Разрушитель меча
Шрифт:
Все мужчины, сидевшие за столами, замолчали и застыли. Они смотрели на нее.
Чудо в белом бурнусе стояло на пороге и через всю кантину разглядывало меня глазами голубыми, как Северные озера… только теперь я знал этот цвет не по слухам.
Я вытянул ноги, усмехнулся и удовлетворенно вздохнул, когда она подошла к моему столу.
— Я продала кобылу, — сказала она, — договорилась с капитаном корабля и купила запасы в дорогу, — она покосилась на полные фляги, сваленные на столе. — Я позволю тебе взять акиви.
— Я
— Так куда мы теперь?
— На корабль.
— Нет, я хотел спросить куда мы плывем?
— А-а, — Дел пробралась через толпу рыбаков. — Ты же говорил, что тебе это безразлично.
— Мне это совершенно безразлично, я спрашиваю из любопытства.
— Единственный корабль, отплывающий завтра, направляется к месту под названием Скандия.
— Как?
— Скандия.
— Никогда не слышал.
— Я тоже.
Я натолкнулся плечом на мужчину, извинился, обошел хромую женщину.
— Скандия? — неожиданно переспросил я.
— Да.
— Что-то знакомое, — я сделал два широких шага, спохватился и подстроился под Дел. — По-моему, так называл меня чужеземец в Джуле? Ты еще говорила, что он похож на меня?
— Скандиец. Он спросил, не скандиец ли ты, — Дел остановилась и заглянула мне в лицо. — Мы думали, что это имя… а может он имел в виду место? Он подумал, что ты с его родины?
Я тоже остановился и долго смотрел на нее. Это была новая, неожиданная возможность. Мне нужно было обдумать так много, что я сдался.
— Ну хорошо. Выясним все на месте, раз уж все равно туда плывем, — поверх ее плеча я осмотрел пристань и громады парусов. — Это наш корабль?
Она обернулась.
— Нет. Рядом.
Я нахмурился и пожевал губу. Ни одно из этих сооружений доверия не внушало.
— Пошли, — сказала Дел, подталкивая меня. — Все будет хорошо.
На закате мы стояли рядом на пристани и, глядя на неспокойную черную воду, рассуждали о будущем.
— Ты думаешь, мы правильно поступаем? — тихо спросила Дел.
Я пожал плечами.
— Не знаю. По-моему, выбирать нам не приходится.
Она вздохнула.
— Наверное ты прав.
Я постарался вложить в голос хоть толику оптимизма.
— Кроме того, подумай о странах, которые мы увидим, о людях, которых мы встретим. О новых приключениях.
Дел покосилась на меня.
— Вот все это тебя никогда не интересовало.
Я прижал руку к сердцу и оскорбился:
— Ты просто ранишь мои чувства. Ты высказываешь обо мне совершенно четкое суждение и категорически отказываешься предположить, что можешь ошибаться.
Дел фыркнула.
— Я тебя слишком хорошо знаю.
Еще немного подразнив друг друга, мы погрузились в неловкое молчание. Корабль скрипел, качался и терся о причал. С твердой землей его соединяла только широкая
Я яростно поскреб шрамы песчаного тигра почерневшим ногтем большого пальца.
— Посмотри на это с другой стороны — у нас появляется шанс начать все сначала.
— Тебе это не понравится, — отрезала она.
Я воинственно выгнул бровь.
— А почему ты так уверена?
— Уверена. Ты слишком долго был Песчаным Тигром, а теперь тебе придется жить анонимно.
— Ано… как?
Дел улыбнулась.
— Это когда никто не знает, кто ты.
— Аиды, какая разница? Я был шишкой и джихади. И то, и другое принесло мне одни неприятности, — и в результате я стал борджуни — только вслух я это не сказал.
Дел посмотрела мне в лицо и на секунду сжала мой локоть.
— Прости, Тигр. Хотела бы я, чтобы все было по-другому.
Я равнодушно пожал плечами.
— Акиви уже пролили… Да и вообще, Дел, я сам сделал этот выбор. Никто не держал нож у моей спины и не приказывал разбить круг. Я пересек
линию по своей воле. И никто не сможет отрицать, что мой план не сработал.
Она отвернулась и тихо подтвердила:
— Сработал.
— И кроме того… — продолжил я, но не закончил.
Дел подождала, потом мягко напомнила:
— Кроме того что?
— Это не дом. Уже не дом. Это не тот Юг… — я замолчал и задумался.
— А может и тот, просто я не могу жить так дальше. Раньше, когда мы только вернулись с Севера, до Искандара, мне было хорошо. Я чувствовал себя дома. А потом был Искандар, и старый хустафа бросал песок, а потом Аббу и Сабра, и все остальные… — я вздохнул. — Я не мессия. Идея пришла мне в голову случайно. Может что-то получится, а может и нет, эти каналы с водой. До этого мог додуматься каждый, но получилось так, что именно я, — я пожал плечами. — И теперь все встало на свои места. Джихади это не божественный посланец и не святой… он — избитый и уставший танцор меча, который никогда уже не сможет войти в настоящий круг… — я резко замолчал, пристально вглядываясь в расплывчатые контуры корабля, качавшегося в полутьме на волнах. — Кроме того, ты потеряла больше, — добавил я, когда справился с голосом. — Ты снова лишилась Джамайла.
— Да, — тихо сказала она.
— И своей яватмы.
— И ты, — парировала она.
Я покачал головой.
— Меч никогда не значил для меня так много, как для тебя. Ты прекрасно знаешь это, баска.
Она слепо смотрела на корабль, потом молча повернулась и ушла. Я не стал ее останавливать — иногда от этого человеку только хуже. Ночную тишину нарушил долгий, прерывистый вздох. Он оборвался внезапно, словно человек захлебнулся им. Дел лежала ко мне спиной и я почувствовал, как вздрогнуло ее тело. Я приподнялся, повернулся, взял ее ладонь в свою и, сильно сжимая, прижал к груди.