Разлом
Шрифт:
Инженер сел на место, глядя в окно. Масштаб взрыва удалось осознать по мере того, как они летели в его сторону, «гриб» приближался неожиданно медленно. А еще Матвей обратил внимание, что слоистые облака, висящие над местом взрыва, тоже стали растворяться. Он посмотрел на температуру забортного воздуха, и она показывала аномальные значения для такой высоты. Матвей кивнул Александру, чтобы он ознакомился с ними.
Тот долго смотрел на показания, посмотрел на альтиметр.
— Ерунда какая-то. Тридцать пять градусов на такой высоте?
— А взрыв может быть вызван водяным паром? — Матвей неуверенно предложил свою гипотезу.
—
— Не меньше. — Согласился Матвей. — И смотри, у него явное разделение на белую часть, как будто это пар, и темную с грязью.
Они решили больше не гадать, а просто посмотреть, надеясь отличить взрыв снарядов, от взрыва пара в недрах земли. Но как только они достигли чистого неба, то сразу забыли про воронку. Под ними простиралась водная поверхность, испещренная разломами, остатками дорог и поселений. Вода была везде. Она ниспадала водопадами в расщелины, некоторые из которых достигали сотни метров в ширину. Картина разрушений выглядела эпично, сразу поверилось в легенды о последних временах. Зарубцеваться таким ранам предстояло нескоро. В салон проник легкий запах сероводородных соединений, как будто пролетали над городскими стоками.
Матвей направил самолет ближе к эпицентру взрыва. Даже без специальных знаний стало понятно, что гипотеза с паром более чем уместна. Из недр земли продолжал выходить пар под давлением. Огромная воронка, не меньше километра в диаметре, была окружена земляными отвалами. Сероводородная вонь усилилась.
— Не подлетай ближе. — Попросил Александр. — Смотри, как растет температура.
Шкала термометра перевалила за сорок градусов.
— Вот почему тают облака. — Догадался Матвей. — Жар их съедает.
Он облетел эпицентр взрыва по окружности. Снизился и заметил, что у поверхности температура упала до приемлемых значений. А потом он заметил, как что-то сверкает, отражаясь в солнечных лучах на одном из зданий, которое не удалось разглядеть сразу из-за того, что всё сделалось одного цвета.
— Тимоха, глянь, там люди подают нам знаки? — Попросил он внука, показывая ему рукой направление.
— Да, дед, они на крыше сидят. И машина у них там. — Разглядел Тимофей. — Они нам машут.
— А что мы им можем предложить? — Матвей расстроился, что сесть они не могут.
Во-первых, у них сломалась стойка шасси, а во-вторых, здесь не наблюдалось ни одного подходящего участка, кругом вода, грязь, паутина разрывов поверхности. Матвей снизился еще сильнее и помахал крыльями, как будто поприветствовал.
— Удачи вам. — Произнес он негромко и начал набирать высоту.
Они снова поднялись над облачностью. Матвей обратил внимание, что ветер на высоте двух километров оказался попутным. Снизил обороты двигателя, чтобы использовать воздушные потоки в качестве дополнительной тяги.
— Да, Матвей, это вскрылся нарыв на теле земли. — Произнес Александр. — Если вода и магма соприкоснулись в этом месте, то я представляю, как они соприкоснуться в океанах. Там такие могут быть взрывы, мама не горюй.
— Я впервые в жизни рад, что не живу на берегу моря или океана. — Признался Матвей.
— Ну, как сказать, море, судя по всему, не достало до
Он сел в кресло и уставился в окно. Тимофей долго смотрел на однообразный пейзаж, не изменившийся за час полета, потом вспомнил про телефон и увлекся игрой. Матвей, чтобы не тяготиться дорогой, погрузился в мысли. Думал обо всем, о прошлом, о будущем, проигрывал вероятности его развития, зная заранее, что ни одно из них не будет верным. Взгляд его снова упал на показания забортной температуры. Он подумал, что прибор сломался и показывает, что попало. Постучал по нему на всякий случай, но показания не изменились. Он посмотрел вниз и понял, что у земли что-то происходит. Серое пасмурное одеяло плотной облачности, укрывающее землю, растворялось на глазах, и это было не локальное явление. Вся западная сторона горизонта очистилась. Небо в той стороне выглядело неровным, зыбким в волнующихся потоках воздуха.
Матвей пошел на резкий маневр, повернув вправо. Александр открыл глаза.
— Ты куда? — Спросил он и посмотрел в окно, чтобы увидеть причины смены маршрута.
— Температура растет. На нашей высоте уже к шестидесяти приближается. — Сообщил Матвей и снова постучал в уголок электронного экрана.
Александр дотронулся до стекла рукой и удивленно замер.
— Теплое. — Произнес он недоуменно. — Матвей, надо скорее уходить отсюда, иначе мотор перегреем.
— Что я и делаю.
Кажется, мир решил, что человечеству одного землетрясения мало.
Глава 10
Глава 10
Вначале никто не воспринял всерьез горячий дождь. Подумали, что это принесло горячий пар со стороны взрыва, и он вот-вот должен остынуть. Однако с каждой минутой ожидания становилось понятнее, что горячий дождь прекращаться не собирается и как будто становится еще горячее. От крыши поднимался пар, от всей земли вокруг потянулись белесые шлейфы. Дети начали хныкать и жаловаться, что им жарко. Николай, так звали мужчину с шестом, усадил их в машину.
— Я думаю, рядом бьёт гейзер. — Поделился он соображениями. — Вы же видели, как полопалась земля. Такое возможно.
— Если это не прекратится в течение получаса, то надо слезать и прятаться под крышу. — Предположил Максим. — Я, честно говоря, не большой любитель бань и саун всяких, жару переношу плохо.
— А чего ждать? — Спросил Илья. — Давайте слезем, и пока идет горячий дождь, наведем в магазине порядок. Всё лучше, чем на крыше сидеть.
— А стоит ли обживаться? — Поинтересовался второй мужчина из компании гостей. Его звали Михаилом. — Валить надо отсюда, и чем скорее, тем лучше.
— Куда валить с такой видимостью? — Поинтересовался Илья.
— Да это здесь туман, а там везде ясно. Дорогу видно, по ней и идти. Не пойму в чем проблема?
— А если туман везде и горячий дождь тоже? — Поинтересовался Илья.
— Что ты сочиняешь, парень? — Рассердился Михаил. — С хрена ли такое везде будет? Это все равно, что оказаться на острове посреди реки во время разлива и думать, что во всем мире потоп.
— Мне кажется, что ваша аналогия не совсем уместна. В истории человечества ещё не случалось такого, чтобы земная поверхность поднималась волной и двигалась, как по морю. — Привел Илья свои аргументы в пользу глобальности катастрофы.