Разожженный
Шрифт:
Сетх побледнел, Нефтида дрожала.
– Тебе нужно знать, что Осирис жив, - храбро сказала она. Он не дрогнул, и она продолжила. – Ты не уничтожил его, как хотел. Исида создала новое тело, и их связь позволила ему вернуться. Знаю, ты ненавидишь его. Его громкий смех для тебя звучит как насмешка. Когда ты видишь их вместе, тебе больно. Ты чувствуешь себя униженно рядом с ним. И я знаю, что ты думаешь, что любишь Исиду, но, если бы ты смотрел на них внимательно, то понял бы, что она может быть счастлива только с ним. К тебе у нее таких чувств нет.
–
– Да, но ты думаешь не о том.
– А о чем нужно думать, дорогая жена?
– Что это хорошо. Ты не зашел слишком далеко, откуда нет возврата. Амун-Ра простит это. То, что ты сделал, исправлено. Я исправила это за тебя, - ее улыбка была натянутой.
Мышца дергалась на его челюсти, и она поспешила закончить.
– Прошу, Сетх, сойди с этого пути. Я знаю, что тебя мотивирует. Ты хочешь, чтобы тебя приняли. Чтобы уважали, ценили и любили. Ты хочешь восхищения, которого тебе не давали, ты хочешь ощутить, что твое мнение такое же важное, как у остальных. Ты это получишь, обещаю. Тебе нужно лишь выждать.
– Зачем мне ждать, если я уже ждал слишком долго? С чего мне верить твоим видениям? Верить тебе? Я же вижу, что ты оцениваешь меня не так, как остальных. Ты тоже смотришь на меня свысока. Не отрицай этого.
Нефтида замешкалась, не зная, что сказать. Она осторожно и тихо ответила:
– Ты прав, - призналась она. – Хоть я не люблю тебя, как жена любит мужа, звезды показали, что придет время, когда я полюблю тебя. И мы будем счастливы, а в космосе будет гармония, и все желания твоего сердца исполнятся. Если помнить об этом, ты найдешь силу терпеть остальных, дашь мне время стать нужной тебе женой. Дай Исиде и Осирису жить счастливо, муж.
Нефтида замолчала и смотрела в мрачные глаза Сетха. Наконец, он заговорил:
– Моя честная жена, - начал он, гладя пальцами ее перья. – Я благодарен тебе за открытые чувства. Я вижу, что ты говорила искренне. Но ты ошибаешься. Видения запутали тебя. Не насчет меня. Все, чего я хочу, конечно, придет, но этого не случится, если я буду почивать на лаврах. Мне надоело просить у всех об услуге, одолжении. Космос много раз повторял урок, что получить что-то можно, забрав это. Никто не будет так добр, чтобы просто дать мне это. Так что я буду править. Космос будет в гармонии. И ты станешь правильной женой. Если мне придется придать тебе для этого нужные черты, я это сделаю.
Сетх провел кончиками пальцев от ее уха к подбородку.
– Знай, я не виню тебя за то, что ты ревнуешь меня к Исиде.
– Нет, - Нефтида покачала головой. – Это не то…
Сетх склонился и прервал ее протест:
– А стоит, - прошептал он ей на ухо соблазняющим тоном. – Я всегда буду хотеть ее больше тебя. Ты узнаешь, что значит быть вторым вариантом. Тем, кто остается позади. Но ты сильная, и я хочу использовать твою силу, как мне пожелается. И вообще, зачем мне довольствоваться одной женой, одной богиней, если можно получить двух?
Горячие слезы жалили глаза Нефтиды, она старалась
– Но Осирис… - начала она.
– Его можно отменить снова, - оскалился он. – Кстати, благодарю. Второй раз станет интересным экспериментом. Может, в этот раз я получу больше его силы, - Сетх коснулся кончика ее носа. – Уже пошли слухи о моей силе. Люди Гелиополиса начали бояться меня. Вскоре они увидят, что я – самый сильный бог. Они забудут и Амун-Ра.
– Ты не сильнее него.
– Может, нет. Но когда я отменю всех богов, мы посмотрим, кто сильнее.
Нефтида поежилась. И Сетх обрадовался, поняв, что и она боится его. Так было лучше. Ему не нравилось, что она знала больше него. Он не позволил бы ей думать, что все в ее власти.
– Конечно, – продолжил он, - ты понимаешь, что я должен наказать тебя за действия за моей спиной. Нельзя, чтобы весь Гелиополис понял, что я не в состоянии управиться с женой.
Нефтида напряженно выпрямилась, а он обошел ее по кругу, оценивая со всех ракурсов. Она побледнела, ее нижняя губа дрожала. Она прекрасно знала, что грядет. Она надеялась, что ее слова повернут его на другой путь, но в глубине сердца знала, что не сможет отвернуть его от желаний. Ее веки опустились, она прижала крылья к себе, словно защищаясь от того, что он будет делать.
Сетх прошептал слова, что изменили ее навеки, и она вскрикнула, потеряв это. Удар был резким и жестоким, боль была скорее психологической, чем физической, а нервные окончания покалывало, словно острый нож все еще был в ней. Ее глаза наполнились слезами, она прижала ладони к лицу, чтобы подавить всхлипы, сотрясающие ее тело.
– Ну, ну, - сказал Сетх с сожалением во взгляде, убрал ладони от ее лица и грубо вытер слезы. – Ты сама виновата, ты это знаешь.
– Как ты мог? – спросила Нефтида прерывающимся голосом.
Его глаза загорелись праведным гневом.
– Я не хотел, Нефтида. Ты заставила меня. Жаль, что так, - он склонился и прошептал. – Только твои крылья мне в тебе и нравились.
Она помрачнела.
– Я думала, что тот, кто страдал от рук других, будет обладать большим состраданием.
Сетх хмыкнул.
– Да… может, в следующий раз ты подумаешь лучше, прежде чем хитрить за моей спиной.
Он развернулся и тряхнул руками, словно касался чего-то неприятного, после чего пошел к двери.
– Я не хитрила, - тихо возразила Нефтида ему в спину. – Я тебя спасала.
Если он и услышал это, то не отреагировал.
Нефтида рухнула на пол, там ее и нашел Амун-Ра.
Его гневное выражение лица пылало светом тысячи солнц, когда он подхватил ее на руки.
– Он умрет за такое, - пообещал Амун-Ра.
Нефтида прижала ладонь к его щеке.
– Нет. Нельзя. Пока что. Он нам нужен.
Амун-Ра осторожно поднял ее и отнес к дивану. Но он не опустил ее туда, а сам лег на мягкие подушки, а Нефтиду уложил на себя. Его руки были сильными, она прижалась щекой к его груди. Он не говорил, пока она не выплакалась.