Разрушь преисподнюю!
Шрифт:
Гулиному взору предстали герои-защитники. Куртка на Лене была порвана в клочья. Сам он потирал ушибленное плечо, и под глазом у него красовался здоровенный фингал С возгласом «мамочки!» Гуля бросилась к другу. Остальные участники побоища тоже получили повреждения внешности и одежды.
Медведев из 10-го «А» с четырьмя юными качками исподлобья взирали на Леню с Гулей. Затем один из четверки, отбросив обрезок трубы, подошел и потрогал Ленин фингал.
– Ништяк, – сказал он, протянув для пожатия руку. – Заживет
Дружки его засмеялись, пялясь на Гулю.
В «жигуленке» Даша поинтересовалась:
– Дозвонился до Светки?
Глеб включил зажигание.
– Наверняка.
– Что значит «наверняка»? Ты не уверен, дозвонился или нет?
– Я на урок опаздывал. Дозванивался Стас.
Даша положила голову мужу на плечо.
– Ладно. Адрес Курощупова для Светки не проблема.
– Смелая мысль. – Глеб отъехал от школьных ворот. – Горжусь вами, Дарья Николаевна.
– Поехидничай. – Даша куснула его за ухо. – Щас ам – и нету.
Глеб всмотрелся в окно.
– Либо откусывай, либо отпусти. – Он притормозил у тротуара. – Кажется, опять неприятности.
Даша проследила за его взглядом.
– Ленька с Гулькой… что там с ними?
– Пойду выясню.
– Я с тобой.
– Щас по рогам, в лоб и по уху. Поняла? – Глеб выскользнул из машины, тихо прикрыв дверцу.
Леня и Гуля стояли метрах в пятидесяти. Ни они сами, ни обступившие их Медведев с дружками учителя не заметили.
– Копченые ваще оборзели! – возмущался здоровенный пацан с обрезком трубы. – Весь район, прикинь, захапали!
– И давно? – спросил Леня.
– Дней десять уж. – Медведев удивленно воззрился на Леню с Гулей. – К вам они впервые, что ли, прицепились?
Леня и Гуля переглянулись.
– Как вам сказать… – пробормотал Леня.
Один из подростков фыркнул.
– Во терпило! Фонарь под глазом схлопотал и лопочет: «Как вам сказать, как…»
– Заглохни, Сева! – осадил его здоровяк. – Никакой он не терпило. Видал, как он копченого приделал? Зуб выбил, бля буду.
После короткого молчания Медведев кивнул на растерзанную Ленину куртку.
– Дома влетит?
Гуля тяжко вздохнула. Леня бесшабашно отмахнулся.
– Мелочи жизни.
В этот момент Глеб приблизился вплотную.
– Привет честной компании!
Компания замерла. Затем здоровяк крикнул:
– Француз! Линяем! – И вместе с Медведевым дал стрекоча.
Остальные, однако, продолжали стоять.
Глеб в несколько прыжков настиг сперва одного, затем второго беглеца и вернулся, держа их под мышками.
– Спокуха, ковбои! – объявил он, ставя подростков на ноги. – Никаких репрессий не последует – лишь деловой базар. Колитесь про копченых.
Медведев баском заканючил:
– А че мы-то? Копченые сами, –
– Коню ясно, – перебил Глеб, – теперь вы хорошие парни. Но растолкуйте, что здесь произошло. И что вообще происходит.
После хмурых переглядок и невразумительного мычания пацаны вкратце обрисовали положение вещей. «Придурки в сумраке», или «копченые», хозяйничали здесь так же, как в районе Саши Колесникова. Потирая переносицу, Глеб перевел взгляд с притихших Лени и Гули на Медведева с дружками.
– Воюете, значит?
Здоровяк ответил с вызовом:
– А че, смотреть на них?
Рядом вдруг затормозил синий «Мицубиси». Дверца распахнулась, и на тротуар выпрыгнул Василий в спортивном костюме. Окинув взглядом Глеба, растерзанного Леню с Гулей и братца с дружками, он истолковал мизансцену по-своему.
– Опять, блин?! – Василий наградил Медведева-младшего увесистой затрещиной. – Сколько учить вас, шалупонь сопливая?! – Такие же затрещины огребли четыре дружка, и никто из них не пикнул. – Извини, Француз… э-э… Глеб Михайлович! Я им бошки поотрываю!
Глеб вздохнул.
– Что за психопатство, Сильвестр? Примчался тут, руки распускаешь… Парни молодцы, порядок наводили, а ты: «Бошки поотрываю!»
Василий недоверчиво оглядел побитую компанию и остановил взор на Лене Рюмине.
– Угу, порядок… Кто ж тогда этого оприходовал?
– Не они, – заверил Глеб. – Как раз они его выручили.
Взгляд Василия выразил изумление.
– Без понтов?
Леня кивнул.
– Если б они не вмешались, даже не знаю… А это, – Леня оторвал лоскут от куртки, – это в драке с другими.
Василий расплылся в белозубой улыбке.
– Извини, мелкий, – приобнял он брата. – Я облажался, плеер твой.
Медведев-младший просиял.
– Ты это… без понтов?
– Железно. – Василий пожал руку каждому из четырех пацанов. – Извините, мужики: мой прокол. Можете грузить меня – все сделаю.
Пацаны заулыбались, и здоровяк пообещал:
– Нагрузим, Вася.
– Нет базара, – кивнул Василий. – А теперь валите. Мне с Французом… э-э… с Глебом Михайловичем поговорить надо.
Медведев-младший с дружками подчинились беспрекословно и отправились восвояси.
Гуля, с беспокойством косясь на апатичного Леню, сказала:
– Мы тоже пойдем, Глеб Михайлович.
– Я вам пойду! – Глеб махнул Даше, которая тотчас подкатила в «жигуленке». – Полезайте в машину, развезу по домам.
– Еще чего? – подал голос Леня. – Мы умеем ножками.
Глеб побледнел от ярости.
– В машину, засранцы! Там поговорим!
Леня с Гулей поплелись к «жигуленку». Даша изнутри приоткрыла заднюю дверцу, и ребята нырнули в автомобиль.
Василий усмехнулся.
– Не круто ли ты? Они, блин, и так пострадали…