Разр
Шрифт:
– Пошли, придурок.
– Гадес приобнял Разра за плечи и повёл его по коридору, оставляя её наедине с абсолютной незнакомкой. В странном месте со странными вещами. В любой момент она могла бы начать распылять алмазную крошку.
– Не переживай, Джедда, - кинул Разр через плечо и вперил в неё взгляд, уверяя в правдивости слов.
– Здесь ты в безопасности. Обещаю.
Сумасшествие ли верить ему? Тому, кого едва знала? Вероятно, но она никогда не встречала того, чья энергия так совпадала с её. Словно Разр как-то пробрался в её систему и сжал в кулак сущность её камня жизни, вытекающую прямо из бриллианта Еноха. Это любовь?
– Хочешь экскурсию?
– спросила Лиллиана, прерывая сумасбродные мысли Джедды.
– Ребята будут заняты какое-то время. Разр нас найдёт.
Джедда, от нечего делать, согласилась. К тому же, ей было любопытно. Перед ней уникальная возможность, и Джедда могла бы найти новые драгоценные камни в том, из чего сделано это таинственное царство.
Экскурсия оказалась увлекательной. Они с Лиллианой гуляли по лесам, полным животных из мира людей, и наблюдали, как десятки мемитимов спарринговались и играли в командные виды спорта. Видимо, командный спорт идея Разра, чтобы развить навык работы с кем-то. Лиллиана говорила, что поначалу было много ругани и драк, но теперь мемитимы - подумать только, это всё дети Азагота - лучше работали вместе. Джедда даже познакомилась с несколькими Не-падшими, что было странно, даже сумасбродски. По-видимому, Не-падшим, чтобы стать полностью падшим, нужно спуститься в Шеул-подземку, а эти ребята выбрали безопасность убежища Азагота. Они жили в страхе, что их насильно затащат в ад, что уничтожат любой шанс на искупление. Джедда дрожала, когда они с Лиллианой вернулись в главное здание.
– Ты в порядке?
– спросила Лиллиана, открывая Джедде дверь.
– Да, просто не понимала, через что прошёл Разр. Он должно быть в ужасе от вероятности не вернуться на Небеса.
– Ну, Небеса не такие, как о них думают, - сухо заметила Лиллиана.
Джедда вспомнила Бекки, одну из прихожан.
– Я знаю несколько людей, которые были бы огорчены, услышав такое.
Лиллиана рассмеялась.
– Людям на Небесах неплохо. А для Ангелов... это лишь работа и политика.
– Она повернула в узкий коридор.
– Голодна? Попрошу Сюзанну принести чай и булочки.
В это мгновение у Джедды заурчало в животе.
– Прекрасно.
Лиллиана привела её в небольшую, элегантную столовую, где был накрыт стол с обещанными закусками. Неся поднос с канапе, через арочный проём прошла высокая брюнетка, одетая в простые джинсы и облегающую чёрную майку.
– Всё готово, - произнесла женщина, ставя поднос на стол.
– Знаю, ты не просила сэндвичей, но мне нравится их делать.
– Сюзанне нравится делать еду малюсенькими порциями, - пояснила Лиллиана.
– Когда её смена на кухне, мы едим всё маленькое.
Сюзанна упёрлась кулаком в бедро.
– На один укус...
– Правильный размер, - закончила за неё Лиллиана, шутя, закатывая глаза.
– Очень смешно, - пробормотала Сюзанна.
– И если не возражаешь, пойду, проверю своего человека.
Джедда села.
– Её человека?
Лиллиана налила чай в две миниатюрный кружки с золотой каёмочкой. Шеул-Гра очень странный, самое обескураживающее сочетание обычного и ужасающего.
– Помнишь, я говорила, что мемитимы должны защищать людей, которых называют праймори?
– спросила Лиллиана.
Джедда кивнула, вспоминая рассказ Лиллианы о людях и даже демонах,
– Ну, - продолжила Лиллиана, - Сюзанна только получила своего первого праймори. Мы так гордимся.
Улыбаясь, Сюзанна вытянула руку, обнажив небольшую круглую отметину на запястье.
– Это геральди, символ его жизни. Если он пылает, праймори в опасности. Сейчас с ним всё хорошо, но я должна его проверить.
Лиллиана наклонилась к Джедде и заговорщически зашептала:
– Сюзанна влюбилась.
– Нет, - возразила Сюзанна с ярким румянцем на щеках.
– Он всё равно должен умереть и забрать с собой эту некрокротчевскую шлюху.
Улыбка Лиллианы дрогнула.
– Сьюз, не вмешивайся. Ты же понимаешь.
– Знаю, знаю, - отмахнулась Сюзанна и направилась к двери, вероятно, желая избежать лекции.
– Секс с людьми плохо. Но могу я высказаться о некрокротче.
– Некрокротч?
– Из кухни с пакетом чипсов вышел белокурый мужчина, которого сопровождал ещё один с такими же длинными до плеч, но чуть темнее волосами. Оба одеты в кожаные одежды, а в кобурах на груди и поясе было оружие.
– Мило. Я её точно перехвачу.
Лиллиана указала на парней.
– Тот болтун - брат и наставник Сюзанны - Хокин. А тот, косящий под Фабио [4]– Сайфер, не-падший.
– Я называю их Нечестивая Пара, - поддразнила Сюзанна.
Сайфер нахмурился.
– А кто такой Фабио?
– Модель с обложек...
– Лиллиана замолчала, когда Сайфер выпятил грудь.
– Модель с обложки? Чёрт, круто как!
Хокин ударил приятеля в плечо, и они, шутливо дерясь, ушли, оставив Джедду восхищаться моментом нормальной жизни в этом невероятно странном месте. Она бы никогда не подумала, что живущие в подземном мире могут быть такими... счастливыми.
4
Фабио - Фабио Ланзони (родился 15 марта, 1959), известный просто как Фабио, итальянская мужская модель и актер, который появлялся на обложке сотен любовных романов на протяжении 1980-х и 1990-х
– Я тоже пошла, - сказала Сюзанна.
– Меня ждёт праймори.
– Будь осторожна, - крикнула Лиллиана, но в ответ на переживания, получила средний палец.
– Сюзанна - странное имя для ангела, - проговорила Джедда, смотря вслед мемитиму.
– Мемитимов растят люди, так что у них вполне обычные имена, соответствующие времени и местности их взросления. Сюзанна довольно молода.
– Ух ты.
– Джедда тряхнула головой и добавила мед в чай.
– Среди мемитимов есть твои дети?
И прежде чем вопрос слетел с губ, Джедда захотела вмазать себе. Лиллиана объяснила, что у мемитимов много разных мам, но до Джедды только что дошло, что и она могла не быть одной из них. В любом случае, тема-то щекотливая. К счастью, Лиллиану этот вопрос не угнетал.
– У нас с Азаготом ещё нет детей.
– Она положила в чай кусочек сахара.
– Сейчас наше время, которым мы наслаждаемся.
Ого. Джедда не так много времени проводила с демонами или в мире демонов, но большая часть того, что она испытала в присутствии таковых - чистый хаос. Эти же люди были сосредоточены, умны и искренни. Потянувшись за сэндвичем, она изумлённо покачала головой.