Размах Келланведа
Шрифт:
Многие из собравшихся заулыбались, слыша выспреннюю фразу. Густые брови иноземца сошлись вместе, словно он был так туп, что не заметил скрытого оскорбления. Он кивнул и поклонился.
– Похоже, я перепил.
– Осушил кубок и схватил со стола усыпанные железными клепками перчатки, отдал честь.
– Вперед, к славной победе, сир!
Полог шатра упал за его спиной.
Снаружи наемник прошептал, хотя слушал его лишь холодный сырой ветер Западного моря: - Но к чьей победе?
От ближайшего костра встали четверо. Покрытый шрамами викан с дикой гривой спутанных волос, в длинной кожаной куртке;
– Он ведь не станет атаковать?
– требовательно спросила женщина.
Орджин вздохнул, засовывая перчатки за пояс.
– Станет.
– А леса?
– сказал лысый долговяз.
– Барон Генст Тералл заверяет, что леса чисты.
– Среди деревьев кони, - буркнул викан.
– Я чую их.
– Да что ты знаешь насчет коней?
– хихикнул дряхлый дальхонезец.
– Роскошно! Аркедий, ты единственный викан без коня!
Викан ответил медленно, скрипя зубами: - Я же говорил... что дал обет.
Орджин повел рукой, требуя тишины.
– Передать всем: держитесь поближе ко мне. Может, завтра нам придется прорубать дорогу прямо из ладони Худа.
Четверо ответили: - Да, капитан.
Вероятно, поведение Орджина на совете было сочтено грубым и неподобающим, ибо наутро он обнаружил свой отряд помещенным в резерв, в самой глубине строя. Его солдатам не видеть славы в грядущей битве... чему он был почти рад. Он пришел не ради славы - пусть она достается аристократам, рожденным для битв и побед. Он пришел... да, он даже не мог сказать, зачем явился сюда. Это вышло почти случайно. Покинув Гени, мелкий и ничем не знаменитый островок, он начал зарабатывать тем единственным, к чему оказался способен. Орудовал мечом. Несколько лет, и он обнаружил, что стал почти знаменит, что имя его способно привлекать соратников. Теперь он назначен капитаном, хотя не совсем официально; да и отряд его не был настоящей наемной ротой - скорее крупной дружиной, какие собирали вожди древности.
Итак, на заре он и его товарищи встали, держа руки на оружейных поясах (хотя лысый великан Орхен из Феннов, к примеру, обеими руками держался за алебарду высотой локтей в двенадцать).
Едва утреннее солнце выжгло туман и согрело равнину, слабый звук столкновения донесся даже в задние ряды строя.
– Застрельщики меряются удалью, - сказала Тераз. Скрытые перчатками руки сжимали и отпускали потертые рукояти дуэльных клинков.
Викан Аркедий согласно хмыкнул.
– Знаете, - заметил Орхен, - в битвах я привык видеть не только зады офицерских лошадей.
– Я бы сказал, именно в зад нас засунули, - буркнул викан.
Мечница успела почистить зубы ивовой веточкой и выбросила ее. Сплюнула.
– Знаете, что говорят у нас на востоке, в Анте насчет нескончаемой пурдже-талианской войны?
– Что, Тераз?
– рассеянно сказал Орджин, вслушивавшийся в растущий рокот боя. Похоже, легкая и средняя пехота уже шагали в сшибку.
– Говорят, что война с Пурджем лишь держит талианцев в должной форме.
Великан хохотнул, что скорее походило на рокот обвала.
–
Орджин почесал щеку, вслушиваясь все внимательнее.
– Думаю, ты права, Тераз.
Гул докатился до тылов, ясно указывая, где поле боя. Там уже сошлись главные силы - когорты средней пехоты. Кавалерия обеих армий представляла собой по преимуществу конных офицеров и вестовых, нужных для мобильности и связи, а не ради лихой рубки.
– Сейчас или никогда...
– вздохнул он громко.
Впрочем, ему не пришлось услышать ожидаемых воплей отчаяния и паники. Конные офицеры Ном Пурджа растерянно, но довольно храбро поворачивали скакунов к востоку. Орджин понял, что резервы Квон-Тали показались из леса; впрочем, битва шла еще слишком далеко от них.
– Готовь оружие!
– заревел он отряду.
Натиск атакующих квонцев и талианцев отзывался устрашающих грохотом, почва подрагивала под ногами. Орджин понимал, что у сил Пурджа еще есть шанс - пока они стоят и упорно сопротивляются. Однако один прорыв, одна изменившая рота могут прорвать всю плотину строя. Так или иначе, его отряд узнает исход в числе последних.
После добрых двадцати минут ожесточенной схватки показалась пехота Пурджа. Солдаты проносились мимо, иные даже бросали на бегу оружие. Орджин отыскал взглядом отрядного мага, шамана по имени Юн, и кивнул его. Дальхонезец разогнул спину и один раз ударил по земле утыканным вороньими перьями посохом. Удар отлично донесся до каждого солдата отряда, означая "Сплотиться!"
Теперь показались конные дворяне, побитые и окровавленные. Они раздвигали мельтешащих пехотинцев, проплывая мимо отряда.
– Где Элез?
– крикнул он грохочущим конникам.
– Чтоб вас! Что творится?
– Никто не обратил внимания. Орджин заметил барона Генста - испуганного, с диким взором - и побежал к нему, раздвигая солдат. Махнул всаднику.
– С дороги, проклятый!
– заорал барон.
– Обуздай войска, пока еще можно!
– закричал Орджин в ответ.
Генст попытался проскользнуть мимо него.
– Королева должна получить весть, собака!
– Как насчет леса?
– сказал Орджин.
– Квонцы появились из леса!
Их взгляды сплелись на одно мгновение, потом барон отвернулся, весь покраснев. Пораженный Орджин опустил руки.
– Ты, Худом клятый ублюдок...
Улучив момент, Генст проехал мимо и вонзил шпоры в конские бока.
Отряд настиг Орджина, неподвижного и все еще пялящегося вослед далекой фигуре беглого аристократа. Бойцы окружили его, отгоняя нарастающий поток оставивших битву беглецов, плашмя ударяя их клинками. Великан Орхен растолкал всех.
– Приказы?
– зарокотал он.
Заморгав и придя в себя, Орджин махнул рукой в сторону востока.
– Ищем укрытие в лесах, всем держаться вместе!
Орхен склонил лысую, покрытую шрамами голову.
– Слушаюсь.
– Повел над головой огромной алебардой, чертя круг и указывая на восток. Как один человек, группа двинулась, с Орджином впереди.
По пути тот выделил в клубящейся толпе женщину-вестового, в крови от удара в голову. Та еле шагала, без видимой цели. Он оторвался от группы и встряхнул ее за плечо.
– Что случилось, возьми нас Худ?!