за чего дом, построенный на свои кровные, смотрелся на фоне богатого жилья бедным родственником. Раз в год им обязательно предлагали хорошие деньги, но Матвей знал, что они выкупают участок, а дом снесут, и не мог согласиться, особенно после того, как не стало жены, а это было место, в котором она все еще жила.
Поселок уже издалека представлял собой жалкое зрелище. Помимо двух очагов сильного пожара, объявшего несколько домов и построек, многие коттеджи оказались полностью разрушенными. На главном въезде, перегородив дорогу, лежал грузовик с разлетевшимися в стороны пивными кегами. Матвей объехал его, аккуратно разгоняя кеги бампером. Справа показался провал. Матвей бросил в его сторону взгляд. Не увидев дна, у него закружилась голова, словно он стоял на краю крыши многоэтажного здания. Стало страшно, и он вильнул в сторону от провала. Нива провалилась левыми колесами в водосток, окаймляющий дорогу. Матвей выругался и, сильно тряхнув машину, выскочил на дорогу.
Он с замиранием сердца подъезжал к своему двору. Издалека начал присматриваться, стоит ли дом на месте.
— Ну-ка, Тимоха, у тебя глаз острее, скажи, избушка наша стоит? — Попросил он внука.
Тот приподнялся на сиденье, всматриваясь вдаль.
— Вроде, стоит, дед, а вот у соседей нет.
По неровной волнистой дороге, местами с небольшими трещинами, они подъехали к распахнутым настежь воротам своего двора. Запор, удерживающий их, сломало и они открылись. Гараж и дом при этом выглядели относительно целыми, если не считать вылетевших стекол в доме. Но на фоне соседских домов, это был сущий пустяк. Матвей заехал во двор. Заглушил машину, вышел и закрыл ворота, закрутив их проволокой. Тимофей кинулся на огород, проверить последствия катастрофы.
— Вам повезло. — Заметил Александр, выбираясь из машины. — Разрушения минимальные. До зимы еще далеко, окна успеете вставить.
— Да, на душе прям легче стало. Боялся, что приеду, а дома нет. И разломов вроде нет поблизости. — Ответил Матвей с улыбкой. — Только у меня сейчас задача вернуть внука родителям. Решу ее, займусь окнами и всем остальным. Кстати,
Летняя кухня находилась в задней части двора, под одной крышей с баней. Александр прошел мимо низеньких яблонь, урожай с которых осыпался на землю. Тимофей с деловым видом ходил между грядок и грыз большое яблоко.
— Да, работы вам прибавилось. — Произнес Александр. — Куда-то это богатство надо девать.
— Мы с дедом обычно сдавали его закупщикам. — Ответил Тимофей.
— М-да, теперь им будет не до закупок.
— Полный самолет нагрузим яблоками и повезем моим родителям. — Наивно решил мальчик.
— Конечно, они будут рады.
Небольшие окна в летней кухне тоже не выдержали нагрузки и высыпались. По кирпичной стене прошла одна огромная трещина, переходящая в фундамент. Александру показалось, что земля в этом месте просела. Он зашел в помещение. Там царил полнейший разгром. Все навесные шкафы упали, содержимое разлетелось по полу, стекло покололось, слои штукатурки отвалились кусками, обнажив дранку из прутков. Потолок просел, образовав щели между досками, из которых сыпался керамзит. Возможности принять пищу тут не было никакой. Александр вышел наружу.
Хмурый Матвей Леонидович вышел из дома и направился к нему.
— Что с домом? — Поинтересовался Александр.
— Хуже, чем кажется снаружи. Потолочные перекрытия лопнули, того и гляди рухнут. Крышу надо разбирать и заново перекрывать потолок. Кто этим займется? — Он тяжело вздохнул и посмотрел на засевшего на гороховой грядке Тимофея.
— Ну, что там, Тимош, есть чем накормить гостя?
— Помидоры есть. — Ответил он, не обернувшись.
— Ладно, сейчас я придумаю что-нибудь.
Через полчаса, при свете костра, они ужинали яичницей из остатков не разбившихся яиц и салатом из помидоров и лука. Соседи вернулись домой, и громко причитали, горюя по уничтоженному имуществу.
— Все прахом. — Оценил Александр их причитания. — Все, что нажито непосильным трудом.
— Хорошо, хоть сами в доме не оказались, не то ирония какая-то получается. Всю жизнь строил дом, чтобы жить в нем, а он в один миг превратился в склеп. — Пошутил Матвей.
— Ваш дом небольшой, скромный и потому выдержал землетрясение. — Заметил Александр.
— Надо будем сказать им, если мы с Тимохой уедем надолго, чтобы они подперли потолок бревнами и жили у нас, пока ситуация не прояснится. — Решил Матвей Леонидович. — Завтра предложу.
Тимофей устал бороться с собой, уснул сидя, приткнувшись головой в дедов бок.
— Устал, пацан. — Заметил Александр.
— Он всегда засыпает в полете. Носится, носится, потом смотришь, уснул. Может на крыльце уснуть, на полу, на дереве, как будто кнопку нажали и он выключился. — Дед погладил голову внуку. — Батарейки сели.