Разрушитель
Шрифт:
– Кир Астур, вы видите то же, что и я? – тонкий старческий голос прозвучал в напряженной тишине особенно громко.
– Мне не нужно видеть корону, мне достаточно посмотреть в его лицо, – так же скрипуче отозвался неизвестный Алану кир Астур. – Я готов отдать свой лучший бриллиант, если ошибаюсь, но это сын Айро Второго. Одно лицо! Сир, примите мое восхищение и искренние заверения в верности. Когда-то я присягал вашему деду, а в его лице
– всему роду, и вот дождался справедливого суда Ирия над узурпатором, который в компании Наместника развалил страну!
–
– Плевать! Слава о деяниях герцога Вас’Хантера бежит впереди него. То, что я слышал о нем, вселяет в мое старое сердце надежду, что наконец будет разогнано это стадо бездельников и подхалимов, и власть опять сосредоточится в руках короля, а не храмовников! Кстати, виконтесса, у тебя ведь траур, так что ты делаешь в этом… ?
Ворон склонился к уху Алана и тихо пояснил:
– Место, где Вадий принимает подхалимов и развратников.
«Бордель», – перевел для себя Алан, заметив удивленный взгляд Винсента.
Видно, ксену, который держался обособленно, не донесли, что герцог Вас’Хантер не всегда понимает некоторые слова. Травма головы, тяжелое детство, отягощенная наследственность… Что поделать, ваш король немного странен и много неадекватен.
Вокруг тихонько загомонили, Алан же тихонько шепнул Ворону:
– Мне уже нравится этот дедуля.
Расталкивая толпу, к ним шел сухенький седой старичок с тростью. Он был одет в слегка потертые на локтях и коленях черные бархатные камзол и штаны. Образ обедневшего дворянина довершали короткие, видавшие лучшие времена сапоги. Зато трость была произведением искусства, элегантная, с рукояткой в виде головы зверя, вместо глаз – изумруды, в оскаленной пасти - рубин. Черная трость даже издали вызывала у Алана трепетное желание взять ее в руки и рассмотреть в подробностях надписи, сделанные вокруг рукоятки.
Следом за ним, постоянно извиняясь, протискивалась его полная противоположность – полный лысый старик, одетый в ярко-зеленое нечто с развевающимися фалдами. На его лысине блестела испарина, щеки и руки покрывали коричневые пигментные пятна, а в серых глазах застыли страх и предвкушение.
– Кир Астур, – приветливо улыбнулся Алан и, подражая киношным королям, сделал микроскопический шаг вперед. – Рад видеть вас во здравии.
– Ах, сир!– Старичок гордо окинул взглядом замерших придворных. – Вы меня знаете?
– Конечно, – не моргнув, солгал Алан, которому как никогда не хватало рядом опытного царедворца. И где черти носят герцога Верги? Хотя о чем говорить, сам же пришел на две рыски раньше договоренного срока. – Увы, из- за действий врагов я был все эти годы изолирован от моего народа и верных друзей, но соратников отца я знаю.
«Видит Вадий, я даже имени твоего до сих пор не слышал».
Но надо держать лицо. Что-то
– Мы уж и не чаяли увидеть корону Королей, – с почтительным трепетом произнес кир Астур и стукнул тростью по паркету.
– Вы ее узнали? – с улыбкой спросил Алан, следя за подавшейся вперед толпой придворных, которые ловили каждое сказанное слово, изредка обмениваясь тихими шепотками и растерянными взглядами.
– Узнал ли я корону, которую сделал мой предок? – с негодованием воскликнул кир Астур. – Может быть, я и стар, сир, и глаза мои уже не видят с той четкостью, что двадцать сезонов назад, но изделие нашего рода узнаю всегда!
– Значит, вы подтвердите, что корона подлинная? – тихо спросил Винсент.
Алан восхитился мгновенной реакцией ксена, сам он только начал выстраивать в уме цепочку и просчитывать варианты, а брат Искореняющий успел сработать на опережение.
– Если вы позволите, – тихо попросил старик.
Алан не колебался: кем бы ни был этот Астур, его мнение явно что-то значит, раз толпа сделала дружный шаг вперед и замерла в ожидании. Но прежде, чем Алан успел снять корону с головы, вперед выступил Ворон и многозначительно протянул руку, сигналя глазами, что корону следует отдать ему. Алан не стал удивляться, он полностью доверял своим телохранителям, поэтому склонил голову, позволяя парню снять с себя корону и отдать ее киру Астуру. По-видимому, это что-то означало, теперь, главное, не забывать делать непроницаемое лицо и ничему не удивляться.
Именно в это время в зал вошел важный и довольный герцог Верги в сопровождении генерала Генри Романа и остальных заговорщиков. Увидев, что корона в руках кира Астура, он на мгновение замер, а затем, поймав взгляд герцога, немного напряженно улыбнулся, пристально следя за лицом старого вельможи. Алан понял, что от решения этого невзрачного старика многое будет зависеть, и, пожалуй, с герцогом Верги стоит поговорить отдельно, слишком много недосказанности в его действиях.
Кир Астур дрожащими руками с поклоном принял от Ворона корону, прикрыл глаза, взвесив ее в руках, провел узловатыми пальцами по ободку, словно читал выгравированные надписи, улыбнулся и только потом открыл глаза и громким торжественным голосом объявил:
– Я, барон Астур Борно, наследник рода Астуров, утверждаю, что это настоящая корона, созданная моим великим предком.
Алан, который внимательно следил за лицом герцога Верги, увидел облегчение, промелькнувшее в его взгляде. По залу прокатилась волна ахов и громких выкриков с поздравлениями. Алан боковым зрением заметил движение рядом, это Винсент быстрым взмахом руки указал куда-то в сторону, и тот же час двое ксенов вывели из толпы парочку в ярких одеждах и увели из зала. Мужчина пытался высокомерно что-то говорить, но, получив короткий удар под дых, замолчал и обвис на руках одного из ксенов Винсента, женщина, поджав губы, молча семенила рядом, придерживаемая за локоть вторым Искореняющим.