Разлом
Шрифт:
От обморока Селену удерживала лишь помощь Киры и Мары, а еще, пожалуй, понимание того, обморок вызовет к жизни Эльвиру. А этого Селена страшилась сильнее всего...
– Ингельд, надеюсь, ты больше не сбежишь как последний трус? – Роланд медленно вытянул из ножен меч. – Доставай оружие!
– Оружие?
Ингельд рассмеялся и развел руки, демонстрируя что под плащем нет никакого оружия.
– Я теперь сам – оружие, – усмехнулся он.
Роланд стиснул зубы.
– Что ж, даже если так, я все равно убью тебя!
– Роланд!
Возле карнелийца остановились
– Зарель, отзови их! – хмуро бросил Роланд. – Я убью его сам!
– Ты что, спятил? – осведомился Зарель. – Он же колдун!
– Отзови! – рявкнул Роланд. – И ты, Ральф, тоже не вмешивайся!
Ральф и Зарель переглянулись. Неко выразительно покрутил у виска пальцем, однако «белоголовым» дал отбой. Инур же набычился, засопел, буравя спину Роланда тяжелым взглядом, но все же остался на месте.
– Хочешь в одиночку, братец? – Ингельд оскалился белозубой улыбкой. – Я могу устроить.
Он взмахнул рукой, Роланд пригнулся, готовый ко всему, но атаки не последовало. А в следующий миг взгляд Роланда наткнулся на огромный полупрозрачный купол, накрывший их с Ингельдом.
– Теперь твои друзья уж точно не помешают, – пояснил Ингельд.
Яростно взревел Ральф, налетел на магическую стену, ударил, и едва успел увернуться – отскочив, секира едва не снесла ему голову.
Роланд перевел взгляда на брата. С момента их последней встречи прошло не так много времени, но Ингельд разительно изменился. Лицо его теперь больше напоминало маску, Роланду даже показалось, что перед ним и не Ингельд вовсе, а кто-то другой, натянувший его личину.
– Ингельд? – глаза Роланда сузились. – Ты ли это?
– В том числе, – улыбнулся Ингельд.
– Что это значит?
– Я больше чем просто Ингельд. Для тебя я почти что бог.
Роланд скривился.
– Ты сошел с ума, Ингельд. Еще в тот день, когда ты... – Роланд скрипнул зубами. – Все эти десять лет я хотел найти тебя, чтобы спросить за их смерть, но теперь... Не знаю, – Роланд покачал головой. – Ты просто безумец.
– Безумец? Что ты называешь безумством?
Ингельд вскинул руки и пепел под ногами Роланда зашевелился, прорастая щупальцами и клешнями. Карнелиец отшатнулся под дикий хохот Ингельда.
Выросшее из золы чудовище потопталось на месте, а затем с утробным рычанием набросилось на Роланда. Молнией засверкал меч карнелийца, монстр осыпался на землю кровоточащими кусками, но каждый из них тотчас задергался...
– Это, по-твоему, безумие?
Ингельд щелкнул пальцами и трепещущие куски плоти рассыпались в прах.
– Если я безумец, кого же ты назовешь богом?
Роланд медленно стал обходить Ингельда по кругу.
– Все это не имеет значения, – прошептал Роланд. – Ты не просто безумец, Ингельд, ты опасный безумец. Я остановлю тебя!
Ингельд поморщился.
– Что толку объяснять червяку что такое бог... Хочешь моей смерти? Тогда поторопись, у меня сегодня еще есть кое-какие дела.
Роланд кружил вокруг Ингельда, выискивая малейший изъян в его обороне,
– Ну что же ты? – усмехнулся Ингельд. – Боишься бросить вызов богу? Или не хватает духу прикончить родного брата? А-а, понял – не хочешь атаковать первым, так? Хочешь, чтобы я открылся, допустил ошибку, да? Ну ладно, пойдем тебе навстречу. Я атакую, ты готов?
Страшной силы удар отбросил Роланда к магической стене. Та неожиданно оказалась твердой как камень и Роланд сполз на землю, почти потеряв сознание. Перед глазами поплыли сверкающие круги, в голове набатом забухала кровь.
Голос Ингельда донесся как из-под земли.
– Ну же, Роланд, атакуй. Теперь-то ты наверняка засек все мои бреши в защите? Ну давай, действуй.
Сжав челюсти, Роланд со стоном оторвался от земли, и наконец встал на ноги.
– Молодец! – кивнул Ингельд. – А теперь еще раз.
Роланд вновь хрястнулся об стену и рухнул на землю, хрипя и выкашливая кровь.
– Давай, Роланд, вставай. Я подарю тебе смерть, о которой мечтает любой карнелиец. Ты умрешь как настоящий герой, в бою, с мечом в руках, все как положено.
Уперевшись спиной в купол, Роланд стал подниматься. Голова кружилась, дрожали и подгибались колени, но он, цепляясь взглядом за смутно темнеющую сквозь кровавую пелену фигуру Ингельда, кое-как выпрямился, выставил меч...
– Отлично!
Ухмыляющееся лицо Ингельда вдруг очутилось совсем близко, так что клинок почти коснулся его шеи, но в тот же миг глаза Ингельда полыхнули нечеловеческим огнем и мир вокруг Роланда закувыркался. А затем последовал тяжелый удар, от которого голова едва не взорвалась от нестерпимой боли. В глазах потемнело, и только на ощупь Роланд понял, что опять лежит возле купола.
Глаза заливала кровь, и не было сил, чтобы вытереть лицо. И все же, сквозь слипающиеся веки и багровый туман Роланд разглядел припавших к прозрачной стене друзей. Почти у самой земли, как раз напротив себя, Роланд разглядел лицо Киры. В широко распахнутых глазах ее блестели слезы, рот открывался и закрывался, но крика он не услышал. То ли из-за стены, то ли что-то случилось у него со слухом...
Роланд с трудом перевернулся на другой бок. Едва шевеля распухшими губами, выплюнул кровь, перемешанную во рту с пеплом. Скрежеща зубами от боли, вскинул все-таки руку и вытер глаза.
Ингельд стоял в нескольких шагах от него. И на его лице по-прежнему играла омерзительная усмешка.
– Ты еще живой, Роланд? Это хорошо, а то я готов был уже разочароваться в тебе. Давай, подымайся и подбери меч, он в двух шагах от тебя, сам понимаешь, без меча карнелийцу никак нельзя.
Рыча от боли и ярости, Роланд вновь уперся в стену, и стал подниматься.
– Да, ты настоящий герой, Роланд, – заметил Ингельд. – О твоей смерти будут слагать песни.
Роланд медленно оторвался от стены. Его посеревшее от пепла лицо расчертили струйки пота и крови, но вытираться он даже не пытался – берег силы. С трудом переставляя дрожащие и подгибающиеся ноги, двинулся на Ингельда.